Чтение онлайн

"Ты реально думаешь, что это меня остановит? Я всю жизнь такого дерьма терпел, что и это переживу как нефиг делать. Либо ты сейчас понижаешь свою необоснованную гордость, либо я тебя буду игнорить несмотря на боль." — Он так и продолжил удивляться своей невесть откуда взявшейся настырности и дерзости.

Каков наглец! — Удивления в мыслях Детройи было больше, чем возмущения. — А ведь минут пять назад блеял как чернь перед господом. Неужели его дар стал пробуждаться? А ведь действительно. Оу. Какая мощная огненная аура у него вокруг души. Видимо, у него очень тяжёлая жизнь, и этот гнев… Он накапливал его внутри себя всё это время. Если он действительно такой жалкий, каким казался ранее, то ничего удивительного в его даре нет. Демоны любят таких молчаливых злодеев, которые копят в себе злость, чтобы потом выплеснуть её в окружающих. Они на самом деле страшнее многих тех, кто не скрывает свою агрессию. А огонь — символ агрессии, злобы, силы и решительности.

У юной демонессы в голове вспыхнула гениальная идея. Ей в принципе всегда попадают исключительно гениальные идеи. Поскольку она сейчас прочно связана с душой этого жалкого простолюдина, ей всё-таки придётся поумерить свою гордыню. Но не просто так! Она будет понемногу втираться к нему в доверие, чтобы он сам помогал ей добывать силу, которая она потеряла из-за демона и мамы. Когда же она наберёт достаточно сил, то уже сможет полностью взять его тело под свой контроль! Главное, чтобы он ничего не заподозрил. А то из-за её вмешательства его душа активизировалась и начала действовать, впитывая всю копившуюся внутри него негативную энергию. А там гляди, он станет сильнее её и поглотит её саму. Значит, надо действовать быстро!

"Ладно." — Театрально терпимо ответила она. — "Хорошо. Ты прав. Постоянно злиться у меня всё равно не выйдет." — Она мысленно выдохнула. Следующие слова дались ей особо тяжело: — "Ладно, прости. Я была не в себе, когда только очнулась и поняла, где и в чём я нахожусь. Всё-таки я никогда раньше не оказывалась в подобном положении."

"Ну вот, теперь говоришь как человек." — На лице Паши появилась ухмылка. — "Теперь давай поподробнее. Кто ты такая и как ты контролируешь мою левую половину тела?"

"Я — баронесса Детройа арк Эльмонельская. Демонический — призыватель, маг пятого круга Цурихийской Империи. Единственная дочь барона Силмонда."

"Ага. Понятно." — Что ничего не понятно. Где бы он мог слышать эти имена? Он не так много смотрел фильмов про средневековье и магов, чтобы помнить, где слышал такие имена. Может это какие-то очень потаённые воспоминания? — "А меня, повторюсь, зовут Павел Игоревич Налимов, по прозвищу Горелый."

"Почему Горелый?"

"Потому что у меня довольно страшный шрам на морде. И всё-таки странно, что ты это не знаешь."

"Покажи!" — Если у этого урода ещё и настолько же ужасное лицо, то она просто обречена.

"Я бы показал, да зеркала нет. Хотя…" — Паша потянулся к телефону, лежащему на тумбе, и включил его.

"Что это такое?" — С неподдельным интересом спросила Баронесса.

"Это?" — Покрутил в руке смартфон Паша. — "Это мой телефон."

"Что такое телефон?"

"Серьёзно? Ты не знаешь этого? Ты откуда вообще взялась?"

"Я уже говорила, что из империи." — Она вновь начала закипать. — "Я не видела там таких вещей."

"Странно всё это." — Разблокировав смартфон и включив селфи-камеру, они наконец-то могли разглядеть своё общее тело. — "Ну вот как-то так."

Они оба стали рассматривать себя с практически одинаковыми мыслями.

Паша разглядывал своё лицо, всё покрытое мелкими ранками, царапинами и засохшей сукровицей. При этом отметив, что лицо, несмотря на все раны, вообще практически не болит. Но больше всего его заинтересовали его глаза. Если правый глаз был в порядке, не считая того, что тусклый бледный карий цвет глаза стал более ярким. То вот зрачок левого глаза стал бледно-серым как у слепых людей, и то, что он действительно жил своей жизнью, вращаясь независимо от себя.

Детройа же смотрела на отобразившегося в странном магическом зеркальце парня с отвращением и долей страха. Ожог на лице действительно выглядел ужасно и не делал его красивым, скорее отталкивающим и уродливым. Он шёл по всей правой части лица и до шеи. Правый угол губ был приподнят в жуткой усмешке, и сама губа была деформирована. На правом боку вообще не росло волос, а те, что росли, были тёмно-песочного цвета. Правый глаз имел ярко-карий цвет — первый признак активации дара.

"Ужас!" — Она попыталась сдержать более резкие слова. — "Это где ты такое получил? Церковь, что ли, заподозрила в ереси и пытала?"

"Какая церковь? Какая ересь? Ты очень странная вообще. Я думал, что ты плод моего воображения, но теперь я вообще ничего не понимаю. Что ты такое?" — Это точно не шиза! Слишком самостоятельная личность возникла у него в голове, с какими-то странными средневековыми понятиями.

"Я уже говорила, кто я." — Этот идиот начинает её бесить ещё сильнее. — "Моя душа была перенесена в твою половину тела демоном печатей и… Моей мамой." — Последнее она сказала с горькой обидой в интонации. — "Я хотела выбраться, но, видимо, получилось у меня только наполовину. А как ты здесь оказался и что произошло с тобой?"

"Тоже весёлая история." — Да-а-а. Видимо, теперь его жизнь будет ещё веселее. — "Хотел спасти одного щенка, да под машину попал, потерял сознание, очнулся уже здесь и с тобой. А за что тебя мама так?"

"Хотела бы я сама это знать…" — Туманно произнесла она.

Почему мама так с ней поступила? Хотела больше силы в последний момент, чтобы выжить самой? Может быть. Вот только слёзы и эмоции на её лице в последний момент были неподдельными. А мать всегда была искренне в своих чувствах. Неужели хотела спасти её? Тогда почему засунула в её в это тело, а не перенесла полностью со своим? Или… Это она сама виновата? Когда хотела высвободиться из рук демона и случайно залетела в это тело. Сложно всё это… Надо будет подумать.

"Ладно. Не хочешь, не говори." — Встретились два несчастья называется — подумал он. — "А что это было, когда ты мне по сердцу била?"

"Не твоего ума дела." — Насчёт магии она решила максимально умалчивать. Не хватало ещё, чтобы он, когда о ней узнал, начал поглощать её душу. — "Скажем так, я просто пыталась выбраться из твоего тела. Но моя душа теперь прочно завязана с твоей."

"Мда неприятно." — Почесал голову Паша. — "Но что-то ты темнишь. Помни, я могу всё ещё не двигаться и ты ничего не сможешь сделать."

"А сам-то?" — Парировала она. — "Не будешь же ты вечно валяться, чтобы я тебя слушалась? И представь, о чём подумают окружающие, смотря на произвольно двигающиеся твою левую руку и ногу с глазом?"

"Поэтому нам лучше начать сотрудничать и доверять друг другу. Как-никак, нам теперь ещё долго жить вместе." — Ухмыльнулся Паша, думая своей победе, а Детройа вздрогнула при последних словах. — "К тому же твоя рука и нога в гипсе и особо ты ими махать не сможешь. А я всё ещё могу одеть обратно на тебя повязку и ты не сможешь ничего видеть."