Чтение онлайн

– Шеф, но ты ведь сам...

– Что «сам», Гвидо? Я сам попросил шафран? А ты не мог сообразить, что шафран сделает рыбу сухой? Учишь вас, учишь, а все без толку! Дай мне лучше красного перца! Да не молотого, олух, прости меня Единый! Почему я все это терплю из года в год? Нет уж, если я за три года не смог вырастить из тебя повара, значит, грош мне цена как учителю! Огненный стручковый, что мы у сеньора Лорено покупаем!

Гвидо, только к концу гневной тирады Мерино сообразив, что случившееся не разнос, а своеобразный эмоциональный выплеск перегруженного мозга шефа (вот уж сколько раз это видел, а все равно не смог привыкнуть), разулыбался и кинулся в подсобку за перцем. Фабио, который работал с Мерино гораздо дольше и испытывал к хозяину остерии куда меньше пиетета, с непроницаемым лицом заметил:

– А лимон вы будете добавлять, шеф?

Мерино некоторое время непонимающе смотрел на готовую к запеканию рыбу, затем расхохотался. Вернувшийся из подсобки с вязанкой красного перца Гвидо с растерянной улыбкой смотрел, как мужчины на кухне от души смеется над шуткой, которую он пропустил.

[1] Вторжение с Севера - великое переселение племен северной территории Империи. Происходило практически одновременно с приходом пророков, принесших на территорию Империи веру в Единого Бога. Таким образом монахи при составлении каталогов пользовались принципами хронологического, а не алфавитного порядка.

[2] Император Патрик, урожденный герцог Фрейвелинга. Правил с 765 по 775 годы, взяв курс на централизацию государства, снижения влияния дворян. В 775 году в результате заговора высшего дворянства был казнен.

[3] Магистерий - главный правительственный орган Империи Рэя, в который входили по одному представителю от каждой Имперской провинции (высшей аристократии) с одним голосом каждый и сам Император с двумя голосами: своим личным и голосом провинции Императорского домена. Решения Магистерия определяют внешнюю и внутреннюю политику Империи.

[4] Международная политика.

[5] Экспедиционный корпус Фрейвелинга, договорившись с Речной республикой о праве прохода через их территорию, шел войной на Товизирон, с намерением отхватить кусок его территории, пока королевство погрязло в дворянской междуусобице. Однако, речники, договорившись за спиной фреев с товизиронцами, взяли их в клещи двух армий, рассчитывая уничтожить группировку. В результате сражения, в котором Фрейвелинг проигрывая по численности примерно три к одному, нанес объединённым армиям настолько большие потери, что вынудил их признать поражение и разрешить экспедиционному корпусу беспрепятственно вернуться на свою территорию.

Retrospectare-3

14 октября 771 года.

Праведник, дознаватель 2 ранга

Февер Фесте, столица Империи Рэй

Копыта серого в яблоках коня глухо стучали по грязной мостовой, отбрасывая эхо на стены домов, лепившихся друг к другу, словно нищие у костра в зимнюю стужу. На узких улочках сердца империи было грязно, темно и воняло помоями. Горожанин в душе, Мерино облегченно вздыхал, чувствуя себя дома, нос же брезгливо морщился, отвыкнув от амбре крупного города. Порывался идти дождь, но тучи, уронив с десяток капель, задумывались о чем-то своем, просто вися над городом.

Отряд Праведника добрался до столицы из Оутембри только вчера днем, и Мерино распустил своих людей отдыхать. Он и сам намеревался (предварительно напившись до потери сознания), хорошенько выспаться и только потом отправляться к начальству с докладом. Но, как говориться, хочешь насмешить Создателя, расскажи ему о своих планах. Этим утром, таким ранним, что и утром-то его называть было нельзя, его разыскал посыльный и передал приказ явиться с докладом в Железный дом[1]. Сразу отправиться не удалось: Мерино был еще изрядно пьян после вчерашнего, так что, урвав еще пару часов сна после рассвета, он отправился к начальству, страдая от недосыпа и похмелья. Но лучше так, чем заставлять ждать шефа Тайной стражи барона да Гора, когда тот уже прознал о возвращении своего подчиненного.

