Чтение онлайн

Судья Флинт повернулся к столу защиты.

– Будет ли защита производить отвод присяжных без указания причины?

Мейсон встал со своего места и сделал один впечатляющий жест рукой, показывая тем самым, что он принимает состав присяжных. Этот жест оказался более красноречивым, чем тысяча произнесенных слов.

– Защита полностью удовлетворена составом присяжных, – сказал Мейсон.

– Прекрасно. Присяжные, примите присягу, – приказал судья Флинт.

Заместитель окружного прокурора с ухмылкой спародировал жест Мейсона, выдвинув вперед левую руку.

– Нет необходимости произносить речи, – заметил он.

Мейсон улыбнулся, глядя на стол, отведенный для обвинения. Его улыбка специально предназначалась для того, чтобы вызвать раздражение.

– Тогда зачем пытаться? – поинтересовался он.

– Давайте не переходить на личности, господа, – сказал судья Флинт. – После того как присяжные примут присягу, мы приступаем к слушанию дела.

Как только присяжные заняли свои места, Колтон Парма, заместитель окружного прокурора, дождавшись кивка Гамильтона Бергера, начал вступительное слово:

– Высокий суд, дамы и господа присяжные, мое вступительное слово будет кратким. Мы намерены показать, что обвиняемая по этому делу унаследовала огромное состояние от Харпера Миндена, однако у нее имелись основания считать, что у Харпера Миндена есть еще родственники, претендующие на свою долю в имуществе, в частности, молодая женщина по имени Дорри Амблер, дочь сестры матери обвиняемой. Эта сестра умерла, так и не выйдя замуж. Предполагалось, что после нее не осталось наследников. Однако мы представим доказательства, показывающие, что сама обвиняемая заявляла, что раскопала какие-то факты, подтверждающие, что Дорри Амблер – дочь сестры ее матери, рожденная вне брака, и что у Дорри Амблер и обвиняемой один и тот же отец. Я не собираюсь запутывать вас и осложнять дело массой юридических терминов и тонкостями законодательства. Мы просто представим вам факты, чтобы показать умонастроение обвиняемой. Шестого сентября Минерва Минден отправилась в загородный клуб «Монтроз» на танцы. Там подавали спиртное, и обвиняемая выпила несколько стаканов, поссорилась с сопровождавшим ее мужчиной, решила оставить его и в гневе покинула клуб. Мы собираемся показать, что Минерва Минден – это испорченная, взбалмошная, импульсивная и временами надменная натура. На стоянке перед клубом она обнаружила автомобиль с невынутым ключом зажигания и включенным двигателем – «Кадиллак», номер YBI шестьсот девяносто четыре, украденный в Сан-Франциско, хотя в тот момент обвиняемая об этом не знала. Минерва Минден села в эту машину и уехала, очевидно планируя попасть домой. На пересечении авеню Вестерн и Голливудского бульвара она не остановилась на красный свет, сбила пешехода, поколебалась несколько мгновений, вышла из машины, сделала несколько шагов к раненому пешеходу, затем изменила решение, снова села в машину и уехала прочь. Хочу обратить внимание Высокого суда на то, что любые доказательства, связывающие обвиняемую с наездом на пешехода или с любым другим нарушением закона, будут представляться нами с единственной целью – показать предпосылки настоящего дела и мотивацию Минервы Минден. Минерва Минден придумала блестящий план ухода от ответственности. Она наняла частное детективное агентство и поместила в газету объявление, предлагая высокооплачиваемую работу молодой женщине, отвечающей определенным внешним данным. Минерва Минден велела представителям детективного агентства просмотреть потенциальных кандидаток и найти кого-то, кто имел бы наибольшее сходство с ней самой. Дорри Амблер пришла по этому объявлению. Как только представитель детективного агентства, отвечающий за просмотр кандидаток, увидел ее, он понял, что Дорри Амблер поразительно похожа на Минерву Минден. В девушках было столько общего, что у самой обвиняемой зародились подозрения, что Дорри Амблер является ее родственницей и, скорее всего, незаконнорожденной дочерью сестры ее матери. Мы покажем, что Минерва Минден решила заставить Дорри Амблер многократно пройти мимо свидетелей наезда на пешехода. Минерва Минден надеялась, что эти свидетели идентифицируют Дорри Амблер. После ложного опознания, как считала Минерва Минден, ей самой уже ничего не угрожает. Однако увидев поразительное сходство с собой, Минерва Минден поняла, что возможные последствия она контролировать не в состоянии. Газетные репортеры обязательно обратят на него внимание и вскоре выяснят, что девушки являются родственницами. Именно в это время обвиняемая вступила в сговор с Данлеви Джаспером, который в результате…

