Демельза
Шрифт:
В полутьме было заметно, как Джуд скривился, его лысая макушка походила на второе лицо.
– А пошто всех звать-то? Они и так там скоро объявятся. Ежели...
– Корабль немалый, - ответил Росс.
– Везет провизию. Добычи на всех хватит.
– Да, но...
– Делай, как сказано, или запру тебя снаружи и сам управлюсь.
– Слушаюсь, капитан. Я так, просто, вроде как мысль проскользнула. Чего за корабль-то, сэр?
Росс вышел наружу, хлопнув дверью так, что весь коттедж затрясся. Кусок подсохшей глины шлепнулся с потолка Пруди на лицо.
– Да что на тебя нашло!
Пруди треснула Джуда по макушке и присела.
Джуд, застыв в той же позе, почесал грудь под рубашкой.
– Странно, - произнес он.
– Странно все это, скажу я тебе.
– Чего? Да и что на тебя нашло, проснулся ни свет ни заря!
– Мне снился старый Джошуа, - произнес Джуд.
– Ясно так, прям как наяву, как в семьдесят седьмом, когда он увязался за той девчушкой в Сент-Ив. И дьявол меня забери, ежели когда я проснулся, он не стоял рядом с моей постелью, ясней ясного.
– Кто?
– Старый Джошуа.
– Глупая ты старая мартышка, он уже шесть лет как лежит в могиле.
– Да, на самом деле это был капитан Росс.
– Тогда объясни, с чего ты сразу мне так не сказал!
– А с того, - ответил Джуд, - что я никогда еще не видал его таким похожим на старого Джошуа.
Глава девятая
Лишь благодаря своим превосходным навыкам моряка капитану Брэю целый час удавалось удерживать корабль вдали от берега.
В этом ему помог неожиданно утихший шторм, и какое-то время казалось, что еще возможно предотвратить беду.
Но когда начался отлив, все было потеряно. Росс поспел домой как раз к самому крушению.
Эту сцену он помнил годами. Несмотря на то, что вода отхлынула, песок оставался влажным и покрытым пеной вплоть до самых песчаных холмов и гальки. Местами утесы до самой вершины посерели от пены, а вода с бурунами клубилась вокруг утесов, похожая на стаи чаек, кружащие над морем. Вдоль кромки моря плотной цепочкой выстроились тридцать-сорок человек, откликнувшиеся на призыв поживиться. К ним кормой вперед стремительно неслась побитая, потрепанная и полузатопленная "Королева Шарлотта".
Когда Росс забрался на стену, солнце прорвалось сквозь черные тучи, мерно уносимые на восток. Бледное, неземное сияние окрасило небосвод в желтый цвет, а на громадах волн замерцали золотистые пятна. Затем солнце поглотила перистая завеса, и свет померк. Корабль, как и намеревался капитан, выскочил кормой на берег, но засел недостаточно прочно, и прибой, громадной массой обрушившись на корабль, развернул его бортом. За считанные мгновения корабль развернулся, встав к берегу бортом, через который перехлестывали волны.
Росс побежал по пляжу, шатаясь под порывами ветра; корабль вынесло на берег немного выше, почти у самого утеса Лежер.
До корабля еще нельзя было добраться, но его быстро затапливало. Волны яростно обрушивались на собравшихся на берегу, накрывали половину песчаных холмов и затем, схлынув, оставляли за собой блестящие лужи глубиной в полдюйма. Моряки на корабле пытались спустить шлюпку. Смертельно опасное решение, но и остаться на корабле во время начавшегося прилива было не лучшим шансом на выживание.
Моряки удачно спустили шлюпку на воду с кокпита, но затем, стоило в нее запрыгнуть трем-четырем морякам, как поток воды пронесся вдоль подветренного борта корабля и понес суденышко. Люди отчаянно старались удержаться в своем пристанище, но попав в приливное течение, оказались обречены. На них обрушилась волна, обдав водой, и понесла к берегу. Но затем они угодили во впадину между волнами, и следующая волна перевернула лодку, разбив её в щепы.
Люди на берегу отступили от прибоя, но когда волнение слегка унялось, Росс вместе с несколькими остальными наблюдал за кораблекрушением, пока отступающие волны, доходя им до колен, пытались затащить корабль в море.
– Нынче утром нам к кораблю не подобраться, - произнес Вайгас и потер руки, поеживаясь от холода.
– Прилив нас на куски порвет, и до отлива нечего и надеяться на добычу. Придется разойтись по домам.
– Я не вижу никого из моряков, - произнес Заки Мартин.
– Думаю, их затянула волна и выбросит где-то дальше на берег.
– При таких волнах кораблю не выдержать даже одного прилива, - заметил Росс.
– Скоро поживитесь.
Заки бросил на него взгляд. Этим утром Росс был настроен свирепо.
– Поберегись!
– прокричал кто-то.
Огромная волна ударила в корабль, и на мгновение ровный столб брызг поднялся на целых двести футов, прежде чем медленно осел и разнесся по ветру. Двое мужчин схватили Росса и оттащили его назад.
– Корабль приближается!
– закричал Росс.
Они попытались убежать, но не смогли. Волна захлестнула их по пояс и смела на своем пути как соломинки; их протащило до самого пляжа, и они остались барахтаться в полуметровом слое воды, пока волна помчалась дальше, растрачивая свою силу. Они едва успели подняться на ноги и приготовиться к новой, отступающей волне. Росс смахнул с глаз воду.
"Королева Шарлотта" наконец сдалась. Тяжелая масса воды не только подхватила её, но и едва не перевернула, сломав обе мачты и смыв почти весь экипаж, за исключением двух человек. На поверхности качались обломки кораблекрушения - бочонки и мачты, обрывки канатов и мешки с зерном.
К месту крушения лавиной хлынули люди, неся с собой топоры, корзины и пустые мешки. Они подстегнули тех, кто пришел раньше, и вскоре полузатопленная палуба почернела от людей, пытавшихся схватить, кто что может. Прилив прибил к берегу всё, что ему удалось смыть с корабля. До берега живым добрался один человек, выкинуло трех мертвецов, а остальной экипаж исчез в пучине моря.
По мере того как разгоралось утро и небо прояснялось, приходило все больше людей с мулами, пони и даже собаками, чтобы увезти добычу. Но лишь малая часть груза оказалась на берегу, её на всех не хватало. Росс заставил своих людей делить добычу. Если на берег сносило бочонок с сардинами, его вскрывали и, разделив на порции, отсыпали полную корзину каждому подходившему. Росс поспевал повсюду, отдавая приказы, советуя и воодушевляя.
В десять часов достали три бочонка рома и один бренди, которые незамедлительно открыли. Хлебнув спиртного, люди разгорячились, и некоторые даже дрались в воде. По мере того, как наступал прилив, часть людей отступила к песчаным холмам, где разожгла костры из остатков кораблекрушения и принялась бражничать. Новоприбывшие бросились в прибой. Кое-кого подхватывала волна и отбрасывала назад в море. Один даже утонул.