Демиург. Том 2
Шрифт:
— Мир, они, сука, очистить хотят… — пробормотал я, вогнав в каждого из наёмников по пуле. Пусть оба и без головы, но чёрт его знает, какими плюшками могла наградить Система и их госпожа.
Кстати, насчёт этой самой госпожи…
Развоплотив ловушку, тем самым освободив ногу демиурга, я схватил ошалевшую от боли девушку за руку, в две секунды дотащил её до полуразрушенной кухни.
Достав из инвентаря кусок верёвки, связал руки белобрысой дуре… везёт же мне на них… после чего перекинул верёвку через балку чудом оставшегося стоять навеса, связал петлю и накинул её на шею Моллиган.
— Очнись, госпожа, — сплюнув при последнем слове, я похлопал девушке по щекам.
Та, распахнув карие глаза, вынырнув из обморочного состояния, мгновенно восстановила в памяти произошедшие события.
— Нет… Нет… Нет… Так не должно было произойти! Больно… больно…
— Эй, гадина! Ты бы потише плясала, — рыкнул я на девушку, Ублюдком указывая той на крепкий табурет, на котором она стояла, фактически, на одной ноге.
А потом продемонстрировал вторую руку, с зажатым в ней Силком, от рукояти которого к этому самому табурету шла нить.
— Дёрнешься лишний раз, и табурет завалится… Скажешь что-то не по существу или попробуешь что-то сколдовать, и уже я дёрну за верёвочку и буду наблюдать, как ты ножками дрыгаешь. Поняла меня, демиург недоделанный?!
Внутри меня кипела ярость. Мозгами-то я понимал, что сподвигло на нападение эту дуру. Но как вспомню перерубленного Харона… Или Кнопку, чьё доброе сердце пробило копьё… Да и другие гоблины, пусть и балбесы, но это, сука, мои балбесы!
— Нет, нет, только не повешенной! Это позорная смерть для представителя древнего рода! Нет, я не могу так умереть! — задёргалась девушка, опасно раскачивая стул. — Я не могу пережить такой позор, быть повешенной!
— Ну уж извините, гильотины не построено… — развёл я руками, при этом натягивая нить.
Табурет под блондинкой закачался, и та заорала пуще прежнего.
— Ты — зло! Ты не должен существовать в новом мире!
— Я же вроде не задавал никаких вопросов. Последнее предупреждение, а потом все твои предки будут смотреть на тебя с осуждением… — покачал я головой. — Ты же знаешь, как отвратительно выглядит повешенный. Да и пованивает от него… Фу, в общем…
От услышанного Моллиган побелела под стать своему некогда белоснежному одеянию.
— Нет, только не такая смерть. Пристрели меня!
— Зачем мне тратить на тебя патроны? Они, знаешь ли, недешёвые, — ответил я. — Причина нападения лишь только в том, что я — это я?
По личному делу было видно, что Моллиган никого не убивала, но уточнить всё же стоило.
— Да! Я встретила по пути Яривинена, демиурга на которого ты напал! Он мне всё рассказал! — девушка обвиняюще уставилась на меня, будто мы сейчас были на суде, а она являлась обвинителем. — И лишь чудо спасло его! Впрочем, он сказал, что ты ослаб и мои воины справятся с тобой! Тем более что это наша цель, защищать невинных…
— То есть наличие убитых в его досье тебя не смутило? — почесав Ублюдком голову, поинтересовался я.
— Он сказал, что поселенцы сошли с ума и сами на него напали… — уже не так уверенно произнесла девушка.
— Я так понимаю, у вас, благородных, принято верить на слово? — чуя, как начинает пульсировать раненая рука, а ноги ощутимо потряхивать, я подтянул к себе скамейку и уселся на неё.
Похоже, горячка боя отступает, и организм начинает анализировать полученные повреждения.
— Он — человек, и Система избрала его Демиургом! — гордо вздёрнув головой, девушка на миг превратилась в тех особ, что я порой видел на экранах телевизоров ещё до пришествия Системы.
Тех самых, у которых «голубая» кровь, манеры, вбитые ещё в утробе матери, и весьма специфические представления об окружающем мире и людях.
А этой курице, похоже, ещё и излишне правильную линию воспитания привили, правда, забыв добавить хоть крупицу критического мышления.
— А я, блин, тогда хтонь космическая… Не, ну тебя явно опасно оставлять в живых. Демиург и без мозгов — страшная штука… — немного поразмыслив, я потянул за нить. — Есть что сказать перед смертью?
— Я не хочу так умирать! Нет! — задрожала девушка, а по её испачканному кровью лицу потекли слёзы. — Пристрели меня! Или позволь служить! По праву сильного! Ты честно победил меня, и я готова исполнять твои приказы! Слово главы рода Моллиган!
— Ты думаешь, я тебе поверю? Ты шла сюда с конкретной целью меня убить. А теперь ты даёшь мне какое-то вшивое слово?
— Слово моего рода не пустой звук!
— Не для меня. Я тебя вообще первый раз вижу, — пожал я плечами.
Этот разговор уже начал меня утомлять и даже злить. И если первое было понятно, то вот второе действительно напрягало. Я уже начал понимать, что просто оттягиваю приведение приговора.
Как ни погляди, сейчас передо мной в петле стоял ребёнок. Да, великовозрастный, но всё же ребёнок. Даже удивительно, что она Апокалипсис пережила. Впрочем, возможно, и там ей слуги помогали.
— Сама понимаешь, отпустить я тебя не могу. Гарантий, что ты не соберёшь силы и не вернёшься никаких…
Я потянул за нитку, и стул стал медленно крениться.
— Оставить тебя на своём аллоде, значит, подписать тебе или себе отложенный смертный приговор. Рано или поздно ты попробуешь перехватить управление кристаллом, и кто-то из нас умрёт…
Нить натянулась, чуть ли не вибрируя, а Моллиган начала качаться из стороны в сторону, пытаясь удержать равновесие на уходящей из-под ног опоры.
— Ну и плюс ты виновата в смерти тех, кто фактически прикрывал меня с самого начала пути. А я очень не люблю, когда тех, кто мне доверился, убивают…
— Я… Я буду делать всё, что ты скажешь! Я буду твоим верным вассалом, я…
— Извини, вассал — это слишком много для тебя. Так что… — я потянул за нить и за мгновение до того, как стул упал, девушка закричала.
— Я согласна! Да, да!
А после принялась дёргаться на полу, ещё не понимая, что прозвучавший выстрел был нацелен не в неё, а перебил балку, на которой она была подвешена.
— Ну и сука ты, Система, — процедил я, глядя на всплывшие строчки перед глазами.
Внимание!
В случае пленения Демиурга вы имеете право заключить с ним договор о Владении. В случае согласия пленённого Демиурга право на распоряжение его жизнью переходит к победителю.