Чтение онлайн

Вот такие вот заметки были в моей тонкой тетрадке в клетку за 10-й класс. Я, конечно же, приложила немного усилий, внесла немного речевых оборотов, когда переписывала, но в целом, картина наших отношений за первые 9 месяцев знакомства уже немного начинает вырисовываться. А сейчас я отлучусь на работу, нужно бежать. Подрабатываю я в итальянском ресторане официанткой.

Дорогой дневник,

15 августа, среда.

Я вернулась с работы, ещё вчера, конечно же, но была слишком уставшей, чтобы писать что-либо ещё. День на работе был непримечательным. Ничего приятного на работе не происходит, но об этом чуть позже. Сегодня хочу поскорее записать воспоминания из лагеря. Я их, конечно, не забуду, но уже хочется закончить с прошлым и перейти к настоящему. Но без прошлого нет и настоящего, поэтому расскажу о лагере, с которого мы все не так давно вернулись. С чего начать, с хорошего или плохого?

Наш с Максимом первый и единственный поцелуй произошёл в этом самом лагере. Поцелуй был в щёчку, да если честно, его практически и не было. Но я его всё равно добавила в свою копилку милых моментов. Дело было так. У меня был мобильный телефон Максима, он дал мне его на временное хранение, а сам отлучился по каким-то лагерным делам. Когда он вернулся и попросил отдать ему телефон, то я, недолго думая, воплотила в реальность совет, который дал мне его лучший друг. Пашин совет звучал так: «Хочешь стать ближе с Максимом, тогда не отдавай ему телефон, пока он тебя не поцелует!». Когда настал час икс, у нас с Максимом состоялся следующий диалог:

Максим: Давай телефон! (ухмыльнулся)

Таня: Я хочу сыграть в игру.

Максим: В какую ещё?

Таня: Ну, я тебе отдам телефон, если ты…

Максим: Что?

Таня: Если ты догонишь меня… или поцелуешь в щёчку.

Максим: (подошёл и поцеловал) Ха-ха, это же почти как просто носом задеть!

Таня: Так не честно! Иди обними тогда бонусом.

После чего он подошёл и обнял меня, а я вернула назад телефон.

Хочу немного отступить и написать пару строк об этом лагере. Этот лагерь – особенный. Там находились только ребята из нашей школы, так как организатором была наша незаменимая учительница английского языка. Атмосфера была очень дружной и непринуждённой, мы все знали друг друга. Как мне кажется, такого рода лагеря – это отличное время для школьной романтики. В моём случае, это ещё и самый первый лагерь, в котором я была за всю свою жизнь. Жили мы на Байкале, в палатках, целый месяц.

Да-да, это вам не пяти звёздочный курорт со всеми удобствами. Мылись мы из тазиков, за импровизированной ширмой, в купальниках. Ели еду, приготовленную в огромных кочанах на самодельной печи. Воду таскали с Байкала, который находился вниз по горе, примерно в 800 метрах от наших палаток. Зато ночью, всё небо было усыпано бесчисленным количеством звёзд, одна ярче другой, не зря такого рода лагерь можно назвать Отель «Миллион звёзд».

Ну так вот, шла первая неделя нашего пребывания, первая крупная лагерная дискотека. Первый медленный танец сезона. Я глазами искала Максима, среди всех знакомых лиц. Разумеется, нашла. В тот вечер я просто подошла к нему, и он, без лишних слов с моей стороны, взял меня за руку, и мы пошли танцевать. Всё было так сказочно, так беззаботно. Мы спокойно разговаривали, шутили: шутки на тему того, что на склоне не удобно танцевать, что за год он вырос и, что мне теперь приходится вставать на носочки, чтобы смотреть ему в глаза. Во время танца я прижималась к его щеке, вдыхала его «максимовский» запах. Ведь у каждого человека есть свой собственный запах, ассоциируемый лишь с ним.

В ту ночь было три медленных танца. Все три раза мы танцевали вместе, даже не спрашивая друг друга – будто так и полагалось, что мы должны танцевать вместе, быть вместе. Был даже момент, когда другой парень из лагеря пытался меня забрать у Максима, а он приобнял меня и сказал, что сегодня только он танцует со мной. Я даже не запомнила, что играло в тот вечер, главное было то, что я танцевала с Максимом.

Такое начало лагеря меня окрылило и подняло над всеми проблемами, с которыми мне когда-либо приходилось сталкиваться. Я была удивлена, что после сухого и холодного общения, которое было у нас на протяжение 10-го класса, он вдруг, на ровном месте, принял меня. Или мне так казалось. Хотя нет, мы же и вправду танцевали, значит не казалось. В любом случае, все последующие дискотеки не имели для меня значения, ведь больше Максим со мной не танцевал, а лишь отказывал на мои многочисленные приглашения. Почему все радостные моменты с ним такие «одноразовые»?

