Чтение онлайн

— Что ж, приходи сегодня, — согласился банкир. — По будням я и сам занят. Часика в два тебя устроит?

— Устроит, конечно, еще как устроит!

— Ты где живешь?

— На «Рижской».

— Значит, выйдешь на «Маяковской» и пойдешь вверх по Тверской. Потом свернешь налево. Я живу на Второй Тверской-Ямской. — Отец Никиты назвал номер дома и квартиры и добавил: — А обратно тебя мой шофер отвезет, пусть твои родители не волнуются.

— Спасибо, до свидания.

Два друга облегченно вздохнули.

— Дело сделано, теперь не подведи. Жаль, что в два, а не позже, а то б вместе за попугаем съездили, — поднявшись, сказал Ромка. — Придется мне одному туда ехать.

— А тебе приспичило его покупать?

— А когда еще? Пока мама не передумала, и морозов нет. По холоду как его нести? Он же замерзнуть может. А я уже и клетку приготовил, не стоять же ей пустой.

Прежде чем уйти, Ромка подошел к аквариуму. Завидев его тень, шустрые рыбки все, как одна, взметнулись к поверхности в ожидании корма. Ромка нашел глазами попугайчика.

— У меня теперь тоже попугай будет. У тебя — рыбки, а у меня — настоящий. Славка, а ты веришь в успех нашего дела?

— Ну, в общем-то… да, наверное, — не сразу ответил друг.

— Значит, не очень. А ты запомни: если человек берется за дело, в которое сам не верит, то у него никогда ничего не получится. Так что надо верить, понял? Звони сразу, как только вернешься. А я погнал.

— Может быть, все-таки посмотришь мою коллекцию?

— Потом. Не забудь все-все выведать.

Сияя от счастья, Ромка ворвался в дом.

— Вот! — важно и торжественно сказал он и водрузил на стол картонную коробку от светильника с прорезанными по бокам небольшими дырочками. Внутри нее кто-то трепыхался.

— Купил! — воскликнула Лешка.

Вся семья столпилась у стола. Ромка приоткрыл коробку и сунул в нее руку.

— Не надо руками, еще повредишь что-нибудь, — заволновалась мама. — Выпускай его прямо в клетку.

Клетка стояла в другой комнате, и все переместились туда. Ромка засунул в нее коробку и открыл. Попугай мигом выбрался наружу и взлетел вверх. Побегав взад-вперед на жердочке, он перескочил на прутья, вцепился в них коготками, высунул наружу круглую головку и оглядел собравшихся сначала одним, потом другим глазом.

— Какой хорошенький! — воскликнула Лешка.

Она протянула руку, чтобы погладить птичку, и комнату огласил ее громкий вопль. Ромкин попугай жутко больно клюнул ее в палец. Отдернув руку, Лешка подула на ранку.

— Какой агрессивный, — сказал Олег Викторович.

Зато Ромка был вне себя от восторга.

— Класс, да? Я самого шустрого купил. И самого желтого. А назову его Рэмбо. И говорить научу. А ты иди отсюда. — Он пихнул ногой приплетшегося за хозяйкой Дика.

Но пес ушел не сразу. Склонив голову на один, потом на другой бок, он сначала внимательно осмотрел нового жильца, а потом спокойно повернулся, протрусил в коридор и с шумом и вздохами улегся на свой коврик.

— Не понравился ему мой Рэмбо. Значит, не съест, — обрадовался Ромка. — А знаете, что птицы произошли от динозавров? Тех, что с перьями были?

— Твой попугай — от хищных. — Лешка все еще дула на свой палец.

— А посмотрите, какие у него красивые кружочки под глазами, — умилилась Валерия Михайловна.

Попугай взмахнул крылышками, обнажив ярко-зеленые перышки, и снова взлетел на жердочку.

— Краски, как у павлина, — отметил Олег Викторович.

— А чем ты будешь кормить своего Попку? — спросила Лешка.

— Он не Попка. Запомните все — он Рэмбо! Я говорил, что он все ест, и еще я ему корм специальный купил, с йодом. А тебе, Лешка, для Дика твоего — подкормку с кальцием. Чтобы у него шерсть не сыпалась. И пуходерку, как ты просила.

— Какой ты у нас богатенький, всем угодил, — сказала мама. — Но ничего, скоро я тоже разбогатею. Нам много рекламы обещали дать, и тогда комиссионные будут. Если не передумают, конечно.

— Не передумают, зуб даю, — заявил Ромка. — Я ж не зря желтого купил. Помнишь, как я сказал, что желтые попугаи — к деньгам? Значит, они теперь у нас не переведутся.

— Хорошо бы! — Валерия Михайловна с надеждой вздохнула. Я тогда часть отпуска возьму, и мы на ваши каникулы в Воронеж поедем. Надеюсь, к тому времени все Лешкины болезни кончатся.

Брат с сестрой вытаращили глаза.

— Куда, куда?

— Я что, непонятно выражаюсь? В Воронеж. Город такой есть.

— И к кому же?

— К Саше, моей подруге, с которой мы вместе в институте учились.

— А зачем? Она и так сюда часто ездит.

— А теперь мы к ней съездим. Отдохнем. Погуляем по городу. У нее дочь есть, Катя, Лешкина ровесница. Да вы ее должны помнить. Когда-то, очень давно, Саша к нам ее привозила.

Ромка перевел взгляд на клетку. Попугай висел вниз головой и дергал клювом колокольчик.

— А как же мой Рэмбо?

— А как же Дик? — перебила его Лешка.

— Папа присмотрит.

Олег Викторович согласно кивнул. Должно быть, этот вопрос они уже обсудили.

Ромка пожал плечами и посмотрел на сестру. Она тоже не знала, что сказать. Может, в этом Воронеже им понравится?

— Лешка, — прошептал Ромка, — я в общем-то не против, чтобы куда-то поехать, но только тогда, когда мы Клеща найдем.

— Каникулы не скоро, времени еще много.

— Это верно. Посмотрим, что Славка скажет. Он к двум часам к отцу Никиты пошел. Сейчас сколько? Ого, почти четыре. Значит, он уже давно там. Неужели ничего не нароет?

Славка позвонил ближе к вечеру, когда Ромка весь извелся от ожидания.

— А меня на бронированном «мерсе» привезли, — похвастался он. — Прямо к подъезду. Никакая пуля этот «мерс» не пробьет. И взрывчатки не хватит, чтоб его подорвать. А Николай Никитович отличный мужик, клевый, мне понравился. А какой у него аквариум! Морской. Не просто красивый, а вообще классный, необыкновенный. Как сказка. Как радуга. Я бы сам такой завел, да на него бешеные бабки требуются.

Ромка его прервал.

— Может, хватит про аквариум? Не забыл, зачем туда шел?

— Что ты! Помню. Очень хорошо помню. Я все книжки его осмотрел. Тут же. Их у него навалом, больше, чем у дяди Андрея. И… — Славка так торопился донести до Ромки добытые сведения, что глотал слова, а под конец перешел на крик. — Ромка, ты был прав. Н.Н. — это он и есть!

— Да ты че?! — Хоть Ромка и уверял всех, что не сомневается в исходе дела, он очень боялся, что Славкин поход окажется напрасным. И вдруг такая везуха. Повернувшись к сестре, он возвестил ликующим шепотом: — Лешка, это он! Тот самый!