Чтение онлайн

— Никак нет, сэр!

— Даю минуту времени…

Через полторы минуты, дав сыну одеть рюкзак, мы вступили в проем и погрузились во тьму. Подстроив оптику шлемов, мы, постоянно сверяясь с картой подземелья, начали довольно медленное продвижение. Первые метров двести и без того узкий каменный коридор почти на каждом шагу перегораживали горы неизвестно откуда взявшегося песка и каменные глыбы. Потом идти стало немного легче: коридор начал ощутимо спускаться вниз, и стал значительно шире. А у первого же ответвления нас ждали: штук сорок дракончиков одновременно рванулись на нас из обоих проходов, разинув рты и стелясь в воздухе, как живые истребители. Предупрежденные биосканерами, мы открыли огонь чуть ли не раньше, чем в воздух взвилось первое существо. Вик упал на колено, открывая мне обзор, и я, сместившись чуть в сторону, чтобы не мешать Саше, всаживала пулю за пулей в черные молнии, летящие по коридору. Тролль не успел попасть ни в одного дракона, и, как только стрельба стихла, он повторил уже понятный мне жест «уважения». Дальше стало намного тяжелее: дракончики лезли напролом, не обращая внимания на потери; за десять минут мы продвинулись лишь на шестьдесят метров. Я несколько раз была вынуждена стрелять ракетами, что в таком ограниченном пространстве было довольно опасно: кроме того, что от детонации мог обрушиться потолок, нас могло еще и контузить… Но все обошлось: врага разметало на мелкие кусочки, и мы еще немного прошли вперед по каше из размазанных по полу и стенам фрагментам их тел. Саша, немного морщившийся в начале, пообвык, и уже не отворачивался от трупов: характер у него был точно в папу. И, естественно, в меня…

В круглой шахте с пандусом, спиралью сбегающим вдоль стен куда-то далеко вниз, мы, как ни странно, сопротивления не встретили: пара одиночных тварей была не в счет. А метрах в сорока — пятидесяти от нее началось что-то жуткое… У меня было ощущение, что вокруг нас собралось несколько тысяч дракончиков со всех развалин Городища. Сбившись в компактную кучу в месте, где коридор поворачивал под прямым углом, мы стреляли практически без остановки, тратя время только на перезарядку. Я еще немного погордилась своим сыном: он стрелял предельно экономно, не тратя больше выстрела на каждое существо, и при этом ни разу не ошибся в моменте перезарядки — прекращал огонь только тогда, когда у меня с Виком были практически полные обоймы. Наверное, успевал считать наши выстрелы. Мы отбились, но с потерями: Тролля немного покусали. Причем недобитые им же дракончики. Но, судя по тому, что он не стал обращать особого внимания на свои раны, они были не очень серьезные. Следующий километр мы прошли более-менее спокойно, лишь изредка постреливая по особо нахальным тварям. А за триста метров до убежища экспедиции под нами провалился пол, и мы рухнули в огромный зал, битком набитый кровожадными созданиями… Вот тут пришлось покрутиться: я веером выпустила всю обойму ракет, не забивая себе голову мыслями о прочности окружающих нас стен, потом перевела винтовку на огонь очередями, и открыла из нее бешеный огонь. Вик, вместе с Сашкой, расстреляв всех ближних тварей, сбили меня и Тролля на пол, и тут же раздались взрывы брошенных ими кассетных гранат. Как нас не зацепило, я, честно говоря, не поняла: эти гранаты не относятся к категории защитных, и их осколки разлетаются метров на пятьсот… Скорее всего, их приняли на себя атакующие нас дракончики. Но, несмотря на то, что взрывы разметали больше половины упрямых тварей, они продолжали свои самоубийственные атаки. Через четыре пролома в разных углах зала волнами влетали новые стаи дракончиков, и я поняла, что скоро нам придется очень плохо…

— Сашка, ко мне! Прыгай на спину, и вверх! Потом выдергиваешь маму Тролля, и меня! — рявкнул Вик, тоже оценив безвыходность ситуации.

Сын взметнулся к пролому раньше, чем прозвучало последнее слово. Потом метнул мне петлю, и одним мощным рывком выдернул меня в коридор. Я тут же упала на край пролома и, отбросив в сторону винтовку, поддержала Виктора огнем из обоих пистолетов. Троллю пришлось объяснять, что от него надо, и на его эвакуацию ушло почти десять секунд… За это время я вся извелась: Виктор метался, как молния, чтобы увернуться от челюстей десятков атакующих существ, а эта инопланетная падла все еще тупо болталась на тросе… Плюнув на него, я метнула мужу свою петлю и выхватила его на верх из такой каши дракончиков, что сама испугалась. Виктор, еще не успев толком приземлиться на обломок рухнувшей вниз плиты, сбросил вниз еще пару гранат и сбил всех нас на пол, отбрасывая подальше от края провала. И, кстати, вовремя: взрывная волна отломала еще один здоровенный кусок пола, и мы, пробежавшись, как по льдинам, по кренящемуся вниз фрагменту, еле успели допрыгнуть до следующей, неподвижной, плиты.

— Ни хера себе! — выдохнул сын. — Вот это постреляли…

— Бегом! Потом поговорим… — выдохнул Виктор и огромными прыжками понесся в сторону убежища…

Подгоняя медлительного, по сравнению с нами, Тролля, мы ураганом пробежали последние сотни метров, стреляя на ходу, и ворвались в открытый для на нас проем…

…Глядя на испуганные глаза таращащихся во тьму коридора людей, мы быстренько закидали обратно здоровенные каменные плиты, и смогли немного отдышаться. Я оглядела все еще одуревшие лица «комитета по встрече», и поняла, что тут требуется небольшое объяснение:

— Во-первых, здравствуйте! Этот чудик — с нами. Особого внимания обращать не надо… Во-вторых, у вас кто-то нездоров?

