Чтение онлайн

— Не сейчас Курт.

— Джером, ты должен объясниться, — потребовал он.

— Ты знаешь все, что тебе требуется знать.

— Нет, я знаю лишь то, что ты похитил, возможно, ни в чем невиновную девушку. Провез её через пол Техаса, Бог знает, как издевался и в итоге воспользовался ею, — Курт был зол на него и не сдерживал своего гнева. — Почему ты не видишь, как отвратительны твои поступки?

— Ну, что есть, то есть — пожал плечами Джером. — Но я не могу ничего исправить.

— Ты должен вернуть её домой, Джер.

— Я не могу.

— Черт, да забудь ты про золото. Забудь, про эти чертовы деньги. Они не стоят того что ты делаешь.

— Можешь мне не верить, но меня самого не прельщает эта работа, — с тоской в голосе проговорил Джером. — Но для меня уже поздно отступать. Я погряз в этом дерме по уши. И никто мне не в силах помочь.

— Ты отдашь её этим ублюдкам? — сухо спросил Курт.

— Курт, я…

— Отдашь? — он заскрежетал зубами. — Ответь.

А разве он мог это сделать? Каким бы не был Джером жестоким, он не в силах был отдать эту женщину. Никому. Он не поступит так с ней. Просто не мог.

— Нет, — выкрикнул Джером. — Нет, Черт возьми.

— Тогда, для тебя ещё не поздно Джер, — Курт подошёл к нему вплотную и сжал его плечо. — Почему-то мне кажется, что ты ещё спасешься. Она тебя спасёт брат.

Развернувшись, Курт пошёл кормить лошадей, оставляя Джерома наедине со сказанным. Как она могла помочь ему, если он сам не может это сделать? Но в чем он был уверен, это то, что не отпустит ее. Теперь, когда он почувствовал и попробовал на вкус нежность ее тела, все обрело смысл.

Поужинав, Джером заперся в своей комнате. А Джесси поселили в большой спальне их родителей. Курт показал ей, где лежат вещи, и разрешил пользоваться всем, чем Джесси пожелает. Переодевшись в ночную белую рубашку свободного покроя, она подошла к полкам, на которых стояло несколько книг. Может так она скоротает время. Книга поможет ей отвлечься и не думать, о том, о чем она хотела забыть. О том, кто не давал ей покоя.

Она читала строки, которые проносились в голове не оставляя смысла, и Джесси не могла сконцентрироваться. Сидеть и ничего не делать было невыносимо. А ожидать спокойно своей участи вообще было ужасно. Джесси захотела выйти на свежий воздух, в надежде, что прохладный ветер унесет ее мысли прочь.

Но, как и ожидалось, он ничем не помог ей. Она стояла на крыльце, укутавшись в легкий темно-синий халат. Джесси подняла голову и залюбовалась огромной полной луной. Ночь была восхитительной. Жаль, нельзя было раствориться в ней, что бы она унесла ее с собой подальше, от этой суровой и беспросветной жизни.

— Норовишь снова сбежать? — тишину разрезал голос Джерома.

От неожиданности Джесси вздрогнула. Она всматривалась в темноту крыльца, откуда донесся его голос, но тьма скрывала его. Он действительно был порождением ночи. Затем Джесси увидела яркий огонек от сигары, скрипнула скамья, и он оказался возле нее. Ей тяжело было находиться рядом с ним, ее безумно тянуло к нему. И с каждым разом ей все сложнее было противиться этому влечению.

— Не спиться, — спокойно ответила она.

— Что-то беспокоит?

— Беспокоит? Конечно, нет. Меня же не похитил сумасшедший и не издевался надо мной. Меня же не пытались изнасиловать и убить. Из-за меня же не умер человек. Действительно, чего мне беспокоиться?

На мгновение она увидела сострадание в его глазах. Или ей это только показалось? Джером выпустил большой клуб дыма и уставился на луну. По всей видимости, он не хотел ей отвечать.

— Сегодня прекрасная ночь, — прошептал Джером.

Джесси глубоко сомневалась, что его могло заботить что-то еще в этом мире помимо своей работы.

— Я люблю ночи, — проговорил она. — Они заставляют забывать всю суету дня. И сейчас кажется совершенно все не важным. Будто темнота стирает все твои проблемы и зовёт к себе, в тихую чёрную тьму.

— И ты забываешься в ней, — подхватил Джером. — Мне иногда хочется целиком отдаться этой тьме, что бы она забрала все горести.

— И она забирает.

— Но ненадолго. Все возвращается с рассветом.

— Да, поэтому я никогда не любила новый день.

— Но он может дать и что-то новое.

— Может. Но не всегда это должно быть хорошее.

Джером усмехнулся. Он понял, к чему она вела.

— Я отвезу тебя домой — выпалил он.

Джесси пристально на него посмотрела. Очередная его шутка?

— Что изменилось? Почему? — она хотела знать эту странную перемену.

— К чему вопросы? Разве это важно?

Может, это было и не важным, но Джесси хотела знать.

— Когда?

— После того как закончу одно дело, — мрачно заключил он.

Неужели он говорил серьёзно? Она будет свободна? Снова увидит Пенни? Её накрыла волна облегчения. Неужели она будет жить? Она смотрела на Джерома и не могла прочитать ни единую его мысль. Его лицо, почему-то казалось печальным. Почему ей так хотелось утешить его? Её сердце тянулось к этому человеку, и Джесси ничего не могла с этим поделать.

Он развернулся, что бы уйти, но Джесси остановила его. Слишком откровенным был их разговор, и ей хотелось узнать о нём больше. Но она знала, что он не откроется ей.

— Джером?

— Хм? — он остановился.

— Что тогда будет с тобой?

Он подошёл к ней и облокотился на перила. Его взгляд был задумчивым.

— Ты переживаешь, дорогуша? — с опечаленной улыбкой поинтересовался он.

— Не называй меня так — поправила она его. — Простое любопытство.

— Я же тебе уже говорил.

— Убьют? — её голос дрогнул.

— Скорее всего — пожал он плечами.

— Но ты сказал, что тебя не просто будет убить, — напомнила она ему.

Джесси пыталась скрыть дрожь в голосе. Чего она хотела от него услышать? Что с ним все будет в порядке? Что его не убьют? Для чего ей это? Что бы успокоить свою совесть, так что ли?

— Ну, как ты видела, я все-таки не бессмертный.

«К сожалению» — печально подумала она. Как судьба, наверное смеётся играя с ними. Несколько дней назад она яро ненавидела его, да и что скрывать, сама желала ему смерти. А сейчас, её сердце разрывалось от одной только мысли, что с ним могло что-то произойти. Когда она успела так полюбить этого человека? Как так перекрутилось, что из возможности его безбедной жизни, Джесси превратилась в его возможную смерть?

— Я не хочу твоей смерти — тихо призналась она. — Не хочу, что бы кто-то ещё пострадал по моей вине.