Чтение онлайн

— Жук и Шепелявый? — они закивали, — Докладывайте. Кто входил, кто выходил. Это и к тебе относится, Имори.

— Не было никого, — буркнул инг.

— Никофо, гофподин дофнафатель. Точно, точно, не было никого. Мыфь не пробефала, — поддержали стражники.

Я выдержал паузу для весомости, потом сказал:

— Что ж, друзья. Кто-то из вас лжет. До выяснения вам всем придется посидеть в… господин Эрвел, есть ли в Треверргаре подходящие помещения? Без окон, с достаточно крепкими дверями?

— А… э… — растерялся Эрвел, — надо спросить у господина Ровенгура. Эй, вы там! Сбегайте за управляющим!

Кто-то из них лжет… не знаю, не знаю. На первый взгляд — да, лжет. Но чую — здесь спрятана закавыка. Именно здесь. Мой оппонент работает гораздо хитрее.

Кто имел доступ к телу, когда это самое тело укладывали на ледник? Между прочим, все здесь присутствующие. Плюс женщины. Женщина в мужских сапогах ходила в развалины. Женщина не убийца, а сообщница. И еще, по словам Имори, минимум двое преступников. Тяжелая конструкция получается. Слишком много посвященных.

Ладно. Илен Палахар, старая кочерыжка, проглотил червяка и дергается на крючке. От нас ждут соответствующих действий? Будут вам соответствующие действия. А несчастный Имори и недосмотревшие сны стражники посидят в холодной.

Явился управляющий. За ним притащился Улендир Треверр вместе с парой телохранителей. Я повторил вопрос о подходящих помещениях.

— Есть-то есть, — задумался управляющий, — под Ладаравой, например, полно казематов. Но по такой погоде лучше к теплу поближе, верно? Может, кладовки расчистить, которые возле кухонь?

— Отлично. Ведите нас, господин Ровенгур. Имори, Жук, Шепелявый, вы взяты под стражу. Выходите по одному, друг за другом.

— Постойте! — инг повернулся ко мне, разведя широкие ладони, — я ведь знаю, кто убийца! Колдун из развалин! Понимаете? Он там живет!

— Колдун? Почему колдун?

— Ну… огонь жжет, жертвы приносит… Я и подумал — колдун. Господин дознаватель! Мне надо с вами поговорить!

— Само собой, Имори. Пока делай, что тебе велят.

Мы вышли с ледника, оставив прежний пост, хотя нужды в нем уже не было. Управляющий отвел нас в полуподвальный этаж, к кухням. В ряду кладовок обнаружились две подходящие, без окон, но с грандиозными засовами. Слуги, четверо стражников и Адван Каоренец принялись перетаскивать мешки и ящики в соседние помещения. Жук и Шепелявый тревожно переглядывались. Бедняга Имори обреченно повесил голову и смотрел в пол.

— Господин дознаватель, господин дознаватель, — малыш Рейгред протягивал мне кинжал, — вы забыли.

— Спасибо, дружок.

— А облава? Как же облава, господин дознаватель? Не будет облавы?

Я ободряюще улыбнулся. Огромные девчоночьи глаза на маленьком девчоночьем личике. Заискивающая улыбка. Сейчас опять начнет канючить.

— Господин дознаватель, надо же скорее посылать людей в развалины! Убийца там сейчас жжет жертвоприношение!

— Он сделал это ночью, Рейгред. А сейчас он спрятался и отсиживается где-то далеко. В лесу или еще где-нибудь.

— Но он там был! Следы! Собаки! Надо хотя бы попробовать!

— Собаки не возьмут след, — подал голос Ульганар, — южную башню помнишь? Они не взяли след на южной башне.

Рейгред заломил тоненькие лапки. Эрвел неожиданно ему помог:

— Облава нужна, господа. Я уверен. Прочешем лес.

Хорошо, хорошо. Сделаем облаву. Хотя бы для очистки совести. А потом мне нужно будет побеседовать с ингом. Он что-то знает. Что-то такое, о чем предпочитал молчать до последнего.

— Все. Готово, — подошел Адван.

Дознаватель лично осмотрел обе кладовки, после чего водворил в одну — Имори, в другую — Жука с Шепелявым. И лично же задвинул засовы.

— Поднимай стражу, Адван. Выходим на облаву.

— Опять в развалины?

— Нет, прочешем лес.

Адван скривился, как от кислого.

— На гребенку у нас людей недостаточно. Половину ведь еще оставить придется.

— Зачем?

— А затем, что мы все — за порог, а убийца — сюда. И вообще, для облавы другие люди нужны. Не замковая стража.

Я повернулся к дознавателю:

— Полагаю, разумно будет отправить гонца в Генет?

— Вы правы, господин Треверр, — ответил дознаватель, — И лучше — поскорее. Пусть привезут человек двадцать из Городской Стражи.

Но тут ни с того, ни с сего влез Улендир.

— Никакого гонца в Генет, — заявил он. — Мы должны послать в Катандерану, и не одного, а троих, самых верных и надежных, — дико покосился на Адвана.

— Дядюшка, успокойся. Какая еще Катандерана? Нам нужна подмога…

— А такая! — взвизгнул Улендир. — Ты вообще соображаешь? Ты понимаешь, что нам будет?

— Да пока они доедут до Катандераны твоей, да назад…

Боже ты мой, что делает с человеком страх. Никогда, никогда прежде я не видел его таким. "Зануда" — маска, я знаю, в доме у деда Улендир совсем другой. Жесткий, сильный. Отец по сравнению с ним даже казался слишком тихим, робким каким-то… И вот этот другой сейчас бледен до синевы, трясется и визжит, как поросенок.

— Приди в себя! — ору я, — Пока дед чесаться будет, от нас уже одни косточки останутся! В Генет гонца!

— В Катандерану! Сейчас же!

— Две недели! Даже, если сразу выедут, даже, если лошадей загонят!

— Щенок! Не смей мне указывать! Старший из Треверров — я!

Не могу! Удавлю его сейчас!

— Господа, успокойтесь…

— Я запрещаю!

— Успокойтесь же, господа Треверры…

— Да кто ты такой, чтобы мне запрещать?!

— Отец должен все знать! Он скажет, что делать!

— Да что делать — это и я тебе скажу! Холодной водичкой облиться да прийти в себя! И послать гонца в Генет, за стражей, да как следует прочесать все окрестности…

— В Катандерану!

Нас разняли. Герен и Адван. Улендировы телохранители попытались было встрять, но были просто отметены Гереном в сторону. А отец Арамел, укоризненно покачав головой, сдержанно попенял нам, затевающим ссоры в такой день, как сегодня.

Какой еще день? А, тьфу ты, сегодня же — день Посвящения! С этими родственничками и не такое забудешь. Одна в ночи шастает, черт знает, чем натершись, по лесам, другой ошалел совсем, последнего разума лишился, третий… Нет, Рейгред стоял в углу тихонечко, никуда не лез, никаких гадостей не делал. Слава Богу.