Чтение онлайн

Я, разумеется, клацнула зубами и около протянутой к моему лицу руки шамана.

— Бойкая, — буркнул он, отдернув конечность. — И не скажешь, что без рогов.

Он поводил надо мной какой-то погремушкой, обошел пару раз вокруг, бормоча, и остановился на прежнем месте.

— Они везде, — задумчиво выдал детина через минуту молчания. — В ней самой. Она каким-то образом растворила накопитель в себе.

— Его можно снова отделить? — глянул на шамана Урлик.

— Нет. Теперь она и есть вместилище душ.

Я потеряла дар речи точно так же, как и дроу. Мы даже переглянулись с ним от удивления.

— Может, ее просто в стаю отдать на пару лет, как обычно? — предложил медведь. — Она, как-никак, тоже оборотень. А с таким количеством душ внутри и нарожает не меряно…

— Пошел вон, — тихо, но очень убедительно ответил Урлик.

Шаман бросил на меня полный сожаления взгляд, но спорить не стал, вышел.

— Ну и что нам с тобой делать? — дроу облокотился на стол прямо над моей головой.

— Кричать и бегать, — на автомате ответила я, но тут же спохватилась. — Раз уж ты знаешь, кто я, то должен понимать, что ни в какую стаю я не пойду, у меня метка есть.

— Метка исчезнет через месяц, — поморщился он. — Мы отправили Ворха по твоему маячку в наше логово, способное удержать внутри даже Альфу, и его там ждут с распростертыми объятиями, так что это вопрос времени.

Я хмыкнула, но промолчала о том, что это их самих объятиями задушат.

— В любом случае, ты останешься здесь, — он провел пальцами по кривым, острым пенькам рогов, вызвав новый приступ боли. — Так что, золотая моя, привыкай к боли, раз уж ты такая несговорчивая.

— «Маленькая дрянь» как-то честнее, давай лучше так, — я дернула головой, уворачиваясь от его прикосновения. — И что там насчет цепей? Не якорные хоть?

— Нет, самые обыкновенные, из антимагического сплава, чтобы ты совсем обессилела и не смогла сопротивляться, — темный эльф наклонился ниже, но я многообещающе клацнула зубами, заставив его передумать.

Так что он выпрямился и пошел к двери, лишь досадливо поморщившись.

— Эй, стой, так что с душами будет? — окликнула я его.

— Будет воссоединение семьи, — усмехнулся он и запер тяжелую дверь, благо хоть снаружи, приказав кому-то в коридоре никого ко мне не пускать.

Оставшись одна, я снова попыталась вытащить руки, но мои запястья оказались туго перебинтованы, не оставляя простора для маневра. Я чертыхнулась и потянула ноги, но и они теперь были перетянуты аж в трех местах.

— Есть тут кто? — крикнула я. — Воды хоть можно? Я много крови потеряла, между прочим! Сейчас сдохну, и не видать вам никаких душ!

На двери закономерно лязгнул замок, впуская внутрь моего соглядатая. Я ожидала увидеть медведя как минимум, если судить по его голосу, но к столу подошел худенький паренек, едва ли совершеннолетний.

— Не положено, — сообщил он мне все тем же низким голосом.

— А умирать положено? — поинтересовалась я.

— Тоже нет, — задумался мой охранник.

— Выбери что-то одно. И то, и другое я не потяну.

— Ладно, — он нехотя отстегнул от пояса фляжку и протянул руку к ремню на моей шее. — Только не кусайся, я все равно невосприимчив к ядам, только потратишь силы зря.

— Это почему же? — на всякий случай уточнила я, разумеется, собираясь укусить.

— Я полиморф. У нас врожденный иммунитет, — он расстегнул ремень, помог мне приподнять голову и дал воды.

— Спасибо, — я снова легла, задумчиво его рассматривая. — А ты-то с ними зачем?

— Мы почти вымерли, нам уже никто, кроме бурых, не сможет помочь, — пожал плечами паренек.

— И вам их обещали на блюдечке с голубой каемочкой? Это даже не смешно, — фыркнула я.

— Нам тоже не смешно, но выбора-то нет, — полиморф осторожно застегнул ремень. — Не туго?

— В истреблении хоть не участвовали? — уточнила я.

— Нет, ты что. Мы, как и медведи, просто пытаемся не вымереть теперь.

— Плохой способ вы выбрали, ты это понимаешь? — я покрутила головой, но придраться было не к чему, парень действительно не затягивал туго.

— Да. Прекрасно понимаю. Моя мама была бурой, ее забрали вместе с сестрой, как только нам исполнилось два года. А на днях и сестру отдали в стаю медведей вместо убитой девушки.

— И после этого ты все равно им помогаешь?

— А что мне делать? — разозлился полиморф, отчего и его внешность немного изменилась, приближаясь к истинному виду. — Нас осталось всего двадцать три! Только девять женщин, две из которых уже при смерти. И это на все миры! Мы никак не справимся без бурых.

— Тише, борец за выживание, — я тяжело вздохнула. — Не надо взваливать ответственность на нас. Вы, как и все остальные подвиды трансформов, стали вымирать после того, как нас не стало. А это заслуга ведьм.

— Да знаю я, — он развернулся и сел на край стола. — Не трави душу. Я хотел бы помочь, но… Хотя бы никого не пущу к тебе, а то ведьмы уже приходили за кровью…

— Урлика бы лучше не пускал, — поморщилась я.

— Ага, не пустишь его, как же, — хмыкнул парень. — Он же черный маг первой ступени.

— Не знала.

— Так он же на лбу себе это не написал. У них во всех инстанциях свои есть…

— А ты их знаешь? Сможешь всех вспомнить, кого видел?

— Наверное, — он на минуту задумался, а потом начал перечислять.

Мне оставалось лишь запомнить.

— А самого-то как зовут? — спросила я, когда он остановился.

— Составляешь список мести? — усмехнулся он.

— У меня два списка. Один для мести, да. А тебя я хочу внести во второй список. В нем те, кому обязательно нужно помочь, когда все это закончится. Так как тебя звать?

— Тилса. А ты еще на что-то надеешься?

— Конечно. Все будет хорошо, не переживай. Только ремень чуть свободнее сделай на руке, у меня там кожи нет, больно.

Парень потянулся к застежке, но спохватился:

— Нет, нельзя, Урлик потом еще туже затянет. Не зли ты его, целее будешь.

— Ты рога мои видел? Целее некуда, — фыркнула я.