Чтение онлайн

Я взглянул на Лео и по выражению его лица понял, что он вспоминает довольно приличную коллекцию старинного оружия, которым были увешаны стены бильярдной в «Рыцарской серенаде». Я бы не сумел представить себе Поппи, ползущую ночью по полю с кинжалом в руке. Мне это казалось абсурдным.

Пасси догадки Кингстона тоже не слишком пришлись по душе, и он очень тактично оттеснил его в сторону.

— Пожалуй, лучше будет, если мы предоставим право решать этот вопрос профессору — прошептал он мне на ухо. — Страшно умный старик, этот профессор. Он здесь будет, скорее всего, через полчаса. Интересно, что он о нас подумает, когда увидит два трупа вместо одного? — добавил он наивно.

Лео повернулся, засунув руки в карманы, и мы, повесив голову, побрели за ним в участок. Пасси принялся за работу: надо было составить протоколы, провести осмотр места, где был найден труп, а главное — попытаться узнать о прошлом мистера Хейхоу.

Эта будничная работа успокаивающе подействовала на Лео.

— Наверное, не надо было его трогать, пока не приедет Фарингтон, — сказал он. — Хотя, с другой стороны, не было смысла и оставлять его там на солнце. Ужасно просто! Поверьте, я не могу представить себе человека, способного на такие жестокие отвратительные преступления — во всяком случае, не среди тех, кого я знаю.

— Ну, здесь немало и чужих, — попытался утешить его Пасси. — Вот увидите, найдется кто-нибудь со следами крови на одежде. Мы его схватим, можете не беспокоиться, сэр.

Лео махнул рукой и отошел к окну.

— А это еще кто? — спросил он неожиданно.

Я заглянул ему через плечо и увидел у ворот элегантный «даймлер». Из него вышел высокий сухощавый мужчина и неуверенно направился к дверям. Через минуту мы уже знакомились с мистером Робертом Веллингтоном Скином, младшим партнером старинной и уважаемой адвокатской конторы, название которой мне уже было известно от Кингстона.

Это был сдержанный, исполненный чувства собственного достоинства джентльмен, который сразу понравился Лео, а Лео ему, что оказалось очень удачным, потому что в противном случае последующая беседа продолжалась бы наверняка немного дольше и была бы еще более невразумительной. А так мистер Скин дошел до сути дела за рекордное для него время.

— Взвесив все обстоятельства, я решил, что лучше приехать лично, — пояснил он. — Уверяю вас, что подобная афера — нечто неслыханное для наших клиентов. Я вчера получил ваш запрос, а вечером перечитал газеты. Разумеется, я немедленно связал эти два имени — Питерс и Гаррис. В этой ситуации я счел, что самое разумное — приехать самому.

Мы с Пасси обменялись взглядами. Наконец-то!

— Так они знали друг друга? — спросил я.

Он посмотрел на меня с сомнением, словно не был уверен, заслуживаю ли я его доверия.

— Это были братья, — ответил он. — Мистер Гаррис переменил фамилию, чтобы… Ну, в общем, у него были для этого веские причины, и мы лишь недавно занялись его делами. Нашим главным клиентом был его старший брат — Роуленд А. Питерс, умерший в январе в вашем графстве.

В конце концов он пошел вместе с Лео взглянуть на труп и, когда вернулся, вид у него был довольно, бледный. Да и в тоне он основательно сбавил.

— Присягнуть я бы не смог, — бормотал он. — Я видел мистера Питерса всего однажды, и то двенадцать лет назад, а мистера Гарриса прошлой весной в Лондоне. Больше я с ними не встречался. Этот… этот покойник, которого я только что видел, похож на обоих. Вы не могли бы дать мне стакан воды?

Пасси попытался заставить его выразиться определеннее и хотел было отвести назад, но мистер Скин наотрез отказался.

— Это не имеет смысла, — сказал он. — Насколько я могу судить, это мистер Гаррис. В конце концов, нет никаких доводов, подтверждающих, что это был не он. Он ведь называл себя Гаррисом, насколько я знаю?

На минутку мы оставили его в покое, а когда он немножко пришел в себя, я осторожно спросил его о материальном положении покойного.

— Право, ничего не могу вам сказать, пока не загляну в бумаги, — ответил он. — Я знаю, что мистер Гаррис получил по наследству от брата значительную сумму, какую точно я смогу вам сообщить сегодня вечером. Насколько я помню, это были личные сбережения и, кажется, деньги по страховому полису. Тогда мне казалось, что все в абсолютном порядке.

Пасси облегченно вздохнул.

— По крайней мере, хоть с опознанием личности стало ясно, а это уже что-то.

Мы с Лео проводили адвоката к машине. Несчастный был потрясен увиденным, что вполне понятно, но, поскольку во всем прочем был готов оказать нам любую помощь, то пообещал выяснить все подробности об имущественном положении обоих братьев.

— Еще одно, — сказал я, когда он уже сел в машину. — Не знаете, у кого был застрахован Питерс?

Он покачал головой.

— Вот этого, к сожалению, не могу сказать. Кажется, в Объединении страховых ассоциаций. Я разузнаю это.

Едва он отъехал, я предложил кое-что Лео, и, когда тот согласился, послал Лагга к машине вместе с одним из полицейских за мисс Эффи Роулендсон. Ездили они довольно долго и, когда наконец вернулись, привезли не только девушку, но и, к моему немалому удивлению, Батвика. Они чего-то замешкались в воротах, и я вышел им навстречу. Викарий уже явно преодолел свой вчерашний приступ дружелюбия по отношению ко мне, и я сразу почувствовал, что его прежний антагонизм вновь ожил.

— Я только выполняю приказ, сэр, — услышал я, подходя к ним, оправдывающийся голос полицейского. — Кроме того, ведь это предложила сама барышня позавчера.

Батвик, не обращая на него внимания, накинулся на меня.

— И вам не стыдно?! Принуждать девушку смотреть на такое отвратительное зрелище только потому, что это пришло в голову нескольким бездарным полицейским!.. Я протестую, самым решительным образом протестую!

Эффи слабо улыбнулась ему.

— Вы так добры ко мне, — сказала она, — но я уже решилась, честное слово. Подождите меня здесь, — добавила она.

Батвик, однако, не сдался. Он протестовал так многословно и энергично, что вновь возбудил у меня интерес к себе. Хотел бы я знать, с чего это он так расшумелся?

В конечном счете, мы оставили его сидеть в машине, а я провел девушку в покойницкую. Не могу сказать, что Эффи Роулендсон когда-нибудь казалась мне привлекательной, но на сей раз я не мог не надивиться ее мужеству. Она не была толстокожей, и все это вызвало у нее порядочный шок, но сохранила выдержку, достойно выполнив свой долг.

— Да, — проговорила она сдавленным голосом, когда я убрал простыню с тела. — Да, это Бакли. Нельзя сказать, чтобы я его любила, но мне жаль, что он мертв, я…