Чтение онлайн

Я же, насколько бы не любила свою маменьку и не радела за ее благополучие, не была готова принести свою жизнь в жертву выйдя замуж за чужого мне и нелюбимого человека. Да, это не редкость в благородном сословии. И в определенном ключе даже несет свои преимущества. Например, я бы наконец смогла избавиться от тотального контроля со стороны родителя. Благо он уже очень давно не поднимал в отношении меня руку. Но это не значило, что когда у господина Лоресского не клеялись дела, я не замечала унылое настроение маменьки, а зачастую и тщательно скрываемые синяки.

При этом я с детства знала, как хочу прожить свою жизнь, и золотая клетка, предлагаемая господином Кавором, не предел моих мечтаний. Еще больше меня пугало отсутствие полной уверенности в мягком характере вероятного супруга и дурных привычек, подобных отцу. Это то, чего я не могла знать наверняка. В конце концов, это был выбор маменьки, жить в подобной семье, а не мой. Она могла в свое время обратиться к дедушке и он со своим влиянием смог бы добиться для нее как развода, так и обеспечить маменьку и собственных внуков. Тем более что состоянием владел он, а Лоресские к тому моменту прокутили большую часть своего и женитьба отца на маменьке буквально спасла это благородное семейство от краха. Но маменька судя по всему побоялась навешиваемого обществом клейма разведенной женщины и роящихся слухов, поэтому дедушка так и не услышал от нее ни малейшей жалобы на деспотичного супруга, когда был способен все исправить. А в последствии, когда у него случился удар и здоровье ослабло, уже я не могла заставить себя поведать о происходящем в нашем особняке из-за страха еще больше навредить здоровью самого любящего меня человека.

Но имея пример подобной жизни перед глазами, я твердо поняла, чего для себя не хочу и не могла себе позволить рисковать собственной. Поэтому с семнадцати лет, услышав разрисованную родными перспективу, мило улыбаясь и ни коим образом не выказывая недовольства, я начала продумывать план собственного побега.

[1] Оборот – равен одному месяцу

Основным ресурсом, необходимым для успешности моей тщательно вынашиваемой затеи, являлись деньги. Несколько последних лет я старательно копила, экономя средства, выдаваемые на наряды, развлечения и прочие мелкие девичьи расходы. В целом у меня скопилась весьма неплохая сумма, с которой нестрашно было отправиться строить новую жизнь. Деньги на протяжении долгого времени я надежно припрятывала в различных местах, часть золотых и серебряных монет вшила в одежду и даже обувь. Так было безопаснее на случай обнаружения сохраняемых монет, можно было сказать о желании приобрести подарок кому-то из семьи. Объяснить же в случае обнаружения годами скопленную приличную сумму вряд ли бы удалось.

Да и в путешествии неизвестно, что могло произойти в дороге, а рассредотачивание денег в разных местах минимизировало риск остаться совсем без средств к существованию. Хотя после обустройства в новой Части нашей Объединенной Империи, в моих планах было начать работать, но эту самую работу вначале пришлось бы еще найти, а перед этим необходимо арендовать жилье и на что-то прожить время поиска. Невозможно было знать все наверняка, что меня ждало, имея лишь теоретическое представление о месте, куда я собиралась отправиться.

Я прекрасно осознавала, что для устройства на работу пришлось бы забыть о собственном происхождении и представляться представительницей неблагородных кровей, чтобы не вызывать совершенно ненужных вопросов и подозрений. В моем случае чем неприметнее, тем больше шансов на благоприятный исход. Естественно, с собственным именем тоже пришлось распрощаться. Зато у меня оставалось любимое дело или возможность со временем им заниматься, по обстоятельствам. А также возможность самостоятельно распоряжаться собственной жизнью. А это представляло наибольшую ценность.

Вещи, которые я планировала взять с собой, давно записаны в список. Одежда максимально практичная и удобная, никаких присущих ныне моим нарядам рюшей, оборок и кружев, притягивающих взгляд. Несколько пар штанов и простых рубах с жилетами, несколько смен белья, три простых платья, одно темно-синее, второе спокойного бежевого цвета и третье светло-голубое, из тонкой мягкой шерсти. Все максимально компактно сворачивалось, никаких пышных подьюбников и тем более корсетов. Да и я сомневалась, что в ближайшей перспективе мне могли понадобиться бальные платья и вечерние наряды.

