Чтение онлайн

— Раз ты у нас совсем здорова, — темным голосом произнёс Эш, — ты же не будешь против небольшой игры?

— Да пошли вы. Все. Что, теперь вы запуганы, раз я надрала жопу Моноклю? Хотите поставить меня на место? Так?

Феликс фыркнул:

— Нифига себе, детка. У тебя такие обидные фразы… Кто тебя так травмировал, а?

Миша зарычал и растолкал всех на пути, чтобы открыть дверь. Он выглядел так, будто вот-вот снова впадёт в состояние берсерка. Что вообще, блядь, сегодня происходит? Мы что, становимся оборотнями? Полная луна? Я не против иногда поиграть в собачку — обычно когда меня одновременно трахают, — но становиться ею на постоянку я не планировал.

— Мы НЕ становимся, блядь, оборотнями! — рявкнул Феликс, уловив мои мысли.

Я приподнялся и вцепился зубами в его плечо.

— Ай! Ты чё творишь?!

— Во-первых, мне не понравился твой тон. Во-вторых, если уж Я оборотень, то и ТЫ теперь тоже. Так это работает. Книги читай, Ликси.

— НЕНАВИЖУ вас всех! — заорала Палмер, дёргаясь. — ВСЕХ!

— Тише, куколка. Или возненавидишь нас куда сильнее, — предупредил Миша таким низким демоническим голосом, что у меня по позвоночнику пробежал восторг.

Он был таким большим, плохим мальчиком, когда хотел. Обычно он не выпускал наружу эту тёмную часть — ну, потому что люди там умирали или теряли конечности. Но ох… иногда это так заводит.

Миша поменялся местами с Эшландом. Эш встал перед огромным семифутовым зеркалом, сделал руками какой-то жест. Зелёный свет пробежал по рамке — зеркало распахнулось, открывая его тайную комнату разврата.

— А вот ХЕР вам! — завизжала Палмер, увидев всё это великолепие БДСМ-катастрофы.

Эш оглядел помещение:

— Хм. Что думаете, мальчики? Я склоняюсь к кресту святого Андрея.

— Я тебя, блядь, прибью, ЭШЛАНД. Как только они меня отпустят...

Феликс перебил её:

— Я бы хотел увидеть её растянутой на кресте.

— Вы ВСЕ за это заплатите, клянусь! Вы не можете просто поздравить меня?! Типа: "Палмер! Ты такой охуенный боец — выглядела сексуально, выбивая Роудса с его пьедестала!" А я бы сказала: да, знаю, спасибо! А теперь дайте мне мои победные оргазмы.

Я наклонил голову:

— А мы можем её пока что заткнуть? Ну… на время?

— Да, — отозвался Миша, глядя на Палмер с мрачными обещаниями.

Они с Феликсом пытались выпрямить ей руки, чтобы зафиксировать их. Она злостно плевалась, тяжело дышала, блестела от пота — но в итоге оказалась полностью пристёгнута к кресту.

— Хватит дёргаться, Кролик. Нам нужны всего лишь ответы, ладно? — сказал я, отодвигая прядь её волос от лица.

Маленькая тварь попыталась укусить меня.

Я едва успел отдёрнуть руку.

И тут мысль ударила меня прямо в лоб, как молния.

— Ох, ёб твою… Так вот оно что, — пробормотал я.

— ЧТО «вот оно»? — потребовал Эш, глядя попеременно на меня и Палмер.

— Ну, я же раньше пытался понять, почему ВСЕ ведут себя как психи. Потом подумал: «А что если мы становимся оборотнями?!»

— Да сколько можно… — застонал Феликс, и я мгновенно показал ему средний палец.

Палмер смотрела на меня так же пристально, как и остальные.

— Ну? Какая у тебя теория?

— Она — оборотень. Вы не видели её только что? — пожал я плечами.

Эш тяжело выдохнул:

— Талон. Вон нахер отсюда.

Он ткнул пальцем в дверь.

Мой рот приоткрыт:

— Прошу прощения?

— Это серьёзная, блядь, ситуация, а ты — серьёзный, блядь, идиот! — прорычал он, зарывая пальцы в волосы и дёргая их так, что прядки торчали во все стороны. Я хотел ему сказать, что он выглядит так, будто его шарахнуло молнией, но его глаза начали наливаться красным, и я решил: ну его нафиг.

Чувак трещал по швам.

Палмер рванулась в цепях:

— Если вы думаете, что я позволю хоть одному из вас до меня дотронуться, вы ещё тупее, чем я думала!

Феликс мрачно рассмеялся:

— Кто вообще говорил о том, чтобы тебя трогать?

Эш наклонился ближе, его голос стал низким и яростным:

— Поверь мне, любовь моя. Тебе сейчас моё прикосновение не нужно. Я хочу набить твою задницу до покраснения, хочу, чтобы ты орала под ударами моего флоггера. Я хочу, чтобы ты перестала, БЛЯДЬ, ВРАТЬ!

Он взревел — и его рубашку разорвало, когда из спины взметнулись крылья, а рога проросли, увеличиваясь вместе с высотой его тела.

Впервые с момента нашего знакомства Палмер выглядела по-настоящему испуганной.

— Думаю, всем нам надо немного остыть, — осторожно предложил Феликс, наблюдая за Эшем, как за взведённой бомбой.

Даже Миша вибрировал от эмоций, хотя я хрен пойму — от ярости или от чего-то ещё.

Я прочистил горло:

— Предлагаю оставить её здесь. Пусть подумает над своим поведением, а мы охладим головы. Потом вернёмся за ответами.

Палмер резко посмотрела на меня:

— Оставить меня здесь?!

— Отличный план. Я пошёл, — рявкнул Эшланд, его взгляд всё ещё вцеплен в нашу маленькую зайку. Он вылетел за дверь.

— Подождите! — закричала она, дёргаясь в ремнях.

Феликс подошёл ближе, погладил её щёку.

— Всем нужно время, детка. После этого тебе станет легче, вот увидишь.

Он отнял руку, и она вытаращила глаза:

— Вы не можете просто оставить меня здесь!

Моя очередь:

— Надеюсь, у тебя будут ответы, когда мы вернёмся, Кролик. Знаешь, мы не любим трогать женщин, которые этого не хотят… но если женщина — не друг, а враг, ну… тогда правила уже не действуют. И под «трогать» я имею в виду креативные методы допроса.

Я бросил взгляд на её стену разврата: плётки, флоггеры, цепи, верёвки, сомнительные дилдо…

У Палмер дёрнулся глаз.

Она перевела взгляд на Мишу — её последняя надежда.

— Миша… пожалуйста.

Её голос дрогнул, и я вскинул бровь. Она раньше не показывала эмоции. Я ожидал ярости, злости — чего угодно, только не это.

— Пожалуйста, не оставляйте меня так.

Он подошёл вплотную.

— Ты сводишь меня с ума. Я не чувствовал такой потери контроля десятилетиями. Так продолжаться не может, куколка. Я вернусь позже.