Демон. Книга 2
Шрифт:
– Не юродствуй… – Папа, поморщившись, прервал поток красноречия помощника. – Мне тут по личному каналу пришло предложение о покупке небольшой партии супер-бойцов ОЧЕНЬ широкого профиля. Автор, пожелавший остаться анонимным, утверждает, что эти самые бойцы на два порядка превосходят все, что я видел до сих пор…
– По ЛИЧНОМУ каналу? – присвистнул Ингвар. – Однако. Интересно, и где у нас прокол?
– Утечкой информации уже занимаются. Расслабься. Тебя это не касается. Меня интересует другое… Да, кстати, ты меня перебил: в письме было сказано, что эти самые бойцы превосходят все, что я видел, включая офицеров подразделения 'Демон'. А это, как ты понимаешь, Уровень. Задумайся: человек, сумевший найти ко мне ТАКОЙ подход, вряд ли будет заниматься мистификациями. Если, конечно, его целью не является банальная ликвидация…
– Исключать такой вариант, пожалуй, не стоит…
– Да. Поэтому мне надо, чтобы ты попробовал собрать всю имеющуюся в настоящий момент информацию о перспективных разработках ВКС, еще раз проанализировать настроения наших 'доброжелателей' и разобраться с гарантиями безопасности аукциона, в котором нам предлагается поучаствовать…
– Какого аукциона? Кому 'нам'? – нахмурился Гурниссон.
– Если верить тексту письма, то через двенадцать дней в одной из систем Метрополии состоится закрытый аукцион, на котором будет выставлено три ОЧЕНЬ ДОРОГИХ лота. Список приглашенных тебя восхитит: на первом месте – Робертино Сартори, на последнем – Касо Таникава. Но меня поражает даже не гипотетическая возможность участия в нем всех этих лиц ОДНОВРЕМЕННО. А сам принцип его проведения: представь себе – участие в аукционе НЕ предусматривает виртуального присутствия. Только личное. Причем только первого лица клана и одного его помощника. А безопасность гарантирует продавец…
– Ого! Это случайно не работа МБ ?
– Не знаю. Проверь. В средствах я тебя не ограничиваю. И задумайся вот о чем: я, конечно, могу отказаться и не полететь. Но если там будут продавать что-то действительно важное, то, не заполучив хотя бы информации об этой новинке, мы рискуем достаточно многим…
– Угу. От игры на тотализаторах ПРОТИВ НАС и до возможных проблем с будущими ликвидациями… – кивнул Ингвар. – Я понял, Босс. Скопируйте текст письма, если возможно…
– Одноразовое. Восстановить не удалось. Продавец играет по-крупному…
– Ясно. Что-нибудь еще? – помрачнев, поинтересовался Жало.
– Нет. Можешь идти. Держи меня в курсе… – угрюмо буркнул хозяин кабинета, и, опустив на глаза рамку виртуального экрана, ушел в свою любимую бухгалтерию…
…Приняв душ и завалившись в кресло, Ингвар пробежал пальцами по сенсорам подлокотника, и, дождавшись появления перед своим лицом голограммы 'Афродиты', 'вспомнил' о 'пологе'. Вывесив поляризованное силовое поле, скрывшее его от объективов вездесущих голокамер системы безопасности Корпорации, он представил себе лица контролеров и еле заметно улыбнулся: о его привычке периодически посещать сервера крупнейшего на планете виртуального сайта знакомств не знал разве что ленивый. Впрочем, желающих посмеяться или позлословить над маленькой слабостью правой руки Папы в корпорации не было: слухи о патологической мстительности Жала были отличным средством держать злые языки зубами.
– Ну, что у нас тут сегодня нового? – дождавшись своей идентификации как вип-клиента, и просмотрев 'меню', пробормотал Гурниссон. – О… какая девочка! Ну-ка, отправим ее в кабинет… Оплатим часа полтора… Все… Ну, покажи мне, крошка, на что ты способна… Как насчет приватного танца? Для начала…
Легкие шевеления пальцев, отдающих команды интерфейсу сервера, мигом внесли в окружающую девушку картинку любимый Ингваром антураж. Сначала в виртуальной комнате погас верхний свет, а на смену ему появилось легкое свечение пола, сменившего покрытие на металлическое. Потом вместо широченной кровати, на которой возлежала красавица, появился невысокий помост с отливающим тем же металлом шестом. А где-то за спиной Гурниссона возник источник света, избирательно освещающий отдельные части аппетитного женского тела…
– Чего лежим? – нетерпеливо поинтересовался у красавицы Ингвар. – Музыку-то, я надеюсь, ты выберешь сама?
– Как скажешь… – кокетливо улыбнулась девушка. – Кстати, меня зовут Бьянкой. Тебе нравится мое имя?
