Чтение онлайн

– А ты проверь.

Ребекка стала листать страницы словаря.

– Да, так и есть. П-е-с-т-р-я-т-к-а.

Она быстро заработала карандашом, затем опять взглянула на часы. На какое-то мгновение воцарилось молчание, и снова она недовольно бросила карандаш.

– Не знаю, как можно сосредоточиться, когда только и думаешь о пустой консервной банке, которая непонятно откуда появилась на полке. И вообще, зачем понадобилось ставить ее туда?

Миссис Джентри снисходительно улыбнулась:

– Я-то уж точно не могу этого объяснить. Займись-ка лучше своими кроссвордами, Ребекка. Уверяю, твой интеллект выше среднего. Какие там у тебя затруднения?

– Слово из пяти букв, обозначающее египтян, исповедующих христианство. Потомки доарабского населения Египта.

– Буквы какие-нибудь уже есть?

– Да, есть первая и третья: "к" и "п".

– А еще какие слова нужно отгадать, чтобы вставить недостающие буквы?

– Слово из пяти букв, обозначающее бок домашних животных, например, лошадей в упряжке, или машины... Есть предпоследняя буква "ы". Что бы это могло быть?

Миссис Джентри наморщила лоб.

– Может быть, имеется в виду внутренняя и внешняя сторона? Погоди, а слово "левый" не подойдет?

Ребекка задвигала карандашом, проверяя, и решительно перевернула карандаш другой стороной, где был ластик, и приготовилась стирать.

– Правильно, - сказала она.
– Это "левый". Тогда в названии египтян будет еще одна буква "ы". Получается "к-п-ы".

– А почему бы не посмотреть в словаре на "к"? По-моему, там будет не слишком много слов из пяти букв.

Пальцы Ребекки задвигались с лихорадочной поспешностью.

– Есть. Нашла. Это - "копты". Весь кроссворд решен! Саблезубый тигр "махайрод" и "копты" мне как раз подошли. И мой интеллект оценивается как высокий. Я опередила по времени средний уровень. Здорово, правда?

– Да, это прекрасно, - одобрила миссис Джентри.- А не следует ли тебе навести порядок в комнате мистера Стила?

– Да ну, еще рано.

– Ведь уже десять тридцать.

– Боже мой, как быстро летит время! Да, пожалуй, пора. Иногда он возвращается в полдень. Ты знаешь, Флоренс, я что-то сомневаюсь, что он на самом деле архитектор. Вчера он оставил в своей комнате несколько эскизов. Кустарщина какая-то!

– Да что нам до его эскизов, Ребекка?

– Но, помилуй Бог, они лежали прямо на виду! В верхнем ящике его письменного стола, и я просто не могла не обратить на них внимания.

– А что, он оставил ящик стола открытым?

– Да нет, - не смутилась Ребекка.
– Но ты же знаешь, как пыль скапливается на мебели, и, когда я протирала ручку, ящик немного приоткрылся, и я заглянула.

– Вообще-то, архитектору и не обязательно быть художником, - не согласилась миссис Джентри.

– Возможно, но все же он должен уметь начертить план этажа этого дома так, чтобы чертеж выглядел... ну, во всяком случае профессионально.

– План этажа этого дома, говоришь?

– О чем я тебе и толкую! Подробный план - эскиз подвального помещения - с гаражами, моей фотолабораторией, полками, окном, ступеньками и всем прочим.

– Похоже, - не уступала миссис Джентри, - что это как раз говорит в его пользу: что он архитектор и интересуется такой странной постройкой, как наш дом.

– А может, - фыркнула Ребекка, - окажется, что он агент и, как ищейка, работает... на всякие такие заведения. Так что в один прекрасный день у нас появится техник - смотритель зданий и скажет, что основание нашего дома разрушается и что нам надо произвести дорогостоящие ремонтные работы.

– Поживем - увидим, - философски изрекла Флоренс.
– А пока иди-ка в комнату и наведи там порядок!

Два года назад миссис Джентри переоборудовала вход в дом, чтобы выкроить комнату с ванной, которую можно было бы сдавать внаем, и совсем недавно Делман Стил стал их постояльцем. Он вселился дней десять назад. Однако за это короткое время успел без особых усилий войти в семью. Нередко вечерами вместе с Ребеккой просиживал за кроссвордами или помогал ей проявлять негативы в фотолаборатории.

В солидном старом доме были свои недостатки.

Трудно обстояли дела с его обогревом, нелегко было в такой махине поддерживать чистоту, но зато он был очень просторный, к чему привыкли все домочадцы, а плата за комнату с лихвой окупала многие из неудобств, связанных с размерами дома.

К тому же, поскольку он стоял на склоне, в подвале разместили два гаража. Один из них сдавали мистеру Хоксли Р.Э., который жил в доме по соседству. Самого Хоксли миссис Джентри и в глаза не видела никогда, но его секретарша, Опал Санли, появлявшаяся днем, исправно платила вперед...

Тут мысли миссис Джентри переключились на Артурчика. В последнее время он стал проявлять повышенный интерес к Опал Санли. Артурчику исполнилось девятнадцать, и в некотором смысле он уже был достаточно взрослым, чтобы заботиться о себе. Но в последнее время проницательная миссис Джентри стала замечать в глазах Опал самодовольное выражение, которое ей не нравилось. Опал была лет на пять старше Артурчика, и миссис Джентри почему-то считала, что она, наверное, была замужем и жила врозь с мужем. Конечно, гораздо лучше, если Артурчик проводил бы больше времени с кем-нибудь из девушек своего возраста, ведь эти несколько лет так много значат.

Миссис Джентри вздохнула при мысли о том, что годы в последнее время стали нестись вихрем, безостановочно и стремительно.

Глава 2

Миссис Джентри проснулась среди ночи со смутным ощущением, будто где-то скрипнула дверь и послышались осторожные шаги по ступенькам. Ей показалось -кто-то старается идти очень тихо, но это не вполне удавалось. И этот кто-то своими неосторожными действиями только обнаруживал свое тайное присутствие.

Наступил тот час ночи, когда в преддверии крепкого сна расслабленные мышцы и усталые нервы, как покрывалом, как бы укутываются пеленой дремы, погружая все ощущения в состояние забытья настолько глубоко, что звуки, доходящие до сознания, становятся ирреальными, теряют свою значимость...

Миссис Джентри, погрузившись именно в такое состояние, почувствовала от этих неясных звуков лишь легкое раздражение. В организме происходила борьба между состоянием сонного оцепенения и ощущением какого-то неудобства. Взяло верх первое. Едва звуки исчезли, она вновь погрузилась в глубокую дрему, от которой тотчас очнулась, вдруг услышав какой-то звук: он показался ей таким зловещим, что она окончательно пришла в себя, лишь обнаружив, что сидит в своей постели, выпрямившись и прислушиваясь, стараясь воскресить в памяти то, что в ее сознании уже превратилось лишь в звук.