Чтение онлайн

20 января, в Комрате побывала многочисленная делегация молдавского правительства, которая провела совместное заседание с депутатами Народного собрания и Исполкома Гагаузии. Цель визита была единственная – убедить руководство Гагаузии отказаться от намерений провести 2 февраля референдум. Для того, чтобы мотивировать гагаузскую сторону была предпринята даже попытка убедить Комрат в реальной готовности центрального руководства рассмотреть возможность расширения полномочий автономии. [21]

ЦИК Молдовы отказался предоставить Гагаузии печати для референдумов. В ответ Народное собрание автономии заказало в частной фирме комплект печатей и штампов на гагаузском языке для проведения голосования. В ряде населённых пунктов полиция пыталась помешать организации гражданских сходов в поддержку референдумов, было отказано во въезде в страну группе международных наблюдателей. Несмотря ни на что, референдум состоялся. [22]

Его результаты можно назвать ошеломляющими. В то время, как на внеочередных парламентских выборах в Молдавии в 2010 г. явка, согласно данным Центральной избирательной комиссии составила 59 %, а на парламентских выборах в ноябре 2014 г. ещё меньше – всего 55,8 %, референдум в Гагаузии собрал 70,4 % избирателей автономии.

Ещё более показательными оказались результаты. По словам главы ЦИК автономии Валентины Лисник, в целом по Гагаузии на вопрос об отложенном статусе народа Гагаузии на самоопределение утвердительный ответ дали 68 тысяч 23 избирателя, что составило 98,9 %. Ответ «Нет» выбрали 1 тысяча 324 избирателя, или 1,1 %.

На консультативном референдуме результаты мало отличались. Так, за Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана выступил 68 тысяч 181 человек. Это 98,47 % от общего числа избирателей. «Нет» сказали только 1 тысяча 56 человек, или 1,52 %.

В то же время за вступление Молдовы в Евросоюз выступили только 1 тысяча 895 избирателей (2,77 %). Против – 66 тысяч 448 человек (97,22 % от общего числа избирателей). [23]

Игнорировать полученные результаты можно только в том случае, если отказаться от принципов демократического развития как такового.

Вместе с тем, главным побудительным мотивом для проведения референдума стали не далеко не евроинтеграционные устремления Кишинёва. Как известно, в отличие от Украины, Молдавия парафировала на саммите соглашение об ассоциации с Европейским Союзом. Гораздо более важным фактором послужило заявление в конце 2013 г. президента Румынии Траяна Бэсеску о необходимости объединения Молдавии с Румынией и о том, что гагаузы мешают этому процессу.

Власти и СМИ Молдавии пытались представить действия Комрата по консультативному опросу населения автономии, как направленные против Европейского союза и за вступление в Таможенный союз РФ-Белоруссия-Казахстан, а второй вопрос референдума трактовался ими как намерение Гагаузии выйти из состава Республики Молдова. Проблема, однако заключалась не в трактовках вопросов, а в том, что именно Молдавия, противодействуя народному волеизъявлению, нарушала европейские нормы, которых должна бы придерживаться, подписав соглашение об ассоциации с ЕС.

Между тем, юридическая экспертиза однозначно свидетельствует о соответствии решения о проведении референдума молдавской конституции, Кодексу о выборах и закону «Об особом правовом статусе Гагаузии». [24]

В Конституции Республики Молдова заложена концепция сильного независимого демократического государства, способного гарантировать и обеспечивать основные права и свободы граждан. Именно такое государство было воспринято народом Гагаузии в качестве гаранта его свободного самоопределения и последующего развития в составе Республики Молдова в результате сложных процессов государственного размежевания, протекавших на постсоветском пространстве.

Достигнутое взаимопонимание способствовало правовому оформлению статуса автономии, в том числе непосредственно в самой Конституции, статья 111 которой установила, что Гагаузия – это автономно-территориальное образование с особым статусом как форма самоопределения гагаузов, являющееся составной и неотъемлемой частью Республики Молдова, которое самостоятельно, в пределах своей компетенции, в соответствии с положениями Конституции Республики Молдова.

При этом, в статье 1 Закона «Об особом правовом статусе Гагаузии (Гагауз Ери)» от 23.12.94 предусматривается положение, согласно которому «в случае изменения статуса Республики Молдова как независимого государства народ Гагаузии имеет право на внешнее самоопределение ».

Как следует из статей 7, 11 и 12 Закона, к компетенции Народного Собрания, представительного органа Гагаузии, обладающего правом принятия законодательных и иных нормативных актов в пределах своей компетенции, отнесено также и участие в осуществлении внутренней и внешней политики Республики Молдова по вопросам, касающимся интересов Гагаузии.

В свою очередь, согласно статье 25 Закона, Республика Молдова является гарантом полной и безусловной реализации полномочий Гагаузии, определённых настоящим Законом.

В системной связи с приведёнными положениями республиканского законодательства 14 мая 1998 года Народным Собранием Гагаузии было принято Уложение Гагаузии.

Статья 7 Уложения корреспондирует положению статьи 1 Закона «Об особом правовом статусе Гагаузии» и устанавливает, что статус Гагаузии не может быть изменён без согласия её народа. В случае изменения статуса Республики Молдова как независимого государства народ Гагаузии имеет право на внешнее самоопределение.

По меньшей мере в отношении законодательного референдума, позволяющего народу Гагаузии реализовать своё право на внешнее самоопределение в случае изменения статуса Республики Молдова как независимого государства, следует отметить, что взаимосвязанные положения законодательства Республики Молдова и законодательства Гагаузии допускали легальную правовую возможность обеспечения и защиты права народа Гагаузии на самоопределение, поскольку прямо предусматривали его право на внешнее самоопределение в случае утраты независимости Республики Молдовы. И данный гражданами положительный ответ на этот вопрос, может реализоваться лишь в случае изменения статуса Республики Молдова как независимого государства. Таким образом, сами по себе результаты этого референдума не могли нарушить целостность существующего независимого государства, квалифицироваться как сепаратизм, напротив, были направлены на защиту суверенитета Молдавии.

Референдум в Гагаузии оказался направлен не против Запада, как такового, а против кампании румынизации Молдавии и уничтожения молдавской этнической идентичности и молдавской государственности. В рамках суверенной Молдавии вопрос об отделении Гагаузии даже не поднимался, равно как и не поднимался вопрос о повышении статуса автономии. Таким образом, референдум был направлен на соблюдение Молдавской конституции и защиту её суверенитета. Все действия и намерения Комрата находились в правовом и конституционном поле Республики Молдова.

Крымская автономия всегда занимала особое место в Украинском государстве её статус и настроения граждан всегда были вызовом для украинских националистов. Ряд украинских политиков, утверждал, что в унитарном государстве принцип автономизма не может реализоваться. Такие заявления скорее свидетельствовали о слабом знании предмета – ведь в целом ряде унитарных государств нормальным образом функционируют автономные образования. В их ряду можно назвать Францию, со времён революции «единую и неделимую» республику, в составе которой существует Корсиканская автономия; Италию, аж с пятью автономиями, и даже Китай, на территории которого существует также пять автономных округов. И тем не менее, угрозы существованию автономии были вполне реальны.