Чтение онлайн

Американцы всегда любили море. Независимость, положив конец их связям с Англией, дала новый мощный толчок развитию их таланта мореходов. Начиная с этого времени, число кораблей Союза росло почти так же быстро, как число его жителей. Сегодня девять десятых европейских товаров доставляют в Америку сами американцы92. Они же доставляют в Европу три четверти экспортируемых из Нового Света товаров93.

Корабли Соединенных Штатов заполняют гаврский и ливерпульский порты, тогда как в нью-йоркском не встретишь много английских или французских судов 94.

Так, американские коммерсанты не только выдерживают конкуренцию в своей собственной стране, но и одерживают верх в других странах. Этому есть объяснение: дело в том, что Соединенным Штатам мореплавание обходится дешевле, чем всем остальным странам. До тех пор пока американский торговый флот будет удерживать это преимущество, он не только сохранит все свои завоевания, но и приумножит их.

Нелегко ответить на вопрос, почему американцам удается тратить на мореплавание меньше, чем другим народам. Первое объяснение, к которому склоняются многие, заключается в том, что американцы не в пример другим народам пользуются какими-то материальными преимуществами, дарованными им природой. Однако это не так.

Расходы на кораблестроение в Америке почти не отличаются от европейских95, их корабли не лучше наших, срок их службы обычно короче.

Американский матрос получает более высокую плату, чем европейский. Чтобы это доказать, достаточно вспомнить, что в торговом флоте Соединенных Штатов служит много европейцев.

Почему же все-таки плавания обходятся им дешевле, чем нам?

Невозможно объяснить это явление лишь благоприятными природными условиями, в его основе лежат интеллектуальные и моральные свойства американского народа.

Следующее сравнение прояснит, что имеется в виду.

Во время революционных войн французы изобрели новую военную тактику, которая приводила в смятение самых опытных полководцев и едва не разрушила самые древние европейские монархии. Впервые в истории французская армия обходилась без множества вещей, которые ранее считались совершенно необходимыми для ведения войны. От ее солдат требовалось значительно больше усилий, чем от солдат всех развитых наро-

92 Общий объем импорта в бюджетном году, заканчивающемся 30 сентября 1832 года, составлял 101 129 266 долларов. Стоимость импортных товаров, доставленных на иностранных кораблях, достигала лишь 10 731 039 долларов, то есть приблизительно десятой части от общего объема.

93Общий объем экспорта за тот же год составлял 87176 943 доллара. Стоимость товаров, экспортированных на иностранных судах, составила 21 036 183 доллара, то есть около четверти от общего объема. (Уильяме. Справочник, 1833, с. 398.)

94В 1829, 1830, 1831 годах общее водоизмещение судов, заходивших в порты Союза, равнялось 3 307 719 тоннам. Водоизмещение иностранных кораблей составляло 544 571 тонну, то есть приблизительно 16 процентов от общего числа. (Национальный календарь, 1833, с. 304.)

В 1820, 1826 и 1831 годах водоизмещение английских кораблей, входивших в лондонский, ливерпульский и халлский порты, составляло 443 800 тонн, а водоизмещение иностранных судов, заходивших туда в то же время, — 159 431 тонну, то есть приблизительно 36 процентов от общего числа. (Спутник альманаха, 1834, с. 169.)

В 1832 году иностранные суда, заходившие в британские порты, составляли 29 процентов от общего числа.

95 Вообще, сырье в Америке стоит дешевле, но рабочая сила там значительно дороже.

289

дов. Они должны были делать все на бегу и, не задумываясь, рисковать своей жизнью для того, чтобы добиться поставленной цели.

Французов было мало, они были беднее своих врагов, у них было гораздо меньше ресурсов. И несмотря на все это, они постоянно побеждали. Так было до тех пор, пока их противники не переняли их тактику.

Нечто подобное американцы применили в торговле. Они делают для сокращения расходов то, что французы делали для того, чтобы побеждать.

Европейские мореплаватели очень осторожны: они уходят в море только в хорошую погоду, в случае каких-либо происшествий возвращаются в порт, ночью убирают часть парусов, при приближении к суше замедляют ход и поглядывают на солнце.

Американцы пренебрегают этими предосторожностями и смело идут навстречу опасности. Они отправляются в путь в бурю, ночью идут под всеми парусами, как и днем, после шторма чинят корабль на ходу, а приближаясь к пункту назначения, летят к берегу на всех парусах, словно уже видят порт.

Американцы часто терпят крушение, но никто не пересекает море так быстро, как они, и благодаря этому они несут меньшие издержки.

Совершая длительное плавание, европейцы обязательно делают несколько остановок. Они теряют драгоценное время на поиски портов для стоянок, на ожидание хорошей погоды, чтобы продолжать путь, и вынуждены оплачивать каждый день стоянки.

Американские мореплаватели, выходя из Бостона в Китай за чаем, прибывают в Кантон, проводят там два дня и снова пускаются в путь. Меньше, чем за два года, они совершают кругосветное путешествие с одним-единственным заходом в порт. В течение восьми- или десятимесячного перехода они пьют соленую воду и питаются солониной, без конца сражаются с морем, болезнями и тоской. Но по возвращении домой они могут продать фунт чая на су дешевле, чем английские торговцы. Цель достигнута.

Для того чтобы все стало до конца понятно, нужно сказать, что американцы вкладывают в свою торговую деятельность невиданную доблесть.

Европейским коммерсантам всегда будет трудно выдерживать конкуренцию с американскими, которые действуют описанным образом не только по расчету, но и главным образом в силу свойств своей натуры.

Жители Соединенных Штатов испытывают все те потребности и желания, которые существуют в развитом культурном обществе. Но Америка не Европа, общество там еще недостаточно искусно и не способно удовлетворить все желания людей. Потому им нередко приходится самим мастерить то, без чего они не могут обходиться в силу своего воспитания и привычек. Случается, что один человек пашет поле, строит дом, мастерит инвентарь, шьет обувь и ткет грубую ткань, из которой делает одежду. Это снижает качество производимых предметов, но весьма способствует развитию человеческих способностей. Ведь развитое разделение труда обедняет духовный мир человека, делает его творения бездушными. В такой стране, как Америка, где специалистов очень мало, нельзя требовать длительного обучения от людей, избравших какую-либо профессию. Поэтому американцам нетрудно изменить профессию, и они меняют ее в случае необходимости. Можно встретить людей, которые в своей жизни были адвокатами, земледельцами, коммерсантами, проповедниками, врачами. В каждом отдельно взятом ремесле американцы менее искусны, чем европейцы, но они более или менее знакомы со всеми ремеслами. Они больше умеют, у них шире сфера приложения способностей. Американцы никогда не связывают себя навечно ни с какой профессией, им незнакомы профессиональные предрассудки, они не отдают предпочтения какой-либо одной деятельности, им чужды тяга к старым способам работы и неприятие новых. Словом, у них самих не возникает никаких привычек, так как они осознают, что их страна не похожа ни на какую другую и занимает особое место в мире.

Американцы живут в стране чудес, все вокруг них находится в постоянном движении, и они воспринимают это движение как прогресс. Для них обновление обозначает совершенствование. Они не видят никаких природных границ человеческой деятельности, и в их представлении не существует лишь того, чего люди не пытались еще сделать.

Из-за царящего в Соединенных Штатах всеобщего движения, из-за частых превратностей судьбы и неожиданных перемещений общественного и частного богатства человек пребывает в лихорадочном возбуждении, благодаря которому он всегда готов к лю-