— Привет, Ира! — вынырнувшая откуда-то Мэри повисла на шее сначала у меня, потом у Вика, потом у дико смутившегося Сашки. — Профессор Гринев сломал ногу. Перелом осколочный, шестой степени сложности. Я его прооперировала, но у меня с собой, кроме скальпеля и стандартного медблока, ничего не было. При таком переломе требуется несколько повторных операций, и операционное поле должно было быть открытым. Таких возможностей, увы, у меня не было. Кроме того, вместо штифтов я использовала какие-то железки из каркасов рюкзака. В общем, это все нюансы. Суть в том, что у него началась гангрена. Почувствовали запах, да? Срочно нужен, как минимум, корабельный медблок. И немедленно! Иначе мы его потеряем…

— Понятно… Мы тут притащили с собой кое-что. Посмотрите, может, что пригодится… — я сбросила с плеч рюкзак и Мэри зарылась в него с головой.

— Что у вас с оружием? — помрачнев, спросил Вик. — И где Рамон?

— Спит! — ответил кто-то из мужчин. — Он крайне истощен. У нас почти не осталось концентратов, и последний месяц мы урезали пайки настолько, что еле ходим. С оружием очень плохо: четыре пистолета, одиннадцать патронов и одна винтовка вообще без боеприпасов…

— Да… — Волков поскреб подбородок и сел на сброшенный рюкзак. — Значит, так. Пока Рошаль возится с профессором, все съедают по четверти стандартного рациона. Больше не есть, а то не сможете идти. Дальше, через десять минут принимаете стимуляторы, и готовитесь к выходу. Брать только самое необходимое. Держитесь плотной группой. Команды любого из нас выполнять, не раздумывая: скажу лечь, значит, падаете, где стоите. Скажу — лететь — летите. Саня! Несешь профессора. Сразу за мной. Ира! Отдай винтовку самому здоровому, и с пистолетами прикрываешь тыл. Кто возьмет винтовку? Ваше имя?

— Кора, сэр!

— Опыт стрельбы есть?

— Да, сэр! Лейтенант запаса планетарной пехоты, сэр…

— Отлично! Забери у Иры боеприпасы; приспособь что-нибудь под разгрузочный жилет. Идешь перед ней. Кроме того, на всякий случай возьми пару гранат…

— Они же наступательные, сэр! — удивилась девушка.

— И что? Из-за угла использовать можно! Хотя… В общем, контузию от взрыва в подземелье мы еще вылечим… А вот трупы поднимем вряд ли… Вопросы есть?

— Нет, сэр!

— Выполняй! Ира, Саша! Десять минут на перезарядку всех пустых магазинов… Обратный путь будет хуже… — Волков подошел к спящему Родригесу и тихонько потряс его за плечо: — Рамон, просыпайся, пора домой…

— Виктор? Волков? Слава Творцу! — выдохнул, проснувшись, Родригес. — Я так и знал, что если кто нас и найдет, то это будете вы… У тебя есть что перекусить?

— Кусок медной проволоки устроит? — ухмыльнулся Вик. — Или что посущественнее?

— Ты все такой же! — Рамон вытер слезящиеся от слабости глаза и попробовал встать.

— Конечно, есть! Вот твоя порция! Но сначала прими вот эти таблетки. Как вы тут столько времени без воды?

— С водой в принципе, было нормально: тут недалеко по стене сочится пара струек. Мы ее собирали, заливали в опреснитель, и пили.

— А с воздухом?

— Компенсаторы закончились довольно давно. Придется нам всем пройти неслабый курс лечения в стационаре, — отозвалась Мэри. — Кстати, как у вас дела? Я тебя не видела не знаю сколько лет…

— Вот, познакомься с моей женой и сыном! — усмехнулся в ответ он. — Саня, сними шлем…

— Ого! И сколько ему?

— Четырнадцать… Еще пацан совсем…

— А со стороны — обыкновенный Демон! Такая же рама! — удивилась Рошаль. — А что, никого повзрослее больше не было?

— Там, наверху, болтаются в космосе… Еще четырнадцать человек из первых двух потоков. Так уж получилось, что смогли прорваться только мы.

— Вик! А это что за тип? — вытаращился Рамон, доев выделенный ему паек.

— Это местный вождь. Тут просто прорва защитников планеты. Мы его еле уговорили пропустить к вам хотя бы нас…

— Не может быть! Это они взорвали наш корабль… — взвился с пола один из мужчин. Я — единственный, кто остался в живых из тех, кто ждал исследовательскую партию… И то только потому, что рассматривал фрески в полукилометре он него… И сюда еле добрался…

— Один?

— Не совсем… Нас осталось восемь, но до этой комнаты дошло только четверо. Потом мы потеряли еще троих…

— Не кипятись! Сядь! — прикрикнул Вик, заметив, что у мужчины нехорошо заблестели глаза, и рука потянулась к ножу. — Без моего разрешения даже не думай… Понял?

Грозный рык моего мужа заставил взбешенного ученого сникнуть. Я поторопилась разрядить обстановку:

— Викки! У нас все готово! Можно выходить…

— Рошаль! Что у тебя?

— Еще минуту… Я вкатила ему снотворное. Оно вот-вот подействует.