– Вполне. Но оно мне понравится еще сильнее, если ты слегка приспустишь вон ту бретельку… – 'прикоснувшись' к невесомой полоске материала, непонятно каким образом удерживающегося на ее плече, улыбнулся он. – Или позволишь сделать это мне… Кстати, у тебя чертовски приятная кожа…
– Не только на плече, красавчик! Мои бретельки – в твоем распоряжении… Кстати, ты забыл представиться…
– Ингвар… – выдохнул Гурниссон, прислушиваясь к еле слышным звукам первых аккордов, раздавшихся в помещении. – А у тебя неплохой вкус, Бьянка! Может, и визуальный ряд сама подберешь?
– Легко, милый… – игриво улыбнулась она, и, прогнувшись в пояснице, потянулась к возникшему за ее спиной пульту управления АВС-ки …
Легкое свечение воздуха и абстрактная картина, возникшая на дальней от Ингвара стене, менялись едва заметно. Однако плавное смещение спектра всего того, что освещали возникшие по углам комнаты свечи, оказались неплохим дополнением к аромату афродизиаков: уже через пару минут Ингвару захотелось прервать начатый Бьянкой танец и заменить помост постелью.
– Досмотри до конца, ладно? – заметив, что он пытается прикоснуться к ее бедру, еле слышно выдохнула танцовщица. – Думаю, что финал тебе понравится не меньше начала…
– Я очень постараюсь… – с трудом двигая ставшими непослушными губами, пробормотал парень и с большим трудом заставил себя отдернуть руки от ее бедра, так сексуально просвечивающего через тоненькую ткань платья…
– Молодец… – в голосе Бьянки прозвучало такое неприкрытое обещание, что интерьер комнаты сразу же поплыл…
– Какой же ты нетерпеливый… – проведя по губкам язычком, притворно вздохнула оказавшаяся в его руках девушка. – А я хотела, чтобы ты увидел, как я для тебя разденусь…
– Я с этим справился быстрее… – хрипло пробормотал парень, и, с трудом сдерживая желание, прикоснулся к ярко-алой ареоле ее груди…
…Процесс обработки аудиовизуального ряда связкой комм – интерактивный блок кресла – программное обеспечение 'Афродиты' шел без сбоев. Трансформация входящего потока данных согласно криптографическому коду превращала обычное, в общем-то, изображение, звук и запахи в текст, с безумной скоростью откладывающийся где-то в подсознании Жала. Такой способ записи использовался не зря. Во-первых, для того, чтобы не мешать агенту 'развлекаться' на виртуальном сайте, а во-вторых, не пересекаться с параллельным потоком, идущим от самого агента. Движения его тела, со стороны ничем не отличающиеся от моторики умирающего от вожделения мужчины, шифровались той же связкой и передавались на удаленный сервер МБ через кучу прокси-серверов. И через некоторое время оказывались на столе куратора. Естественно, в удобочитаемом виде. Впрочем, об этом Ингвар не думал. И не об этом – тоже: состояние транса, в котором он пребывал, не позволяло отвлекаться от главной задачи: от адекватного дублирования лицом, телом и голосом действий, необходимых для шифрования и передачи имеющейся у него информации…
Сорок минут, прошедшие с момента активации учетной записи, пролетели, как несколько секунд: вставая с кресла с идиотской улыбкой абсолютно счастливого человека, Гурниссон в очередной раз поразился примитивности и действенности этого давно забытого человечеством способа шифровки информации. 'И ведь не ловят'… – мелькнуло в его голове. – 'Впрочем, чтобы до такого додуматься, надо быть полковником Шваревым. Или кем-нибудь из его людей'.
Двигаясь к бассейну с нагретой до тридцати семи градусов водой, Ингвар изо всех сил пытался удержать себя в состояние неги, но вскоре был вынужден сдаться – комм, получивший сигнал о завершении приема сообщения, начал активацию скрытых слоев подсознания. Поэтому, медленно спустившись по лесенке, откинув голову на бортик и увеличив соленость воды так, чтобы тело не тонуло, парень закрыл глаза и вчитался в появившийся перед его внутренним взором текст…
Глава 2. Генерал Харитонов.
– Доброй ночи, Рамон! Ну, как у вас тут дела? – заглянув в красные от недосыпания глаза майора, Харитонов вдруг почувствовал угрызения совести: идея ввалиться в Комплекс сразу же после приземления оказалась, мягко выражаясь, неудачной. В четыре утра по местному времени спал даже такой фанатик от науки, как Родригес.
– Доброй… – помотав головой и потерев кулаками глаза, Рамон устало прислонился к стене рядом с входной дверью, и, пытаясь держать глаза открытыми, уставился на начальство: – Я еще без сознания… Впрочем… с чего начинать?