Чтение онлайн

— Но Вивиан, — сказала я в растерянности. — Она прижала Ли к стенке. Она все исправит. Сделает все правильно. Ли ни за что не сможет превзойти ее, даже если воспользуется демонической магией.

Квен стоял передо мной, держа в руках упряжь Тулпы.

— Вивиан мертва. Ли обманом заставил ее сделать второе кольцо чакры прошлой ночью. Тебя разыскивают за ее убийство.

«Подождите. Что?» Ошеломленная, я повернулась к Тренту, но он выглядел таким же потрясенным, как и я.

— Нет, ты ошибаешься, — сказала я. — Я не знаю, кого Ли обманом заставил сделать это кольцо, но это была не Вивиан. Я написала ей сегодня днем. Она ответила мне. Я видела ее не более нескольких часов назад.

Но Квен покачал головой, не сводя взгляда с Тулпы, который с нетерпением ждал, когда его отпустят в темноту, чтобы пастись.

— Если она написала тебе, то, скорее всего, это был Ли. Мне очень жаль. Знаю, она была другом. Дженкс говорит, что Гетти была свидетелем всего этого. Пыталась остановить. Ли сказал Вивиан, что ты хотела встретиться с ней в церкви вчера вечером, чтобы показать ей все. Когда тебя там не оказалось, он подстроил проклятие и убедил ее, что единственный способ узнать, незаконно оно или нет, — это сделать его. Все, что ему было нужно, — заставить Вивиан встать в нужном месте и произнести фразу-призыв. К сожалению, показания Гетти неприемлемы для суда.

— Но я ее видела, — сказала я, не веря в это. — И Ли тоже.

И он был в ужасе. Будто увидел призрака.

Мне стало плохо, и я тяжело опустилась на низкий камень перед костром. Дженкс пытался рассказать мне, но я слишком торопилась, чтобы слушать.

— Я видела ее, — прошептала я. — Она сказала… — Я замолчала и посмотрела на кольца чакры на пальце, рука задрожала, когда я вспомнила огненное ощущение, сжавшее мое нутро, когда я прикоснулась к пентаграмме. Неужели Вивиан умерла там, оставив в ткани времени и пространства достаточно сильный отпечаток? Боже мой. Неужели она стала призраком, чтобы предупредить меня? Она была вся в мистиках, почти парила над полом. Откуда ей знать, что сказала Жасмин, если она с ней не разговаривала? Жасмин — призрак?

Я ничего не могла сделать и уставилась на огонь, даже когда Трент притянул меня к себе и осторожно взял на руки — в сырой одежде и все такое.

— Уверен, ты ее видела, — прошептал он. — Она была самой опытной практикующей в ковене, искусной в манипуляциях высокого уровня. Она могла найти способ задержаться, чтобы отомстить за себя и за тебя.

«Вивиан… нет», подумала я, и горе захлестнуло меня.

— Я… я должна идти, — сказала я, делая шаг из его объятий. Ал стоял у ручья с девочками, глядя яркими глазами. Не было никого, кто мог бы сказать, что я не убивала Вивиан. Некому было поручиться за меня в ковене. Никто, кроме Вивиан, не знал, что Ли был магом. Если Ли выжил, ему поверят. Все рушилось. Но в основном я горевала о том, что Вивиан… мертва.

— Мне нужно в церковь. — Я должна была убедиться, что это правда. Я должна была узнать сама, поговорить с Гетти. Проклятье, Дженкс пытался сказать мне об этом, а я не слушала.

— Тал Са'ан, возможно, сейчас не… — сказал Квен, и я обернулась к нему.

— Я иду в церковь! — крикнула я. «Только не Вивиан», подумала я, глаза разбегались, по лицу текли горячие слезы. «Пожалуйста, только не Вивиан…»

И тогда мое горе нашло выход. Ли… Как выключатель, мои слезы исчезли. Трент увидел это и отпустил меня. Он знал, что это значит.