И пока копыта коняги месили грязь, Мерино взялся в уме составлять отчет.

С Оутембри они закончили. После нескольких десятков арестов и стычек, произошедших после взятия под стражу куратора Гильдии воров, в городе, милостью Императора являвшегося вольным (а значит, рассадником всяческого вольнодумства и крамолы), наступил покой и порядок. Местные бандиты, понимая, что природа не терпит пустоты, увлеченно делили территории и сферы влияния, городская стража, перепуганная до икоты резней, устроенной стражей Тайной, приходила в себя в кабаках.

Мерино потерял троих дознавателей третьего ранга. Двоих, Августа и Фому, опытных гончих, - во время резни на заднем дворе постоялого двора, где брали координатора Гильдии. Еще одного, Рикара из Паратта, воры застрелили прямо на улице из пистоли. Пистоли, спаси Единый, - у воров! Дорогие игрушки! Тайную стражу ими только обещали снабдить, а у ворья из Гильдии они уже в наличии!

За каждого из своих людей Мерино взял с воров кровью десятикратно, но Августу, Фоме и Рикару на это было уже плевать. Мертвые - мертвы. Может, подле престола Единого они и продолжат быть, но здесь, рядом с ним, их, прикрывающих спину и фланги, смеющихся над его шутками и расхваливающих его стряпню на привале, уже не будет. Дознаватель в нем считал, что операция в Оутембри проведена почти идеально, а потери для такого объема работы - несущественные. Сердце человека болело по потерянным друзьям.

Они взяли след. Мерино при необходимости умел становиться настолько жестоким ублюдком, что завидовали заплечных дел мастера. Его не мучили по ночам сны о разделанных, как свиные туши, телах разбойников после допроса. Главное - он узнал, кто руководил Гильдией. Может быть, не самые высшие круги ее иерархии, но и не разменная медь. След вел к самому подножию императорского престола.

А мог бы и раньше догадаться! Осведомленность воров, их снаряжение и возможности проникать туда, куда обычным разбойникам ни за что не добраться, - все указывало на влиятельного, богатого и очень осведомленного человека, стоящего либо на вершине власти, либо очень близко к ней. А может, и не на одного. Это не преступная шайка, а полноценный заговор, рядящийся в одежды бандитов! Но теперь маски сняты и полетят головы!

Вспомнилась вчерашняя встреча с этим самонадеянным хлыщом - кавальером ди Одетарэ, представителем заговорщиков. Прокручивая ее в голове и улыбаясь воспоминанию, как он красиво уделал святошу, Мерино незаметно добрался до Красной улицы. Здесь было чисто, светло, дома не лезли друг на друга, как псы на суку в течке, - особняки знати стояли на изрядном удалении друг от друга. Один из них, окруженный ухоженным парком за высокой каменной стеной, принадлежал герцогам Фрейвелинга. Сейчас его занимал барон да Гора.

Охрана у ворот, мощенная камнем дорожка через парк, тяжелые двери особняка из ниальского дуба, слуга в ливрее фреев.

– Господин барон ждет вас в библиотеке.

Кивок слуги, узнавшего дознавателя, двадцать ступенек по лестнице вниз (да-да, библиотека была в подвале! Это же Фреи!). Узкий коридор, который два закованных в железо гвардейца из «Стражи Максимуса»[2], стоявших на посту, могли удерживать часами. В конце коридора еще одна дверь. Что и говорить - библиотека была самым защищенным местом в особняке герцогов, с тайным ходом и парочкой сюрпризов в виде волчьей ямы и взведенных механических арбалетов в нишах. Империя всего пятнадцать лет назад пережила войну провинций, а Фрейвелинги никогда не полагались на случайности.