Дело о ядах
Шрифт:
Я хватаюсь за лоб, чтобы видеть ровно, пытаясь понять, что произошло. Должно быть, это одна из иллюзий Лесажа. Но потом я замечаю его сквозь дымку, ругающегося и цепляющегося за свою бушующую лошадь.
Если он не стоит за этим…
На нас напали.
Мое видение заполняет раздутое лицо Короля-Солнца, затем мадам де Монтеспан, падающая на свой пудинг, и Вандом со своими людьми, скрюченные, сломанные и извергающие рвоту на траву.
Я смотрю на хаос, сердце колотится, голова болит. Тысячи парижан разбегаются во все стороны. Толпа, подобной которой я еще не видела. Было бы так легко затеряться.
Исчезнуть…
Прежде чем я понимаю, что делаю, я краду фиолетовый плащ у неподвижного охранника, накидываю капюшон на свою окровавленную голову и исчезаю в аду.
6
ЙОССЕ
Мы с Дегре вырываемся из огненного скелета Нотр-Дам-де-Бонн-Нувель за миг до того, как рушится крыша. Раскаленный добела пепел и горящие камни обрушиваются на улицу Ришелье, как пылающие стрелы, но мы несемся сквозь пепел, как древние рыцари, идущие в бой. Я запрокидываю голову и радостно кричу от хаоса.
Жаль, что Людовик не видит, как блестяще претворяется в жизнь мой нелепый план. Улицу наполняет дым, и люди мечутся повсюду, крича, толкаясь и спасаясь бегством. Это выглядит как самая крупная в мире драка в таверне, это должно дать достаточно времени, чтобы вернуться к мадам Бисет, забрать мою родню и проехать через блокаду по городу.
Пока мы несемся сквозь дым, я разглядываю членов Теневого Общества в масках, разбросанных по булыжникам, хочу увидеть Ла Вуазен или ее колдуна.
— Избавь себя от неприятностей, — Дегре кивает вперед, где из дыма медленно появляются Ла Вуазен и лидеры Теневого Общества. Они заперты в центре многолюдной улицы, их лошади бушуют, как темный смертельный водоворот. Мы выстрелили на несколько секунд раньше, чем нужно. Меня охватывает разочарование. С их смертью все стало бы намного проще.
— Не расстраивайся. Их все еще могут затоптать насмерть, — говорит Дегре.
Нам остается только надеяться.
Толпа становится все гуще по мере того, как мы продвигаемся по улице. Я врезаюсь в спину потного мужского камзола. Когда я пытаюсь обойти его, я сталкиваюсь с плечами, спинами и кулаками. Мы как овцы, запертые в слишком маленьком загоне. Чтобы пройти полквартала, уходит вечность. Такими темпами мы никогда не доберемся до моих сестер, не говоря уже о побеге.
Я опускаю голову и шагаю вперед, как таран, пытаясь не видеть детей со слезами на щеках. Пытаясь подавить оглушительные вопли раненых. Но они всюду, давят на меня со всех сторон, жаркие и громкие. Вина играет пальцами на струнах моего сердца, потому что я даже не подумал о них, составляя этот план — не подумал, как взрыв заденет невинных. И теперь, когда я нахожусь в гуще событий, это до жути напоминает нападение на Версаль. За исключением того, что я веду разрушение.
Нет. Ничего подобного. Это нужно было сделать.
Согласились бы люди? Можно ли пожертвовать всем, чтобы спасти нескольких?
Да. Девочки стоят всего.
Позади нас голос Ла Вуазен поднимается над шумом, призывает ее Общество к оружию. Ее крик не похож ни на что, что я слышал раньше — как у банши и вурдалаков, как вопль проклятых. По рукам пробегает озноб, оставляя холод.
Дегре оглядывается и выкрикивает поток ярких ругательств. Я сжимаю кулаки и оглядываюсь через плечо, ожидая увидеть, как члены Теневого Общества бегут по улице, но вместо людей нас окружают звери.
Отряд дымовых существ Лесажа поднимается в воздух, и крик пронзает мое горло, как лезвие. Это не птицы и бабочки, как раньше, а крылатые драконы и трехголовые змеи, которые намного опаснее, гораздо более осязаемы. Они рычат и скрежещут зубами, скользя сквозь облака. С расстояния в полквартала я вижу каждую сверкающую чешуйку малинового, зеленого и золотого цветов. Я чувствую жар их дыхания, и я не могу не уловить запах тухлых яиц в воздухе — характерный запах серы.
После зверей Лесаж посылает по небу вспышку лазурной молнии. Она врезается в ряд фахверковых домов, и изумрудное пламя охватывает соломенные крыши за секунды.
— Что это такое? — поражается Дегре.
— Это то, что убивает Анну и Франсуазу, — говорю я, наклоняясь вперед, иглы бегают по моему позвоночнику. Я съеживаюсь от каждого крика, от каждого взрыва камня позади меня. Я хочу извиниться перед людьми, которые оказались в ловушке на улицах. Но этого никогда не будет достаточно. Теневое Общество не знает, кто зажег пушки. Я подумал, что это даже хорошо, потому что они не смогут охотиться именно на нас. Но я не думал, что они будут охотиться на всех. Бить наугад.
Почему я не подумал, что они дадут сдачи?
«Беспечный. Ты виноват», — голос отца преследует меня, и я не сомневаюсь, что эти кровавые сцены добавятся к моим кошмарам.
Мы добираемся до перекрестка, и мы с Дегре устремляемся в переулок, набираем скорость вне основной части толпы.
— Быстрее! — кричит он, хотя я еще никогда не бегал быстрее. Мы проносимся мимо пяти улиц и добираемся до кондитерской.
Но тележки нет.
Людовика или девочек не видно. Только тела, хаос и невозможное расстояние между нами и дорогой из Парижа.
Каждая молекула воздуха выходит из моих легких. Я убью Людовика. Я должен был знать, что он устроит что-то вроде этого. Должен был учесть это. Нам вообще не следовало включать его. Глупо, глупо, глупо. Слезы обжигают глаза, а рвота обжигает горло. Все было напрасно. Вся эта бойня. Я неистово разворачиваюсь и спотыкаюсь о свои ноги. Дегре ловит меня, ругаясь еще сильнее. Драгоценные секунды ускользают. Сапоги Теневого Общества стучат по булыжникам. Тепло от дымных зверей становится все ближе. Удар молнии разносит прачечную через дорогу.
— Все еще думаешь, что мне следует хоть немного уважать Его Королевское Высочество? — рычу я. И устремляюсь в обратном направлении настолько быстро, насколько позволяет мое измученное тело. Если о побеге не может быть и речи, мы должны держать Теневое Общество подальше от скрытого входа в канализацию.
Мы бежим. Переулок за переулком. Мои ноги превращаются в перья, и все в огне: мои мышцы, слезящиеся глаза, горящие легкие. Сломанные булыжники торчат из земли, как пики, ранят лодыжки и угрожают поставить меня на колени. Еще несколько шагов, и мы доберемся до моста Пон-Нёф. Мы сможем перейти по каменному мосту и укрыться на переполненном острове Сите с его бесчисленными домами, часовнями и узкими извилистыми улочками.