Чтение онлайн

Это был неотёсанный, достаточно крупный дикарь, одетый во всё спортивное. Всегда поражался таким людям. Я понимаю, что спортивная одежда очень удобная, но у неё совсем другое предназначение, которое уж точно не связано со школьными вечерами.

– А ну пойдём, поговорим, – грозно, чуть ли не рыча, сказал он мне.

В ту минуту страх меня съедал. Я прекрасно понимал, к чему всё идёт, но и при Рогнеде не хотел позориться. И я благополучно последовал за ним.

Он шёл достаточно уверенно, даже агрессивно, с напором. А я старался в этом ему не уступать, у меня плохо получалось. Дойдя до туалета, он открыл дверь, оттолкнув её, да так сильно, что грохот был слышен в другом конце коридора. «Ну всё! – подумал я. – Сейчас полетят кулаки».

– Зашёл сюда!– воскликнул он.

Когда мы оказались один на один, у нас наконец-то завязался диалог:

– Ты зачем к чужим девчонкам подкатываешь?

– Откуда мне было знать, что у тебя с ней отношения, у неё же на лбу не написано! – рявкнул я.

И тут за свою дерзость я отхватил прямой удар в грудь. Забыв, как правильно дышать, от полученных потрясений, я опустился на четвереньки, пытаясь заглотить как можно больше воздуха. Он присел на одно колено и, схватив левой рукой за шею, направил мою голову в свою сторону.

– Ты больше никогда в жизни в её сторону не посмотришь. Уяснил?

Единственное, что я сделал, так это хрипло согласился, после чего он демонстративно оттолкнул меня ногой с прохода и удалился насовсем. А я присел на холодную плитку и упёрся спиной в стену, размышляя над случившимся. Не знаю, сколько я там просидел, но тянул до последнего. Не хотел показываться на люди, демонстрируя свой позор, свою слабость. Я уступил обидчику, и мне нет оправдания.

Вернувшись домой, я обнаружил, что мои родители сидят за столом на кухне. И глава семейства, заметив мой приход, пригласил меня за стол, на что я безукоризненно отреагировал.

– Игорь, – промолвил отец. – Ты понимаешь, что мы с твоей матерью не сможем вечно тебя тянуть? Поэтому есть только два варианта. Первый: ты поступаешь в военное училище или гражданский вуз и учишься за государственный счёт. Второй: идёшь устраиваться на работу, а как только тебе исполнится восемнадцать лет, ты съезжаешь от нас и живешь самостоятельно.

В тот момент меня настиг шок. Я не мог подобрать нужные слова. Отец прекрасно понимал, что сейчас очень тяжело попасть на бюджетное место в вузе, тем самым косвенно говоря, что мне светит прямая дорога в военное училище.

– Да, пап, я тебя понял.

– Свободен! Можешь заниматься своими делами.

У меня совершенно не было настроения кому-нибудь что-то доказывать. Я чувствовал себя максимально подавленно. Поэтому, зайдя в свою комнату, совершенно обессиленный, я плюхнулся на кровать, надеясь в скором времени уснуть. Хотелось просто заснуть и не проснуться.

В тот момент меня посещали разные мысли. Они были сфокусированы на ненависти к этому австралопитеку, любителю показать своё физическое превосходство. Нужно было собраться с силами и разбить ему нос, когда я был на четвереньках. А потом ударить по кадыку. Этого удара он точно не ожидал бы. Разочарован был я и в Рогнеде. Как она могла выбрать этого кретина? Я прекрасно понимаю, что на этом свете есть большое количество парней лучше меня. Почему он?!

Но больше всего в тот вечер я презирал самого себя. Почему я никак ему не ответил? Почему промолчал? Слёзы наворачивались на глаза от собственной беспомощности. Но я сдерживал их, чтобы родители не задавали лишних вопросов. Дойдя до пика ярости к самому себе, я встал с кровати и направился к зеркалу, которое находилось в моей комнате. В комнате присутствовал лишь свет, доносящийся из окна, его едва хватало, чтобы хоть как-то осветить комнату. Это не мешало смотреть мне в своё отражение. А именно в заплаканные глаза.

