Чтение онлайн

— Твое Братство? Твои семь Хроник? — я фыркнул так ядовито, что он снова попятился. — И что? Ты думаешь, имя Седрика «Белого Клинка» ничего не значит? Что я дрожу от страха перед твоей песочной крепостью? Я уже в черных списках Полумесячного Синдиката, мне объявляли кровную месть Горящие Когти, а Четыре Ветра обещают награду за мою голову, размером с этот транспортник! И знаешь что? Мне насрать!

Я встал прямо перед ним, так что наши носы почти соприкасались.

— Еще один враг? Отличненько! Еще один альянс, который я разнесу в клочья, если он посмеет встать у меня на пути! Так что беги к своей мамочке-Братству, плачься им, как у тебя добычу отобрали. Может, пожалеют, дадут тебе соску. А этот корабль, — я ткнул пальцем в сторону захваченного транспорта, — теперь мой. Потому что я сильнее. Потому что я пришел и взял. Это и есть единственный закон, который ты, видимо, так и не усвоил. Теперь катись к своим обломкам и не отсвечивай, пока я добр.

Киогар стоял, как громом пораженный. Его ярость куда-то испарилась, смененная ошеломляющим осознанием того, что его главный козырь — угроза могущественным альянсом — оказался бесполезен.

Он проиграл. Не только бой. Он проиграл психологическую дуэль. И это было куда больнее.

Его могучие плечи, еще несколько минут назад бывшие воплощением ярости, теперь были ссутулены. Немного придя в себя, он пробормотал что-то невнятное своей уцелевшей команде, жестом приказывая им тащить раненых и готовить корабль к отплытию.

Каждый его мускул кричал о поражении, о необходимости бежать с позором. Именно этого я и добивался своей тирадой… и именно это сейчас грозило похоронить все мои планы.

Внутри у меня все сжалось в ледяной ком. План давал трещину. Я рассчитывал на его гордость, на его ярость. Что он, униженный, начнет угрожать встречей с другими капитанами, захочет немедленно вести меня к своему начальству для расправы.

Но он сломался. Сломался слишком быстро и слишком окончательно. Он просто хотел убраться подальше. Первым заговорить о встрече с Братством я не мог — это сразу выставило бы меня просителем, слабаком, разрушило бы весь образ «Белого Клинка», которому плевать на всех.

Мысли метались, как пойманные в ловушку звери, не находя выхода. Нужно было что-то делать. Сейчас.

И в этот момент появилась она.

— Седи, мой грозный тигр! — ее голос, игривый и звонкий, прозвучал как удар хлыста по натянутым нервам.

Я обернулся. Ярана подходила к нам, перешагивая через тела пиратов с грацией дикой кошки. Ее движения были плавными, расслабленными, полными нарочитого очарования. На ее губах играла легкая улыбка, но глаза, холодные и расчетливые, были прикованы к Киогару.

— Ну и напугал же ты беднягу, — она подошла ко мне и… обвила мою руку своими руками, прижавшись щекой к моему плечу. Ее прикосновение было неожиданным и обжигающе чужим. — Весь такой серьезный, рычишь тут на человека, который просто пытался заработать на жизнь. Не стыдно?

Я замер, пытаясь скрыть шок и не начать смеяться. Ее игра была настолько мастерской и неожиданной, что на секунду я сам поверил в эту роль.

Она повернула свое сияющее лицо к ошеломленному Киогару.

— Простите его, капитан…

— Киогар, — на автомате ответил он.

— Киогар, — она произнесла его имя так, будто пробовала на вкус редкое вино. — Он у меня такой… пылкий. Весь в боях и завоеваниях. Совсем забывает, что в нашем ремесле важны не только мускулы, но и… связи.

Краем глаза я заметил, как она игриво подмигнула Киогару, и тот, казалось, забыл, как дышать. Его взгляд прилип к ней, к изгибу ее шеи, к улыбке.

— Мы же все здесь, в конце концов, братья по ремеслу, не так ли? — продолжала она, ее голос стал бархатным, убедительным. — Зачем ссориться из-за одного толстого торговца? Конечно, мы его взяли. Сила — право. Но… — она сделала паузу, давая ему проглотить наживку, — … было бы глупо и не по-товарищески не поделиться с тем, кто начал эту работу. Особенно с таким впечатляющим капитаном.

Киогар, казалось, начал таять на глазах. Его сжатые кулаки разжались. Он сглотнул, пытаясь найти слова.

— Я… я не ожидал… — пробормотал он, и его голос потерял всю свою прежнюю хриплость.

— Конечно, не ожидал! — Ярана рассмеялась, и ее смех звенел, как колокольчики. — Потому что все вокруг думают только о драках! А я вот считаю, что куда выгоднее дружить. Так что что скажешь, капитан? Останешься? Выпьешь с нами? Получишь свою долю… и, кто знает, может, обсудим возможности для дальнейшего… сотрудничества? — Она произнесла последнее слово с такой многозначительной интонацией, что даже у меня по спине пробежал холодок.

Искушение, очевидно, было слишком велико. Предложение выпить с такой женщиной, получить хоть какую-то долю добычи вместо полного унижения и, возможно, завязать выгодные связи — это был шанс спасти лицо. Шанс, который он не мог упустить.

Киогар выпрямился, пытаясь вернуть себе хоть толику достоинства. Он кивнул, стараясь выглядеть великодушным.

— Ну… если уж на то пошло… Нехорошо отказываться от предложения такой… очаровательной леди. — Он бросил на меня взгляд, в котором уже не было ненависти, а лишь смутное недоумение и жажда реабилитироваться. — Долю я приму. И за выпивку… спасибо.

Ярана сияла.

— Вот и прекрасно! Видишь, Седи, — она нежно потрепала меня по щеке, — все можно решить миром. И даже с пользой. Капитан Киогар, пройдемте на наш корабль? У нас как раз есть неплохой эль из Зейсавии.

Она взяла ошеломленного пирата под руку и они вместе перелетели на «Дивный», бросив мне на прощание быстрый, едва заметный взгляд. В нем читалось: «Задание выполнено. Дальше твоя очередь».

Я остался стоять на окровавленной палубе, наблюдая, как она уводит мою главную надежду на успех миссии. Образ «Белого Клинка» был спасен. Его гордость не пострадала.

И дверь в Дикое Братство была теперь приоткрыта не угрозами, а женской улыбкой и обещанием бухла. Оставалось только не облажаться на следующем шаге. Ну, и на всех шагах после этого.

Трюм торгового судна «Стойкий купец» превратился в импровизированный разделочный цех. Воздух гудел от возбужденных голосов моих бойцов, грузивших ящики с медикаментами, рудами и прочими ценностями в шлюпки для переправы на «Дивный», «Голубя» и «Грозового всадника» — корабль Киогара. В центре этого хаоса, вокруг вскрытого сейфа капитана, стояли мы четверо.

Ярана с легкостью поднимала слитки драгметаллов, бросая их в три отдельных ящика. Силар молча наблюдал за процессом, его взгляд, тяжелый и оценивающий, постоянно возвращался к Киогару. Сам Киогар пытался сохранить подобие достоинства, но его глаза жадно следили за растущим, пусть и медленнее всего, содержимым третьего ящика — его долей.

Наконец, все было поделено.

— И вот твоя часть, «Длиннорукий», — я пнул ногой кучку Киогара. Это была примерно шестая часть от общего. — Подавись. Хоть что-то унесёшь с этого позора.