Помню ещё одну особенную ночь в лагере. Накануне той ночи, был очень необычный день. Он был необычным из-за того, что я проиграла спор одному подростку, и, вследствие чего, должна была молчать целых 24 часа! И я благополучно молчала, ровно до тех пор, пока не узнала, что в эту ночь Максим решил остаться ночевать в нашей палатке. Я уже писала, что наш лагерь – палаточный. Так вот, все школьники жили в палатках, по три человека в каждой. Естественно, девочки с девочками, мальчики с мальчиками. Но в эту ночь наша третья девочка и одноклассница –Даша, решила нарушить правила и уйти спать в палатку к своему парню Паше. А Максим был послан ночевать к нам. Такой вот тайный обмен телами. Несколько часов Максим болтал со второй девочкой из нашей палатки, они пытались меня разговорить, чтобы я нарушила своё 24-часовое молчание. И им это удалось, я проиграла. Но это всё не важно. Важно то, что мне выпал шанс снова ночевать рядом с Максимом.

И снова я не спала, а лишь смотрела на его спящее лицо – он такой красивый, его взъерошенная чёлка с одной особо торчащею прядью, гладкая, загоревшая кожа. Поддавшись соблазну, я конечно же приобняла его и под утро уснула совсем близко к нему, можно даже сказать, что мы спали на одном каремате. А самое лучшее, что я увидела, когда проснулась – было его лицо. Ради таких пробуждений, я готова все споры проигрывать.

А на следующий день произошёл другой милый случай. Все ребята ушли, то ли купаться, то ли играть в пляжный футбол, так что я осталась в лагере одна, по крайней мере я так думала. Я неспешно бродила среди палаток, вдыхая лесной воздух, как вдруг, в одной из палаток увидела очертания человека.

Таня: Тук-тук? Максим, это ты? Можно к тебе, полежать?

Максим: (вздох) Ну ладно, залезай.

Я прилегла к нему. Он молча продолжил читать «Голодные Игры». Не желая мешать ему, я притворилась, что уснула. Через полчаса нас потревожил крик нашей одноклассницы Вики, она искала меня. В конце концов, она догадалась заглянуть в «нашу» палатку.

Вика: Макс, ты здесь?

Максим: Да.

Вика: (шутя) Ха-ха, неужели и Таня там?

Максим: Да, и Таня со мной.

Вика: Правда? Да ты шутишь!

Максим: Правда, сама посмотри.

После этих слов я вылезла из палатки. Естественно, что в тот вечер по лагерю гуляли шутки о том, что я спала в палатке у мальчика. Максим мило улыбался на эти шутки, не отрицая их, но в последующие разы он меня в палатку к себе больше не пускал.

Лагерь – это копилка романтики. Помню, как-то в обед я сидела и ела макароны ложкой. Максим, взяв свою остывающую порцию еды, сел рядом со мной. Вводные данные таковы: у меня макароны и ложка. У Максима суп и вилка. Решение задачки, на мой взгляд, очевидно. Недолго думая, я протянула ему свою ложку, со словами: «Бери, если не брезгуешь». Ответ на задачу: он молча взял мою ложку, а в обмен отдал мне свою вилку. А второй, подобный эпизод был ещё милее. Я уже закончила есть и несла пустую тарелку с ложкой на лагерную кухню. В это время мимо проходил Максим, с новой порцией еды, и без лишних слов взял у меня из тарелки мою немытую ложку и пошёл себе дальше есть. Если это не близость, то что тогда?

А вот ещё две фразы, которые мне сказал Максим в лагере: «Я знаю какой у тебя почерк, я его везде узнаю». И я везде узнаю его почерк тоже. Разве не идиллия? Вторая же фраза прозвучала тогда, когда я, переодетая в чужую одежду с капюшоном, зашла в столовую, и он окликнул меня по имени. Естественно, я спросила: «Как ты понял, что это я?», на что он ответил: «Я тебя по фигуре легко узнаю».

В чужую одежду я была одета неспроста. Это было воплощением одной из моих очередных дурных идей. Я хотела «поиграть» в парня, ну чтобы все меня называли «Артёмом», обращались со мной как с друганом, посвятили в свои мужские дела и так далее. На тот момент, мне эта идея показалась очень забавной и необычной. Помню, как я расхаживала по лагерю в большой толстовке и джинсах, убрав волосы назад, как это делали парни из младших классов. В этот день Максим, естественно, подкалывал меня, дразнил и шутил, как мог, на эту мою выходку. И вот вечером он подошёл ко мне и сказал: «Давай поборемся, раз уж ты теперь парень?». Было так весело! Я хватала его за руки, обнимала, маскируя это нашей поддельной борьбой. И каждый раз, прошу заметить, когда он перекидывал меня или ставил подножку, то он не забывал меня ловить, тем самым не давая упасть и удариться. Эх, я, как ребёнок, радуюсь таким мелочам.

Дорогой дневник,

16 августа, четверг.

Снова пишу после работы. Устала, но нужно уже заканчивать с прошлым. Обещаю, что за сегодня допишу всё, что хотела сказать по поводу лагеря. Ведь, пока что создаётся впечатление, что всё у «нас» хорошо. И в чём именно тогда у меня проблема, раз этот Максим проявлял ко мне столько знаков внимания в моих зарисовках? В чём проблема, если его симпатия, вроде как очевидна? Почему, спустя почти год моей влюблённости, мы ещё не вместе? Столько вопросов, а ответов мало. Хотя думаю, один ответ у меня есть – Рома.