Квен не знал.

— Рейчел, ты не сможешь одолеть пятерых членов ковена. То, что ты свободна, — единственное, что держит Цинциннати в узде. Насколько мне удалось выяснить, Ли заключил сделку с О.В., вампирами из Вашингтона и Ковеном, пообещав им всем долю или возвращение к власти, если они вытеснят Трента. Дэвид — единственный, кто все еще контролирует свой народ. Айви и Пайк скрываются, а Трент теперь персона нон грата. Зак пытается, но если он скажет слишком много, они заставят его замолчать. Не разрушай то немногое, что у него есть.

Я опустилась на камень, рассеянно глядя на свои промокшие носки и пытаясь надеть их для поездки домой. С Дэвидом все было в порядке, потому что я избавилась от Паркер, но все остальные?

— Я не могу надеть эти чертовы носки! — крикнула я. Разочарованная, я опустилась на место, не зная, что делать. В один неопределенный момент я потеряла все. Ли не только погубил меня, но и уничтожил почти всех, кто был со мной. Мечом Ли стал мой страх перед тем, что может подумать обо мне Вивиан. Я слишком долго ждала, чтобы показать ей, что я сделала. Это была моя ошибка.

— Мне нужно идти. — Бросив носки, я поднялась, обхватив себя руками, чтобы ничего не вылилось.

— Мы будем бороться с этим, Рейчел. — Трент попытался притянуть меня к себе, но я не дала ему этого сделать и отошла в сторону, натыкаясь босыми ногами на палки и мелкие камни. — Потребуется только время, — сказал он. — Девочки в безопасности. Дэвид силен. Айви и Пайк скрываются. Мы переоценим ситуацию и двинемся вперед. У меня в сумке есть палатка. Утром все будет выглядеть лучше.

Молча, я повернулась к лесу. Утрата раздавила меня. Было слишком поздно. Все пропало. Все.

— Рейчел? — позвал Трент, когда я начала идти. От лей линии я могла легко добраться до своей церкви. Пять минут. Шесть, если бы я продолжала топать и порезала ногу.

— Я в порядке! — крикнула я в ответ, но я не была в порядке. Ли убил Вивиан. Если бы я показала ей это дурацкое проклятие, она бы поняла, что оно смертельно. Она бы поняла, что Ли лжет ей. Все могло бы закончиться прямо на этом. Но я этого не сделала, и все, чем она была, исчезло.

— Я поговорю с ней, — сказал Ал с придыханием. — Пока снова не начался дождь.

«Ты так думаешь, старый демон?» подумала я, проходя мимо его грибного кольца, и мои влажные волосы ненадолго приподнялись.

Позади меня затрещали ветки, и раздалось приглушенное ругательство.

— Рейчел, остановись, — потребовал Ал. — Ведро с материнским гноем, кто из вас решил, что деревья с колючками — хорошая идея?

Смирившись, я остановилась. Луна была высоко, как и в реальности, и я сжала челюсти, приподняв подбородок, когда он поравнялся со мной, его глаза потемнели в тусклом свете, прищуренные от общей душевной боли.

— Ты собираешься в реальность? — спросил он, и я протиснулась мимо него, чтобы снова начать идти.

— Мне нужна новая пара джинсов, — сказала я. — И ботинки. И, может быть, лампа.

— Завтра, — сказал Ал, и я отшатнулась, когда он коснулся моего плеча.

Потрясенная, я смотрела на него, а он спрятал руку, будто сделал что-то не так. Я могла бы сосчитать, сколько раз он прикасался ко мне, но меня поразила его боль.

— Тебе нужно передохнуть, — сказал он низко. — Я пережил такие уродливые повороты, как этот. Как бы мне ни было неприятно это признавать, но твой эльф прав. Те, кто делает паузу, чтобы подумать, выживают. Те, кто реагирует… — Его глаз дернулся, и взгляд стал отрешенным. — Как правило, не выживают, — закончил он.