Чтение онлайн

Вероника согласилась. Это предложение превосходило все ее ожидания. Она не задавала вопросов и их у нее даже не возникло, ведь она буквально бросилась в эту спасительную гавань с благодарностью всем богам, какие только существовали. Лукас выпустил ее через парадную дверь и с легкой улыбкой, игравшей на его губах, некоторое время наблюдал за тем, как она удалялась по дороге. Он, очевидно, был весьма доволен этой сделкой.

Вероника вернулась в общежитие, которое было ее домом на протяжении тех нескольких месяцев, что она проходила обучение. В ее шкафчике не было почти ничего, что можно было бы упаковать, и, собрав все свои жалкие пожитки, она пошла в офис, чтобы оплатить свои счета.

– Куда мы можем отправлять вам письма? – поинтересовалась управляющая. Вероника назвала адрес.

– Так, значит, вы получили эту должность. Чем вы будете заниматься?

До того, как прозвучал этот вопрос, Вероника даже не подумала о том, что узнала о работе, которую ей предстояло выполнять, ничуть не больше, чем Лукас о ее навыках и рекомендациях. Она неохотно признала свое невежество.

– Но Мисс Мэйнеринг, вы же не хотите сказать, что вы согласились на должность, да еще и с проживанием, даже не поинтересовавшись, на кого вы будете работать? Вы, наверное, даже не знаете, мужчина это или женщина?

– Это мужчина, – ответила Вероника, – И его зовут Лукас, – и она поняла, что больше она ничего не знает. Она не знала даже того, сколько будет длиться ее рабочий день и какими будут ее рабочие обязанности, какие требования к ней предъявлялись или какие требовались навыки, и она внезапно вспомнила, что при этом он собирался платить ей за ее работу с проживанием на его территории такую сумму, которую она назвала в расчете на то, что ей придется содержать себя самостоятельно. Безусловно, выплату такого жалования должны были обусловливать исключительные требования.

– Мне это совершенно не нравится, – сказала управляющая, – Но в любом случае, раз вы будете неподалеку, вам придется прийти и дать нам знать, как обстоят ваши дела.

Вероника попрощалась и перевезла свои пожитки до дома в сквере на такси. Безучастный дворецкий снова впустил ее внутрь и у Вероники снова возникло ощущение, что она оказалась в церкви. Ее охватило странное, неописуемое чувство уединения и спокойствия. С нижних этажей появилась приятного вида женщина и проводила ее до предназначавшихся ей комнат на верхнем этаже. Окна комнат выходили прямо на огромный платан, росший во дворе соседнего дома, ибо весь задний двор того дома, где она находилась сейчас, был занят огромной одноэтажной пристройкой.

Комнаты были смежными, уютными и старомодно обставленными, с глубокими подоконниками у широких окон, как и во всем остальном Блумсбери, ибо жившие в этом районе во времена его расцвета богатые торговцы знали толк в настоящем комфорте. Сквозь большое створчатое окно проникало много света, а тяжелые деревянные ставни, откинутые к стенам, были равно способны ограничивать доступ в комнату как свету, так и воздуху. Огромный камин напоминал о старых добрых изобильных днях, а выглядывавшая из дверей соседней комнаты высокая кровать с периной и занавешенным пологом заставляла поверить в то, что традиции не были забыты и нынешним владельцам дома тоже было известно о том, что такое настоящий комфорт, пусть и не было известно ничего о гигиене.

Ее размышления были прерваны голосом дворецкого.

– Мы подадим вам ужин в семь часов, Мисс. Каждый раз мы будем подавать вам еду прямо сюда.

– Я нужна буду Мистеру Лукасу этим вечером? – спросила она.

– Я не знаю, Мисс, в настоящее время он отсутствует, – и она была предоставлена самой себе с указанием звонить, если ей вдруг что-то потребуется.

Закончив распаковывать вещи, она села на широкое, покрытое репсом сидение у окна и принялась наблюдать за птицами на дереве. У нее возникло странное чувство, что она попала в плен и что ее свобода была видимостью, как у львов на террасе Маппина, которые хоть и жили на свободе, но все же были окружены со всех сторон невидимыми преградами. Ей хотелось, чтобы управляющая промолчала и воздержалась от внушения ей этих мучительных сомнений. Почему бы людям не научиться оставлять друг друга в покое? Да, она не знала о том, чем ей предстояло заниматься у Лукаса, но почему здесь обязательно что-то должно было быть не так?

Жена дворецкого принесла поднос с едой и Вероника решила восполнить пробелы в своих познаниях, расспросив ее обо всем.

– Вы долго живете здесь, Миссис Эшлотт?