Внушительную часть большой сумки занимали самые необходимые и дорогие моему сердцу инструменты, подарок дедушки. Кстати, являющиеся весьма дорогими сами по себе. Вначале у меня даже была мысль взять только их и деньги, но, поразмыслив, я решила, что разумнее все таки взять како-то необходимый набор вещей, с которым я могла более комфортно и менее подозрительно путешествовать. Ведь одно дело, когда прохожие скользнут взглядом по толпе и тут же забудут девицу из простого сословия с дорожной сумкой, едущую в новую Часть пытаться устроить собственную судьбу, а другое подозрительная девица без багажа и необходимых в дороге и на новом месте мелочей и одежды. Так могли себе позволить путешествовать лишь очень богатые благородные, просто покупая все нужное в дороге и по прибытию в пункт назначения. У меня же была цель не выделяться и не запоминаться, да и в деньгах пусть я не совсем стеснена, но и не могла себе позволить швыряться ими во все стороны. Такое поведение также было подобно выпущенному сигнальному огню, не говоря о самом факте необдуманных растрат.

Еще раз перебирала снятую с чердака над моей спальней сумку, придирчиво добавила несколько необходимых в дороге мелочей. А баул-то в итоге получился внушительный! Хорошо догадалась укрепить дно сумки каркасом и прикрутить к одной стороне пару скрытых колесиков и выдвижную ручку, наподобие тех модных чемоданов, что сейчас пользуются спросом у обеспеченных аристократов. У отца тоже имелся подобный, незаменимая в частых поездках вещь. Я сняла с себя все украшения и намеренно не взяла ни одного с собой.

Напоследок оглядела себя в большом зеркале, висевшем на стене. Непривычно было видеть себя в штанах, хотя поверх я повязала широкую юбку на запах, успешно их скрывавшую. В нашей Части большинство все еще придерживалось весьма старомодных взглядов, поэтому не стоило примелькаться следуя моде других более прогрессивных Частей[1]. Свои светло-русые, с золотистым отливом, непослушные волосы вместо привычной изящной прически стянула в тугую косу. Зеленые глаза смотрят уверенно, аккуратный тонкий нос слегка вздернут. В целом я довольна своей внешностью. Разве что губы чуть пухлее, чем хотелось бы. Сейчас в моде тонкие губы, многие юные девушки часами просиживали у зеркал тренируясь их незаметно поджимать. Черты лица благодаря маменьке с ее родословной правильные и приятные, но ослепительной красавицей меня не назвать. Что опять же хорошо, проще смешаться с большинством и затеряться на просторах Империи. Фигура слегка худовата, опять же в нашем окружении предпочитали пышность и праздность, как показатель достатка и изобилия. Маменька как-то для праздничных мероприятий заказала мне даже наряд, в котором швея намеренно нашила скрытые накладки на грудь и эээ... ее противовес пониже спины. Так сказать для придания моему телу более благородного и приятного мужчкому взгляду вида.

Особняк нашего семейства располагался в приличном районе города, где отродясь не бывало краж, а родителям и в голову не приходила мысль, что горячелюбимое и всегда покладистое чадо вдруг могло сбежать. Поэтому спустить по веревке сумку в сад, а затем слезть самой, тщательно закрепив конец за ножку кровати, не составляло большого труда. Я долго думала оставить записку или не стоит. В итоге решила, что оставлять лишнюю ниточку к себе не стоило. Я считала, что когда встану на ноги и буду уверена в своем положении, смогу отправить маменьке для успокоения письмо. Да и отсутствие объяснений могло дать необходимое преимущество во времени, если бы родные не сразу обнаружили мое исчезновение. К тому же я рассчитывала, что в таком случае родные осознанно откажутся от поисков, оценив размер моей неблагодарности и подлянки семейному бюджету.

Выскользнуть из сада через боковую дверь тоже не вызвало трудностей. Нагруженная сумка мягко стучала колесиками по брусчатке, следуя за мной по пятам. Ночь выдалась ясная, ночное солнце на пару со звездами освещало мой путь. Тихо следуя спящими знакомыми улочками, через час я вышла к месту стоянки междугородних дилижансов. Мне пришлось выстроить не самый логичный маршрут и путешествовать с пересадками, чтобы запутать возможные поиски. Нельзя было дать догадаться семейству, куда я решила отправиться.