– Минутку, минутку, – перебил Мейсон. – Мне очень не хотелось прерывать вступительную речь заместителя окружного прокурора, однако в настоящий момент идет представление доказательств, относящихся совсем к другим преступлениям, а не к рассматриваемому на настоящем слушании. Единственная цель подобного – формирование предвзятого мнения у присяжных. Мы считаем это нарушением процедуры и просим Высокий суд сделать заместителю окружного прокурора соответствующее замечание, а также объяснить присяжным, что они не должны обращать внимание на последние слова мистера Пармы.

– Мы прекрасно знаем, что делаем, – возразил Парма, – и просим оставить в протоколе все так, как есть. Мы имеем право представлять доказательства совершения любого преступления как мотивацию для совершения убийства, обвинение в котором предъявлено Минерве Минден.

– Закон гласит, что человек не может быть признан виновным в совершении преступления только на основании совершения им других преступлений, – заявил судья Флинт, обращаясь к присяжным. – Доказательства совершения других преступлений допустимы только для показа мотивации. Учитывая заверения заместителя окружного прокурора, я предупреждаю вас, дамы и господа присяжные, что вы можете обращать внимание на доказательства совершения других преступлений обвиняемой, только если они показывают мотивацию убийства Марвина Биллингса. Продолжайте, господин заместитель окружного прокурора, и, пожалуйста, будьте осторожны в своих заявлениях.

– Мы прекрасно знаем, что делаем, ваша честь, – повторил Парма. – Наши заявления ограничены определенными рамками. Доказательства совершения других преступлений представляются нами исключительно с целью показа мотивации.

– Хорошо. Продолжайте.

– Я практически закончил, ваша честь. – Парма повернулся к присяжным: – Мы планируем показать, что Данлеви Джаспер выяснил, что краденая машина находится у обвиняемой, а обвиняемая узнала, что за спиной у Данлеви Джаспера – много различных преступлений, в том числе кража машины, на которой она уехала из загородного клуба. Минерва Минден вступила в преступный сговор с Данлеви Джаспером с целью похищения Дорри Амблер, чтобы та не могла претендовать на часть наследства, оставленного Харпером Минденом, и с целью дискредитации мисс Амблер, представляя, что пешехода сбила Дорри Амблер. Частный детектив Марвин Биллингс выяснил, что происходит, разумно сделать вывод – и я надеюсь, что вы согласитесь со мной, дамы и господа присяжные, – что Биллингс попытался шантажировать Минерву Минден. Если бы Марвин Биллингс не решил, что поразительное сходство Минервы Минден и Дорри Амблер объясняется общим предком, и не собирался работать вместе с Дорри Амблер в целях получения ею доли наследства, оставленного Харпером Минденом, мы не сидели бы сейчас с вами в зале суда, потому что убийство просто не было бы совершено. Мы не пытаемся представить усопшего непорочным человеком. Наоборот, доказательства покажут, что он работал на обе стороны, однако независимо от его собственной корысти, хитрости и прочих качеств закон должен его защищать. Его жизнь – это человеческая жизнь. Лишение его жизни считается убийством. Итак, Марвин Биллингс отправился на квартиру Дорри Амблер и прибыл как раз в тот момент, когда Дорри Амблер переводили в квартиру этажом ниже. Биллингс позвонил в дверь. Немного поколебавшись, Минерва Минден открыла дверь, надеясь, что ей поможет удивительное сходство с хозяйкой квартиры. Вначале ей удалось обмануть Биллингса, однако немного поговорив с обвиняемой, он понял, что это не Дорри Амблер. Именно тогда он попытался шантажировать Минерву Минден, и она застрелила его из револьвера двадцать второго калибра. Вскоре после убийства Биллингса в дверь квартиры снова позвонили. На этот раз туда пытались попасть Перри Мейсон, адвокат защиты, и Пол Дрейк, частный детектив. Конспираторам потребовалось немедленно скрыться через черный ход. Основываясь на предположении, что вновь пришедшие не знают о существовании черного хода, конспираторы быстро сняли два матраца с кроватей в спальне, перетащили их в кухню и забаррикадировали дверь, используя эти матрацы и стол. Когда Мейсон и Пол Дрейк наконец попали в квартиру, они обнаружили умирающего Марвина Биллингса лежащим на полу без сознания. Кухонную дверь что-то держало. Вначале они решили, что по другую сторону находится человек, не дающий им войти, и только потом разобрались, что дверь забаррикадирована матрацами. Несчастную Дорри Амблер отвели в квартиру восемьсот пять, вкололи морфий и…

– Минутку, – вновь перебил Мейсон. – Мы снова вынуждены прервать заместителя окружного прокурора и выступить с возражениями касательно всего, что могло случиться с Дорри Амблер.