– Боже... Да, Мисс. Я переехала сюда, когда вышла замуж. Эшлотт же жил здесь с самого детства, все свои сорок лет.

– А долго ли живет здесь мистер Лукас?

– Нет, Мисс. Только пять или шесть лет. Он новенький.

– А еще кто-нибудь живет в этом доме, кроме Мистера Лукаса?

– Нет, Мисс. Только вы, я и Эшлотт проживаем здесь постоянно, но порой сюда приходят и уходят самые разные джентльмены, и порой мы оставляем их переночевать. Я всегда держу кровати готовыми на этот случай.

– А кто такой этот Мистер Лукас? – спросила Вероника, осмелев.

– Секретарь, Мисс.

– О! – воскликнула Вероника. – А эти джентльмены? Они кто такие?

– А, – ответила Миссис Эшлотт. – Ну вы и спросили. Кто знает, тот не скажет. С этими загадочными словами она удалилась.

Было уже много позже десяти и Вероника подумывала лечь спать, когда раздался стук в дверь, и в ответ на ее приглашение вошел Лукас.

– Не вставайте, – сказал он, когда она нервно вскочила на ноги и в ее памяти всплыли подозрения управляющей. – Я не задержу вас надолго. Я только хотел объяснить вам пару вещей касаемо вашей работы. Вы можете потребоваться мне срочно и неожиданно, и, в сущности, в любое время суток, так что я не хочу, чтобы вы выходили из дома в ближайшие несколько дней, но всегда были здесь, чтобы я мог позвать вас тогда, когда мне понадобятся ваши услуги. Потом, если я решу оставить вас, я позабочусь о том, чтобы у вас был более определенный график. Работа не сложная, большую часть времени вам будет нечего делать, но я хочу, чтобы вы всегда были под рукой, если будете мне нужны.

Сердце Вероники сжалось от его слов. Так ее работа все же не была безопасной? Неуверенность и новая порция переживаний, зародившихся в ней, заставили ее смиренно согласиться с просьбой Лукаса о том, чтобы она не покидала дом в течение нескольких дней. Он задержался еще на несколько минут, разговаривая с ней вежливо и тепло, желая, очевидно, успокоить ее и заставить ее ощутить себя устроенной и всем довольной. Более того, его слова сделали свое дело; Вероника, понимавшая, что ей нужно делать, могла бы начать обо всем расспрашивать и спорить с озвученными условиями, но Вероника, не уверенная ни в чем, отчаянно цеплялась за должность, страшась лишиться работы и увидеть черную метку напротив своего имени в школьном регистре. Любой ценой ей нужно было сохранить свою первую работу на срок, достаточный для того, чтобы получить хорошие рекомендации. Единственной фразой он добился ее покорности. На протяжении недели она будет выполнять все самые странные его команды, ничему не сопротивляясь. А неделя была как раз тем временем, которого Лукасу было достаточно для устройства своего оккультного телефона.

Следующим утром Вероника ждала прихода своего работодателя ровно в девять; затем к десяти, но он так и не пришел; наконец, в одиннадцать часов он явился, невероятно бодрый, опрятный и пахнущий мылом, и они приступили к утренней работе. Вероника узнала, что ей было дано кошмарное задание переписать огромную кипу документов, каждый из которых был зашифрован; букву за буквой она переписала и сверила странную тарабарщину. Однако

когда она закончила с этим, то оказалось, что не было больше ничего, что она могла бы сделать; сам Лукас неутомимо работал, но, по-видимому, не нашел никаких других дел, выполнение которых он мог бы ей доверить. Она сидела за своим столом, сложив руки и наблюдая за его согнутой спиной; время все шло и шло, и он все также работал, а она все также ждала. В час дня он объявил перерыв на обед, велев ей вернуться к двум. Но когда она вернулась и поинтересовалась, чем ей заниматься теперь, он очень озадачился, как если бы не ожидал подобного вопроса, и неопределенно обвел взглядом окружавшую их мебель, как если бы спрашивая, не нуждалась ли та в его услугах. Не получив никакого ответа, он снова посмотрел на Веронику, пытаясь, как ей показалось, скрыть улыбку.

– В настоящий момент у меня нет никакой работы для вас, – сказал он, – Вы можете посмотреть вот это, если хотите, – и он указал на стопку утренних газет, лежавших на стуле.

До пяти часов Вероника читала о том, что консерваторы говорили о либералах, а либералы о консерваторах, и что думали о них социалисты, пока Лукас, который беспрерывно работал, не встал и не заявил, потянувшись, что он вынужден уйти.

– Я еще потребуюсь вам этим вечером? – поинтересовалась Вероника. Он помотал головой.