Чтение онлайн

— Без понятия, — Риен пожал плечами и продемонстрировал нам амулет телепортации, лежавший на столе. Вернее, его остатки, он самоуничтожился.

— Тогда схожу к Урлику, — я прикусила губу, задумавшись, где он может быть.

— Нет, ты никуда не пойдешь, это опасно, — рядом тут же оказался Ворх.

— А давай сыграем с тобой в одну игру, — я уперлась рукой ему в грудь, не подпуская ближе. — В молчанку. Ты будешь молчать и не будешь мешать мне делать то, что я могу. Нужно узнать, что произошло. Кто сможет рассказать, если не другой заговорщик? Нельзя его спугнуть. Допустим, пока только допустим, что я тебе верю. Тогда из всех подозреваемых остается только Урлик. Ну и кто к нему может пойти, не вызывая подозрений? Ты?

— Она права. Возьмем его сейчас — оборвем все нити, — кивнул ректор.

— Мне ничего не грозит, — напомнила я. — Ну серьезно, Урлик сам подменил мой накопитель, то есть уверен, что у меня его больше нет. Мне совершенно нечего бояться, сама я никому не нужна.

Ворх слушал меня молча, но с видом крайне недовольным. Так же молча кивнул на дверь. Похоже, он согласен на молчанку.

Я ушла из лаборатории порталом, сразу оказавшись на подземном уровне Школы. Я постучала в кабинет чернокнижника, надеясь, что он окажется там и в такое позднее время. Повезло, он открыл дверь практически сразу.

— Что случилось, моя золотая? — дроу посторонился, впуская меня, и тут же обнял.

— Там, наверху, какой-то ужас творится, — я, как и обычно, отдала всю инициативу демонице внутри. — Стелла пыталась Алину убить, теперь сама в реанимации, а Алину кто-то другой убил… Бездна первозданная, ну почему у меня сегодня был факультатив по зельям?!

— Тихо, успокойся. Ты сама не пострадала?

— Нет, но я теперь боюсь даже подниматься туда. Я свидетель сама не знаю чего. Что у них там за разборки такие?

— Откуда же я могу знать? — Урлик сдвинул на дальний край стола грифельную доску и толстенный талмуд, посадил меня за стол.

— Ты ведь бывал там, что-то у Алины заказывал. Думала, может, знаешь, — я сделала ну очень расстроенный вид.

— Алина… Она вообще слишком часто лезла туда, куда не просили, — Урлик тяжело вздохнул. — Но я не знал, что она не ладила с деканом.

Вот теперь я действительно расстроилась. Если он и вправду ничего не знает, то дело плохо. Тогда я вернусь к схеме «все вокруг враги».

— А ты не знаешь, — мужчина подвинул стул и сел рядом, — госпожа Стелла выжила? Было бы жаль, если бы Школа потеряла такого специалиста, — быстро добавил он, поймав мой заинтересованный взгляд.

Я готова была его расцеловать за неуместное любопытство, тем более что зелье, дарящее зубную боль, все еще действовало. Попался на живца.

— Кажется, у нее практически нет шансов, — почти не соврала я.

Урлик заметно расслабился:

— Жаль, очень жаль. Но, я надеюсь, меры безопасности от этого не ужесточат еще больше. Будет тяжело видеть тебя только на лекциях…

— Да, это будет просто невыносимо, — я не удержалась и пустила-таки зелье по назначению. Пусть Стелла хоть так отомстит, даже если мне это неприятно до колик.

Сославшись на необходимость срочно вернуться в казарму, чтобы не получить запись в личное дело, я хотела уже сбежать, но так просто темный эльф меня не отпустил.

Я поняла, что попала, когда магистр самолично провел меня порталом до ворот охфака, а потом еще долго не выпускал из рук. И не могу же я его оттолкнуть, это все мое прикрытие под откос пустит. Пришлось терпеть и улыбаться, злорадно радуясь хотя бы тому, что зубы Урлику теперь еще с месяц болеть будут как минимум. Зато как только он имел неосторожность отпустить меня, я тут же отступила на закрытую для посторонних территорию за ворота и помахала уже оттуда.

А на ступенях казармы сидел Ворх, причем явно давно и снова с бутылкой.

— Дай сюда, — я села рядом и выпила с половину залпом. И все равно легче не стало, даже от мысли, что зубы Урлику теперь точно будут болеть очень сильно и долго. Было мерзко, хотелось хоть так отбить его запах от себя, даже если не опьянею. За кефиром, что ли, сходить?

— Что узнала? — на удивление мирно спросил Ворх.

— К сожалению, ничего конкретного, но то, что он причастен, сомнений больше не вызывает, — отчиталась я. — Уж очень волновался, что Стелла может выжить.

— Завтра лекции только до обеда, — напомнил вервольф.

— Да, я смогу сходить еще порасспрашивать, — я поболтала бутылкой, но пить не стала, так как запаха дроу, кажется, больше не чувствовала.

— Наоборот, лучше будь в казарме.

— Я не стану сидеть взаперти, когда могу заняться полезным делом, — возмутилась я. — Забудь, я не запуганная маленькая девочка, на которую можно порычать. Я буду делать то, что посчитаю нужным.

— Да, разумеется, это было действительно необходимо для расследования, — Ворх с таким сарказмом указал на ворота, за которыми меня только что зажимал дроу, что меня смех пробрал. — И что здесь смешного?

— Ты. Есть какие-то претензии? Так говори. А если нет, то я спать пойду, устала уже.

И так как претензий я не услышала, то с чистой совестью пошла в комнату.

Ночью я долго не могла уснуть, хоть и очень хотела, ворочаясь под грузом всех сегодняшних потрясений. А когда все же задремала, помедитировав на спящих братцев-некромантцев, то снова оказалась в лесу Лазурного мира сорок лет назад.

— Почему ты все время убегаешь? — непривычно молодой Ворх, практически пацан, бросал камушки в воду.

А я сидела рядом на берегу маленького озерка, подтянув колени к груди, и нервно кусала губы.

— Нельзя же всегда бегать от своих проблем, — он тоже сел, когда камни закончились.

— Можно. Я не могу это объяснить, но мне кажется, мать будет очень недовольна, если узнает, что ты все еще приходишь.

— Пойдем со мной. Что ты собираешься делать в этом сером мире? Давай вернемся в Перекрестный, там много оборотней, не то, что ваша крохотная стайка из шести штук…

— Нельзя. Я должна растить племянницу, если с сестрой что-то случится, — я тоже подобрала мелкий камушек и бросила, по воде пошли круги.

— Этой племянницы и в планах еще нет. А почему бы не своих детей?

— Не знаю, мама говорит, у меня ни в одной из жизней их больше не будет…

— Врет.

— В прошлой не было. Я тоже растила племянницу. Так что хватит приходить, это бесполезно. Уходи в свой мир и оставь меня в покое.

— Нет уж, обойдешься. Я все каникулы тут просижу, если нужно, но ты пойдешь со мной.

Я толкнула его в бок:

— Уходи, проваливай, надоел уже. Не даешь одной побыть.

— Я так точно никуда не уйду, — усмехнулся он, — силенок у тебя маловато. Но можешь бросить мне вызов, если не боишься.