– Это показывает мотивацию, – заявил Парма.

– Это не показывает мотивацию убийства Марвина Биллингса, потому что вы сейчас говорите о том, что происходило уже после того, как Марвина Биллингса смертельно ранили.

– Я считаю, что адвокат защиты прав, – высказал свое мнение судья Флинт.

– Ну, если меня ограничивают в представлении доказательств… Что ж, я опущу этот момент в своем вступительном слове, дамы и господа присяжные, однако мы представим необходимые доказательства через свидетелей. Я не стану утомлять вас деталями. В общем и целом я описал вам версию окружной прокуратуры, чтобы вы понимали представляемые доказательства. Вы услышите признание одного из конспираторов. Мы покажем доказательства признаний, сделанных обвиняемой. Мы попросим вынести вердикт о предумышленном убийстве первой степени. Однако что касается настоящего судебного процесса, от вас требуется только одно, дамы и господа присяжные. – Парма поднял указательный палец левой руки высоко над головой. – Вы должны определить только одну вещь, дамы и господа, – повторил он, – достаточно ли представленных доказательств, чтобы считать Минерву Минден виновной в убийстве Марвина Биллингса. Мы попросим вас вынести вердикт о виновности.

Парма развернулся и пошел назад, на свое место за столом, отведенным для представителей окружной прокуратуры.

– Вы намерены выступать с вступительным словом, мистер Мейсон? – обратился судья Флинт к адвокату защиты.

– Нет, однако я попросил бы вашу честь указать присяжным на то, что заявление заместителя окружного прокурора было неточным в том, что касается пунктов закона.

– В каком отношении? – спросил судья Флинт.

– Ваша честь, речь идет не просто о доказательстве одной-единственной вещи: виновна обвиняемая или нет. Необходимо доказать две вещи. – Мейсон медленно поднял правую руку и вытянул указательный палец. – Вопрос в том, чтобы доказать, что обвиняемая виновна вне всякого разумного сомнения. Я считаю, что Высокий суд должен обратить внимание присяжных на этот факт.

Я думаю, что присяжные понимают, что в любом уголовном деле доказательства должны показать, что обвиняемый виновен вне всякого разумного сомнения. В противном случае обвиняемый имеет право на вердикт о невиновности.

– Суд обратит на это внимание в своем напутствии присяжным, – пообещал судья Флинт.

Мейсон медленно опустил руку и вернулся на свое место.

Судья Флинт с трудом сдержал улыбку, восхищаясь действиями адвоката защиты, отказавшегося от вступительного слова, но тем не менее заработавшего очко в свою пользу одним кратким замечанием.

– Приглашайте своего первого свидетеля, – обратился судья Флинт к заместителю окружного прокурора.

– Я прошу Эмили Диксон занять место дачи показаний, – объявил Парма.

Миссис Диксон, привлекательная женщина лет сорока с небольшим, приняла присягу и продиктовала секретарю суда свое полное имя и адрес.

– Кем вы работали шестого сентября текущего года? – обратился к ней Парма.

– Администратором многоквартирного дома «Паркхерст».

– И вы сами жили в том доме?

– Да.

– Вы знали Дорри Амблер при жизни?

– Минутку, – встал со своего места Мейсон. – Я прошу Высокий суд указать присяжным на то, что им не следует принимать во внимание заданный вопрос, а также сделать соответствующее замечание заместителю окружного прокурора. Я возражаю против любых вопросов, подразумевающих, что Дорри Амблер мертва. Этот факт не представлен как доказательство.

– Я не говорил, что она мертва, – повернулся к адвокату защиты Парма. – Я просто спросил свидетельницу, знала ли она Дорри Амблер при жизни. Это вполне допустимый вопрос. Его можно задать о ком угодно. Например, знала ли она вас при жизни.