Демоница и Девственник
Шрифт:
…
Он стоял у окна. Сама тьма и сама ночь, тьма в глазах, тьма вместо сердца, и, как отражение внутреннего мира, бескомпромиссная чернота волос. Строен, красив, высок и мрачен.
Наблюдая сцену, развернувшуюся между пьяным мальчишкой и Мэри, Умберту ждал, что вот-вот, вот сейчас мальчишка сдастся, уступит, и уже совсем скоро Мэри сможет, вернуться, но… Разочарование.
А теперь перед глазами мелькали картинки — как страстно, с каким явным удовольствием Мария, ЕГО Мария, целовала того пацана. Демон скрипнул от досады зубами. Да, за своей любимицей он мог наблюдать, тихонько и незаметно. Да что носятся они с этим щенком?! Убить и дел-то!
Убить… — Коварная улыбка вдруг озарила лицо мужчины. Конечно же! Ведь у него есть отборнейшая команда — дюжина самых свирепых убийц, обученные элитные демоны, да одного такого хватит, чтоб от парня и мокрого места не останется, всего за несколько минут.
Но пусть идёт весь отряд, против него, такого светлого, такого — ребёнка по сути, двенадцать кровавых монстров. Это подло, это низко, более чем. Но весело.
— Что же, что же, посмотрю я на твою святую силу веры! — Рассмеялся Умберту, мысленно уже призывая свою команду.
…
Леса и поля, и этот огромный и бескрайний мир! Елисей забыл про грусть, и бодро шагал вперёд, то и дело сверяясь с картой.
— А хорошо, что ты, всё же, пошла со мной! — Парень повернулся к Марии. — Вот только, жаль три дня потеряли зря. Но мы нагоним! Правда ведь? Ты как? Не устала со мною?
Девушка с самого выхода из деревни была как-то отдалена и немногословна, молча сносила все тяготы и лишения, лишь изредка, ещё пытаясь, обратить на себя внимание парня. А он, казалось, стал к ней более лоялен, более мягок.
Порой его забота, её просто вгоняла в ступор и она не знала, как на это реагировать. К ней давно никто не был внимателен. Всё больше ей хотелось вернуться и оставить парня в покое, впервые Марии хотелось пойти против Люциуса, впервые хотелось бежать. От себя.
Его голос словно вырвал Мэри из пучины нескончаемых мыслей. Девушка мягко улыбнулась ему в ответ, посмотрела совсем иначе. С ним она порой забывала, кто она есть.
— Разве я не мешаю тебе? — Вопросом на вопрос ответила девушка.
— А вовсе и не мешаешь! Пожалуй, теперь мне было бы одиноко, оставь я тебя в посёлке. Это плохо, верно, нам ведь всё равно скоро придётся расстаться, но знаешь, я буду рад, если мы и потом останемся друзьями. Ну, потом, когда я мир спасу! — и он подмигнул Марии. Он знал, что для неё эти слова звучат как бред, но по нему-то было видно, что в своей вере он непоколебим. В который раз увидев снисходительную улыбку девушки, парень рассмеялся. — Мы же друзья, Мария, а? У меня никогда друзей не было! Ну, вот совсем! А у тебя?
— Идти до Москвы ещё долго. Насколько я поняла, это практически другой конец огромной страны. — Мария улыбнулась. — Друзья? Пожалуй, да. Я никогда не дружила ни с кем, ну, кроме сестры. — При словах о сестре, она поникла ещё больше. — Знаешь, я готова была любить всех, дружить, но на нас смотрели всегда как на нечто недосягаемое что ли, нас ненавидели за происхождение, за голубую кровь, как говорят. — Девушка посмотрела в голубые глаза парня так выразительно, будто ждала понимания, хотя, знала ведь, что он вряд ли поймёт. Между ними было практически полтора века.
— Надеюсь, когда-нибудь люди смогут жить в мире, отбросив все эти дурацкие предрассудки! А пока — Елисей взял руку Марии — я рядом, и мне всё равно, голубая у тебя кровь, или зелёная, и ешь ли ты крыс! — И парень засмеялся, так звонко и легко.
— А крысы вкуснее чечевичной похлебки? — Девушка впервые искренне рассмеялась, слова Елисей будто бальзам подействовали. С ним ей казалось, что и она жива, что у неё есть душа.
Но улыбка с её лица тут же исчезла, потому что перед ними возникла отборная банда Умберту. Двенадцать высших демонов.
Глава 21
Мэри поняла всё без слов — конечно, их не устраивало, что она растянула задание, что она не справлялась. Демоны… Она знала каждого из них, и знала на что они способны.
Они шли и улыбались, держась за руку, впереди показалась небольшая красивая рощица из зелёных кустов и деревьев, и Елисей подумал, что неплохо будет тут остановиться, отдохнуть немного и перекусить.
И тут Елисей увидел… Демонов. Монстров. Двенадцать мускулистых и когтистых тварей с хвостами и крыльями. Огромные. Мощные. И явно злые. Они пришли уж точно не дружить.
Парень опешил было — что может он против толпы таких свирепых монстров?! Но если не он — то кто?! Он не позволит этим тварям погубить себя и Марию. Елисей усмехнулся, сделал шаг назад, там из земли торчал какой-то кустик. Парень сломал ствол покрепче, на манер своеобразной дубины, и, закрыв глаза, прочёл молитву, шепча едва слышно, но вкладывая всю силу и всю веру в каждое слово, облил дубинку святой водой, и двинулся на эту толпу монстров.
И не было страха, не было сомнений, в глазах — незыблемая уверенность в себе.
Демоны откровенно посмеивались — мальчонка с палочкой! Должно быть, Умберту пошутил. Но приказ есть приказ.
Бросились они разом, но что-то словно оттолкнуло их. Ближе, чем на метр, они к мальчишке подойти не могли, словно бы держал невидимый, но очень мощный барьер. Удивлённо переглядываясь, демоны кидались снова и снова, ломая мечи, когти и клыки… О воздух! А самое удивительное — сломанные когти и зубы не отрастали, как обычно.
А Елисей, улыбаясь так, словно он был блаженный, громко прочитал молитву, и одним ударом палки снёс голову демону, стоящему ближе всего, тело демона начало падать, но воспламенилось и сгорело ещё до того, как коснулось земли.
— Невозможно… Это… Невозможно… — Шептал наблюдавший со стороны Умберту. Ему хотелось прямо сейчас схватить Марию и увести подальше от этого… Невероятного сумасшедшего ангела с дубиной.
Умберту давал своим подопечным сигналы об отступлении, но… Его бойцы обезумели просто. Они кидались и кидались на парня, но ни один из них не мог нанести тому даже царапины.
А парень… Читал молитвы снова и снова, рассекала воздух дубина, падали, сгорая на лету, руки, крылья и тела, до тех пор, пока… Все, все до одного не поггибли. Двенадцать элитных…