Чтение онлайн

Вскоре сельские домики слева закончились и мы вздохнули поспокойнее… Да и солнце стало светить ярче… Дышалось нам теперь легко и свободно.

–  Вот делать больше ему нечего… - беззлобно ворчал ротный.
– Какой-то пацан поорал, а наш командир не удержался.

–  Это же Засада… - флегматично высказался я.
– Он нам теперь все уши прожужжит.

На въезде в Аргунское ущелье автоколонна остановилась. Далее начиналась зона ответственности другого мотострелкового соединения и "Центрподвозовские" грузовики теперь должно было сопровождать иное боевое охранение… А нам следовало разворачиваться и отправляться обратно.

Пока мы находились на обочине и ждали дальнейших команд, я осмотрелся вокруг… Справа в километре от нас на небольшой возвышенности находился опорный пункт какого-то войскового подразделения, зарывшегося в землю по всем правилам фортификационного искусства… Не было видно практически ничего: ни крыш автомобильной техники, ни стволов пушек боевых машин пехоты или крупнокалиберных пулеметов БТРов, ни даже печных труб, которые так хорошо демаскируют себя по ночам снопами искр… В бинокль я различил лишь несколько штыревых антенн, на одной из которых слабо болтался беленький парашютик… О том, что здесь расположен, скорей всего, пехотный батальон, свидетельствовали лишь эти антенны и отчетливо выделяющаяся на снежном фоне земля, выброшенная из траншей - окопов… Да скользящий всеми колесами бронетранспортер-семидесятка, осторожно подбирающийся к нашей колонне… Видимо, кто-то из начальства решил выбраться из надоевшего расположения к проходящей мимо них веренице грузовиков и боевой техники сопровождения, чтобы узнать какие-либо известия.

Но, вскоре выяснилось то, что в 166-ую бригаду предстояло ехать только нашим двум боевым машинам и трем БМПешкам из разведроты бригады. Танки и бронетранспортеры должны были сопровождать автоколонну дальше в горы.

–  А мы свою задачу выполнили.
– сообщил нам начальник разведки.
– Можно ехать обратно… Но у меня к вам.

От второй брони к нам уже бежал Гарин с радостно-торжествующим воплем.

–  А вы слышали? Они "Аллах Акбар!"… А я им "Воистину велик!"… Слышали или нет?.

Его неуёмный восторг и откровенно детская радость вызывали улыбки и смех.

–  Да слышали мы тебя… Слышали… - добродушно посмеиваясь, заявил ему Пуданов.
– Орал на всю Чечню.

–  Да!… я такой!… - гордо выпятил грудь Стас.
– Надо же им как-то ответить!… Вот я и дал им.

–  Дал стране угля! Мелкого, но жаркого… - вспомнил я чью-то старую шахтерскую поговорку.

–  Вот вечно ты всю малину обгадишь!
– упрекнул меня Засада.
– Обиделся что ли?

Я лишь скривил губы в скептической усмешке.

–  Было б за что! Но мне просто интересно… Ты сам-то православный али как?

–  Я вообще-то хохол!
– представился Гарин.
– И по вере, наверное, католик.

–  Точно?
– я "строго-престрого" посмотрел на Стаса и даже измерил его демонстративно-оценивающим кивком.

Моя придирчивость старого школьного учителя, помноженная на ещё большее "недоверие" вызвали смех окружающих нас офицеров… Не упуская такой возможности "покрасоваться" в лишний раз, Засада пошел ещё дальше.

–  Сдаюсь!… - он даже поднял руки.
– Вообще-то… Я - натуральный еврей! И фамилия у меня Гаринц… Если честно.

–  Тогда всё с тобой понятно!
– сказал я, таинственно улыбаясь.
– Так вот кто.

–  Ну, давай!… Говори побыстрее!
– поторопил меня Засада.
– Ты же не успокоишься, если какую-нибудь гадость про меня не скажешь… Что со мной понятно?.

Я вздохнул скорбно и театрально, после чего начал-таки говорить правду-матку.

–  Понятно то… Кому именно выгодно маскироваться под христианина… Чтобы потом стравливать православных и правоверных.

–  Ишь ты! Куда тебя занесло… - рассмеялся Иваныч.
– И какая ему выгода?.

–  Религия - это только лишь очень хороший повод… - стал я говорить, но меня отвлек чей-то крик.

Это к нам опять шел начальник разведки, который до этого обсуждал что-то со своими подчиненными.

–  Ну, что? Спецназ!
– громко повторил он, обращаясь непосредственно к нам.
– Долбанём блокпост или как?

На какое-то мгновение весь "спецназ" потерял дар речи, отлично понимая то, о чем идет разговор… Первым опомнился Пуданов.

–  Какой блокпост?
– наивно спросил он.

–  Который мы час назад проезжали!
– уточнил начальник разведки.
– За мостом.

–  А зачем?
– меня озадачило такое спонтанное предложение.

–  Что значит "зачем"? Духи они или не духи?
– вопросами на вопрос отреагировал пехотный красавец-мужчина.
– Война у нас или не война?.

–  Это всё понятно… - откашлявшись от внезапного спазма, я говорил глухо и непривычно.
– И как мы это сделаем?

–  Да!
– оживился наш оперативный офицер "Гаринц".
– Мы должны всё согласовать.

–  Вы же все вопросы со мной должны согласовывать!… - хитро прищурившись, начальник разведки осторожно и деликатно, но всё-таки нас пытался спровоцировать.
– Или вы испугались?

–  Мы ничего не боимся!
– "рисанулся" Стас.
– Только надо всё обдумать.

–  Если мы со спецназа, то должны быть все безбашенные? Так что ли?
– усмехнулся я.

–  Я уже всё обдумал!
– пехотный полководец присел на корточки и стал палочкой рисовать схему на асфальте.
– Мы спокойно едем обратно. За двадцать метров до блокпоста по сигналу все пушки наводим на духов и начинаем их крошить… Скорость чуть снижается… Мы спрыгиваем как раз напротив моста и бежим добивать духов, забирать трофеи… Остальные бойцы прикрывают бегущих прямо с брони. Когда дело сделано, все возвращаются на БМПешки… По газам… и всё!

Его план действий на первый взгляд кажется легковыполнимым… Хоть и на первый взгляд… И даже вызывает у нас некоторые дополнения.

–  Надо ещё их баб пощ-щупать… Когда там пробегать будем… - иронизирует Гарин.
– И самых симпотных с собой утащить.

Но присутствующие уже не обращают на его слова никакого внимания… Все молчат.

–  Мы, конечно, можем внезапно расстрелять тех боевиков, которые снаружи стоят… Допустим, что они все жуют сопли, не падают, не отстреливаются, а сразу же умирают… Но внутри блокпоста сто процентов кто-то есть на прикрытии. Бойницы для чего они сделали? Я там три-четыре ствола насчитал.

Я говорю горячо и увлеченно, показывая пальцем на схеме.

–  И "мухи" у них есть.
– вставляет Пуданов.
– РПГ-седьмые тоже… Долбанут по нашей броне… И пешком нам потом не дадут уйти.

–  А из этого кишлака сколько ещё духов сбежится?
– нахмурив брови, задает очень даже толковый вопрос Стасюга.
– Вы как хотите, мужики! Но лично я - против.

–  А-а… Обосрались?!
– презрительно говорит НР и встает с корточек.
– Какой же вы спецназ?

Его грубые слова однозначно являются своеобразной провокацией… И в них четко усматривается попытка оказать на нас морально-психологическое давление… Чтобы осуществить всё-таки манипуляцию.