Демоны Черной степи
Шрифт:
– Кажется, я умру сейчас… – Прохрипел мой муж, пока сияющие бордовые нити оплетали его шею. – Опять… Они меня просто раздавят… Послушай… У меня совсем недавно появился друг. Призрак однорукого мальчика. Он… – Нити душили моего мужа, но он отчаянно пытался говорить. – Он обладает кое-чем… Камень… Асху… Он может его использовать, но лишь в малой степени, потому, что мертв. Зато твой племянник, обладая Асху, способен на большее… С помощью этого камня можно разъединить душу твоей матери и злой дух демона. Но лишь твой племянник сможет… Отыщи его, он где-то здесь, и однорукий мальчик где-то здесь… Боже, Сара… – Из пустых глазниц потекли кровавые слезы. – Я так люблю тебя, Сара. И эта любовь спасала меня все это время!
Он улыбнулся, а в следующий момент послышался ужасный звук разрываемой плоти. Кровь брызнула мне в лицо, и залила все вокруг… Отчаянный крик вырвался из моего горла, и вопя как полоумная, я отполза в сторону…
От моего мужа, еще недавно говорившего со мной, теперь остались лишь бесформенные кровавые ошметки плоти, с торчащими из них белыми костьми…
Кровь повсюду… Кровь стекает по стенам, по моим щекам, капает с потолка. И пол весь в крови, и если я попытаюсь встать, то это будет сложно, ведь ноги мои наверняка начнут скользить.
Красные нити втягивались обратно в стены, и свечение их медленно затухало… Они сделали свое дело.
Меж кусков мяса, в мою сторону шагал мальчик. На виде ему было не больше четырнадцати… Однорукий мальчик. Из-за крови и своих собственных слез я плохо видела его лицо.
Мальчик приблизился ко мне и произнес:
– Не плачьте. Сейчас не время плакать. Его дух был правдой, но не его кровь. Мертвецы не кровоточат.
Это верно. Мертвецы не кровоточат…
Я попыталась подняться на ноги, и это у меня получилось.
– Кто ты? – Спросила я у мальчика, растирая кровь и слезы по лицу.
Тот посмотрел на меня очень знакомым взглядом.
– Вчера моя сестра нашла приют в вашем доме. И я явился вслед за ней.
Я пораженно уставилась на мальчика, поняв наконец почему его взгляд показался мне таким знакомым…
– Так ты брат Алисы!
– Верно… Мы должны помочь моей сестре, и помочь вашей матери. Мы сделаем это с помощью него!
Мальчик поднял свою единственную руку вверх, и в ладони его словно засияла синяя звезда. Синее с белым… Какая красота. Я потянулась кистью к этой красоте, желая прикоснуться к ней, но мальчик сжал ладонь.
– Лишь ваш племянник может с толком использовать Асху. Мы должны как можно быстрее отыскать его.
Откуда-то сверху послышался приглушенный звон, и я тут же узнала его. Так звенел полумесяц меж рогов моей матери. Звон, не предвещающий ничего хорошего.
– Я конечно не ровня демону из темного промежутка. – Грустно улыбнулся однорукий мальчик. – Но постараюсь хоть немного укрыть вас от его взора. Мы отыщем вашего племянника, и я вложу Асху ему в руку, и он использует его против демона. А сейчас, нам надо бежать. Как жаль, что я не могу хлопнуть в ладоши…
Красное свечение почти угасло. Но брат Алисы осветил путь синей звездой в своей руке… И я ринулась за этой звездой сквозь сумрак, подальше от зловещего звона черно-белого полумесяца…
Глава 18
Прошлое (Клиника Григоровича, 1997 год)
Кристина и Анка
Кристине снилась вода, которой никогда не существовало в реальности…
Маленькой ведьме виделось, что она снова дома, на тихой улице, заросшей акациями и шелковицей, на самой окраине Рэгдолла, где дома, преимущественно, старые и одноэтажные…
Вот только во сне, рядом с этой улицей протекала речка. Она очень спокойно текла за задними дворами, там, где положено быть огородам. А еще, там было что-то вроде длинного причала, протянувшегося вдаль по всей линии берега.
Деревянные доски причала, закат над шелковичными кронами, мягкий воздух, на другом берегу реки заросли осоки…
Кристина – совсем кроха, не более пяти лет отроду, босоногая, в легком цветастом платье шла по причалу. Она шла вслед за птицей, которая, не торопясь летела над темными крышами домов. “Куда летит эта птица?” думала Кристина… “Она улетает навсегда, или гнездо ее где-то совсем рядом в Рэгдолле?”
Доски скрипели под ногами. Они были чуть влажными…
В конце концов, птица улетела, растворившись в вечернем небе. Тогда, Кристина присела на корточки, и принялась смотреть на воду.
Какой ласковый вечер! И в жизни нет такого понятия, как “ведьма”. Она, Кристина – не ведьма, и мать ее не ведьма. А значит, всю долгую жизнь впереди можно жить так, как захочется, ведь и Тумана-то никакого не будет. Они будут жить втроем – дочь, отец и мать, на этой маленькой улице, с речкой, акациями и шелковицей.
И не нужно отказываться от своей любви. Какое замечательное чувство того, что ты ничего не должен этому миру!
Кристина смотрела на спокойную воду, и знала, что мать будет хвалить ее за простые вещи, радоваться простым ее достижениям… И смерть так далеко… Смерть – просто слово, немного непонятное, чужеродное и совершенно лишнее.
Какой прекрасный мир!
По воде, в ту сторону куда улетела птица, медленно плыл сухой дубовый лист. Кристина провела его взглядом и удивилась: на этой улице нет дубов, да и в самом Рэгдолле их очень мало….
Лист плыл и плыл, пока не исчез где-то под причалом в конце улицы…
– Кристина. – Мать положила руку ей на плечо. – Кристи… Как тебе прогулка?
Кристина обернулась и увидела своих родителей, держащихся за руки, мягко улыбающихся, молодых, красивых и счастливых… “Так значит, и вправду, папе не нужно умирать! Какое облегчение и счастье!”
– Как тебе прогулка, Кристи? – Повторила мать свой вопрос.
– Мне хорошо, мам. – Ответила Кристина без затей, и улыбнулась.
– Мы рады за тебя, Кристи. – Сказал отец, и Кристина вспомнила, что так ее называть первым стал именно он.
– Нас ждет вкусный ужин. Добавила мать. – А потом – просмотр нового кинофильма.
Кристина была в восторге. Она ведь так любила смотреть фильмы вместе с ними. Любила остроумные шутки отца по поводу происходящего на экране, и тихий говор матери… Она так любила проводить время с ними обоими.
Она посмотрела на воду. В ней отражалось теряющее краски небо. Внезапно ей стало очень и очень грустно. Часть ее спящего сознания вдруг поняла, что все вокруг обман… И воды этой, в действительности, никогда не существовало, и улица ее вся заросла деревьями грецкого ореха, а акаций и шелковиц там никогда не было…