Чтение онлайн

Лобового тем временем уже не было. Сложившись гармошкой, оно окатило лицо Феди осколками. Щёки, лоб — всё посечено, и благо он успел закрыть глаза. Ещё секунда, и болью взорвалась правая нога; металл покорёжило, и теперь стопа Феди оказалась вывернута под каким-то неправильным и неестественным углом. Музыка выключилась сама собой.

Еле живой и зажатый в тисках, Федя кое-как повернул голову в сторону удара. Сквозь разбитое стекло он увидел, что здоровенный чёрный внедорожник, на котором, если не брать в расчёт покорёженный кенгурятник, не было ни царапины, остановился.

Дверь внедорожника распахнулась. На асфальт ступил блестящий ботиночек, а следом показался и сам владелец. Молодой, холёный, в дорогом пальто. На его лице не было ни тени испуга или сочувствия. Причём он даже не посмотрел в сторону машины, которую только что протаранил и в которой, возможно, прямо сейчас умирал человек. Вместо этого он достал телефон и усмехнулся, а дальше Федор потерял сознание…

Утро началось не с кофе, а с Саватеева, что ворвался в гостинную, словно за ним толпа демонов гналась.

— Господин, беда! — хриплым голосом произнес он. — Федор в аварию попал. Мне только что отзвонился гвардеец, что с ним поехал, все плохо.

В этот момент я, признаться, чуть не уронил себе на ноги чайник. Пусть в этом мире я всего лишь несколько дней, но к шебутному водителю успел прикипеть душой, если честно. Да и как не прикипеть, если он сразу же вернулся к роду, как только его позвали.

— Подробности, — про завтрак уже не могло быть и речи. Вскочив на ноги, я взял с вешалки пальто и кивнул в сторону выхода.

— Подробностей мало, гвардеец успел лишь сказать, что в них врезался какой-то дворянин, а потом связь пропала, — ответил Михаил, выходя следом за мной.

На улице Иван уже сидел за рулем нашего внедорожника, видимо ожидая меня. Прыгнув на заднее сидение автомобиля, я автоматически начал крутить энергию по телу, пытаясь таким образом себя успокоить. Получалось плохо, но лучше так, чем сжигать силу впустую. Потому что контролировать свою ауру по-другому сейчас я был просто не в состоянии.

Миша на переднем сидении пытался дозвонится до гвардейца, но тот упорно не отвечал на звонок, и это еще сильнее напрягало, если честно. Двигатель внедорожника ревел, неся нас вперед, а через пять минут мы вдруг резко затормозили.

Ничего не спрашивая, я вывалился из машины и побежал в сторону покореженного родового автомобиля. Рядом с ним стоял припаркованный огромный внедорожник черного цвета, у которого терлись трое. Два рослых детины и один не старше меня, в дорогом пальто. Видимо, это и есть тот самый дворянин. Он дернулся в мою сторону, но поймав мой взгляд, резко затормозил.

Я же направился к гвардейцу, что сидел рядом с машиной, сжимая в руках телефон. Только подойдя вплотную, я понял, почему он не отвечал. Боец попросту потерял сознание, вот и весь секрет. Обойдя машину, я увидел Федора. Водитель лежал прямо на дороге, не подавая признаков жизни. Покорежило его знатно, лицо все в порезах, нога, судя по всему, сломана, и что-то торчит из спины. Твою мать, твою, сука, мать!

— Миша, звони в скорую! — заорал я, но тут же умолк, видя, что Саватеев уже с кем-то разговаривает. Злость внутри меня полыхнула новой волной, и выпрямившись, я направился к ублюдку, из-за которого все это и произошло.

— Ну наконец-то, — дворянчик сделал несколько шагов в мою сторону и ухмыльнулся, — твой человек чуть не убил меня. Выскочил на светофор, когда горел не его сигнал. А у меня, между прочим, в автомобиле дорогие картины. Что, если их повредило, а?

— Как твое имя? — с трудом сдерживаясь, чтобы не врезать ему, спросил я, — имя!

— Константин Сивушкин, — ухмылка на его лице стала еще шире, — кто ты я знаю. Светлов, последний из рода, судя по всему. Как решать проблему будем, а? Учти, без компенсации ты не обойдешься, — он еще что-то продолжил говорить, а в моей памяти появились скупые строки про род Сивушкин. Мелкие дворяне, ничего такого из себя не представляют. А главное, они давно, лет десять назад, по словам отца Алексея, плотно легли под Громовых.

И тут пазл в моей голове сложился. Громовы, Сивушкин, мой водитель. Все это звенья одной цепи, а проводить параллели я всегда умел.

— Тебя прислал Громов? — я перебил ублюдка, что все еще распинался передо мной, — скажи, он дал тебе приказ это устроить?

— Что ты несешь, Светлов, последние мозги скисли? — Сивушкин попытался было возмутится, вот только я увидел, как на мгновение, на одно маленькое мгновение в его глазах промелькнул страх. В точку, я попал в точку!

— Ты покусился на жизнь моего человека, — спокойно произнес я, — Федор водитель со стажем, он никогда бы не выскочил на красный. А вот камера на том здании наверняка покажет, что я прав, — я указал на двухэтажное здание на той стороне перекрестка и повернулся к Саватееву младшему, — Вань, проверь камеры, быстро. Обещай владельцам компенсацию, но нам нужна запись.

Боец кивнул и побежал в сторону здания. Перекресток тем временем гудел, со всех сторон уже образовалась пробка, и люди не понимали, что происходит. Зато понимал я. Развернувшись, я снял левую перчатку и глянул в глаза Сивушкину. Он тоже все понял и попытался было дернуться, но не успел. Напитанная Светом перчатка коснулась его морды быстрее, чем он успел уйти с траектории полета, и простенький конструкт ослепления сделал свое дело.

— Дуэль, ублюдок, дуэль, — произнес я, глядя на этого урода.

Он тер глаза, что-то мыча себе под нос, но зато его люди все услышали, услышали и поняли верно. Ничего, Громов, за это ты мне, тварь, заплатишь, дорого заплатишь. И начну я с твоей шестерки…

— Светлов, тварь, я тебя уничтожу! — Сивушкин наконец-то справился с ослеплением.

Его лицо пошло пятнами, а руки судорожно задергались. Он шагнул было в мою сторону, на что я лишь улыбнулся. Ну давай, сдохнешь быстрее, чем успеешь что-либо сделать.

— Господин, стойте! — один из гвардейцев неожиданно схватил его за плечо. — Вам бросили вызов на дуэль, вы либо принимаете его, и тогда бою быть, либо нет, но тогда нам придется уйти, — судя по взгляду гвардейца, он надеялся, что дворяненок выберет второй вариант. Но нет, Костя оказался гордым.

— Я принимаю твой вызов, Светлов, — сжав кулаки, произнес он. — Раз вызов бросил ты, то место и время за мной. Сегодня, сейчас, на арене администрации.

— Не сейчас, — я хмыкнул. — Пока моих людей не увезут в лазарет, я не тронусь с места. Молись всем богам, чтобы они выжили, иначе я от твоего рода камня на камне не оставлю.