– Я тебя ненавижу! – сказал я, глядя в своё отражение. – Ты не достоин называться мужчиной, быть рядом с красивой девушкой и попросту быть счастливым. Мне тошно от твоего вида, мямля.

Недели поочерёдно сменяли друг друга. К тому времени я уже успел отойти от произошедшего инцидента. Тяжелее всего давались первые дни. Тогда я был максимально подавлен. Время, конечно же, залечило раны, но моральный дух был сильно подорван. Обо всех событиях мне напоминала Рогнеда. Её стал видеть чаще. Казалось, что она специально попадается на глаза, дабы напомнить мне о моих неудачах. Всем своим видом она показывала, что ничего не было. Но её взгляд говорил совершенно о другом. Возникает на тот момент противное, неловкое чувство, когда вы понимаете друг друга без слов. К слову, молва о моей неудаче быстро разлетелась по кабинетам. И этот взгляд, что дарила мне Рогнеда, я начал получать от каждого встречного в этом проклятом учреждении.

«Хорошо, что всё уже закончилось», – подумал я. Сегодня был последний день в школе, и меня ждало моё последнее школьное лето. Даже не верится, что оно последнее. К счастью, этот школьный день был сокращён до двенадцати часов. В расписании стоял классный час, на нём нам выставили итоговые оценки по предметам. Получив свои честно заработанные тройки, я отправился домой.

А дома, как бы это странно ни прозвучало, меня заждались.

– Наконец-то ты вернулся, мы только тебя ждали, – сказала мама.

– Сейчас брошу портфель в своей комнате – и едем, – промолвил я, стремглав устремившись в свою комнату.

Зайдя в комнату, я метнул свою сумку знаний в самый дальний угол. Больше не будет никаких уроков. Никогда ещё с таким облегчением я не расставался с учебниками.

Все вещи были упакованы и лежали в багажнике, так что, дополнительно перекусив, я запрыгнул в машину, и мы помчались в московский аэропорт. Машина у нас была достаточно комфортная. Каким же ещё мог быть кроссовер? В чём-чём, а в машинах мой отец разбирался.

– Даже не верится, что у нас троих отпуск выпал на одно и то же число, – внезапно добавил отец, не отрывая взгляда от дороги.

– Верно, такое было в последний раз аж никогда! Он нам точно запомнится, – добавила мама.

Родители правы. Хоть у них отпуска большие, но постоянно выпадали на разное время. Их работа на государственной службе не позволяла уйти в отпуск в удобное для них время. Постоянно возникали форс-мажорные ситуации. Хорошо, если его вообще давали. А к этому отдыху они отнеслись максимально серьёзно. Спланировали лучше, чем собственную жизнь. Отец мечтал об офф-роуде, поковыряться в грязи, а мать хотела просто насладиться красотой природы и отсутствием цивилизации. Но сейчас мы можем только созерцать бескрайние рязанские поля по дороге в великий город Москва.

Чем примечательна Московская область, так это лесами. Уж очень я люблю лес. Войдя в него, чувствуешь спокойствие и умиротворение. То, что нужно большому количеству городских людей. Печально наблюдать, как древесные заросли постепенно превращаются в бетонные высотки. Но это свидетельствовало о приближении к месту назначения.

Дорога была дальняя. Мы практически приехали в аэропорт, а я к тому времени уже успел отсидеть всё, что можно. Даже на некоторое время поверил, что мои ягодицы стали плоскими, пока не убедился в обратном. Но это того стоило! Аэропорт был шикарен. Я не мог подобрать слов. Какая чудесная архитектура! Признаюсь честно, я никогда не выезжал за пределы Рязани. Все мои родственники жили в этом городе, так что покидать его не было нужды и возможности. Так что путешествие в Карелию через Москву для меня на этот момент – самое большое в жизни.