Чтение онлайн

Какой-то агрессивный молодой человек услышал ее последнюю реплику и принялся смеяться. Он смотрел то на девушку с кудряшками, то на меня, и не мог остановиться.

Я отошел налить себе вина из графина и спросил симпатичную женщину средних лет, как она поживает. Та в ответ засмущалась; я улыбнулся и пошел дальше. Марго затащила меня за угол.

– Майк, ты не позвонишь еще раз Найджелу?

– Только и мечтаю, - ответил я.
– Честно говоря, не хочется.

– Ну, миленький, ты же обещал.

– Обещал? Я ничего не обещал.

– Ну, Майк.

– Ладно, но только чтобы покончить с этим делом раз и навсегда.

– Сейчас, Майк?

– Хорошо. Сейчас.

– Люси?

– Это Майк?

– А кто еще?

– Ну, мало ли. Ты где?

– На вечеринке.

– Хорошая вечеринка?

– Да, ничего. Может, ты приедешь?

– Не могу, Майк. У меня дела.

– С этим дурацким агентом, наверно.

– С каким агентом?

– Страховым. Твой друг, страховой агент. Фрэнк.

– Он не страховой агент. Он издатель.

– Зачем он тогда сказал, что он страховой агент?

Последовали длинные разъяснения. Это, оказывается, образец юмора Фрэнка -иногда называться страховым агентом. Я обдумывал это, пока шел обратно к Марго.

– Что он сказал, Майк?

– Женщина сказала, что Найджела нет дома.

– И все?

– Я сказал, что за домом ведется наблюдение. Я сказал, что местные власти недовольны.

– А что она?

– Она стала причитать, но я сказал: я предупредил, - и повесил трубку.

– Спасибо, Майк.

– Не за что. Всегда пожалуйста.

Подошел Свен, и Марго сказала:

– Майк опять звонил Найджелу. Майк сделал все, как надо.

Свен похлопал меня по спине и спросил:

– Доволен?

Марго начала рассказывать ему о разговоре. Я отошел.

Джо делала вид, что слушает двух мужчин, наперебой пересказывавших ей какую-то длинную историю. Понизив голос, она сказала мне:

– Не волнуйся за Марго. Вот увидишь, она прекрасно выкрутится сама.

Я уставился на нее, не понимая, с чего она взяла, будто я волнуюсь за Марго.

– Конечно, выкрутится, - ответил я.

– Доверяй Джо, - прошептала она.

Я сказал, что вижу в ней человека, которому определенно можно доверять. Я принялся наводить порядок в своих мыслях. Один из мужчин спросил:

– А ты что думаешь, старина?

Я пожал плечами и потащился обратно к телефону. Набрал номер три раза, но никто не ответил.

Опять начались шумные танцы. Остановившись у графина с вином, я вновь обнаружил себя в компании девушки с кудряшками. Она лениво улыбнулась, и я спросил:

– Ты не знаешь девушку по имени Люси Анструс?

Девушка с кудряшками покачала головой:

– Откуда мне ее знать?

– Не знаю, - ответил я. Девушка внимательно осмотрела меня и отошла.

Я поднялся наверх и обнаружил там тихую комнату с кроватью. Лампа на комоде отбрасывала неяркий свет. Мягкая и удобная на вид кровать почти вся скрывалась в тени. Я растянулся на ней, радуясь темноте. Через несколько минут провалился в сон. Когда я проснулся, светящийся циферблат у меня на руке показывал, что прошло два часа. У комода стояли две девушки и пудрили щеки. Потом они достали из сумочек длинные шарфы и намотали их на головы. Переговариваясь шепотом, вышли из комнаты. Я лежал, перебирая события, и вспоминал, каким представлял себе этот день утром. Для меня всегда очень важно продумать за завтраком предстоящий день.

В комнату вошел какой-то мужчина и расположился перед зеркалом. Он пригладил волосы и поправил галстук. Потом достал из кармана носовой платок и обмотал его вокруг указательного пальца. Засунул палец с платком по очереди в каждое ухо, покрутил и поелозил взад-вперед. Затем принялся внимательно изучать оставшиеся на платке результаты такой операции. Я закрыл глаза; а когда открыл их снова, мужчины не было. Я закурил и дотянулся до телефона.

– Кто это?
– спросил голос. Это был издатель. Я сказал, что хочу поговорить с Люси.

– Привет, Люси.

– Ох, Майк, я:

– Люси, опять этот человек.

– Да, Майк.

– Сейчас два часа ночи.

– Два часа ночи. Прости, Майк.
– Голос ее стал слишком мягким, и я сказал:

– Прекрати меня жалеть.

– Я думаю, мне лучше повесить трубку.

– Я сам повешу трубку, черт подери.

Я стоял у телефона, размышляя и чувствуя себя мерзко. Заметил, что держу что-то в руке, опустил глаза и увидел бумажку с телефоном Найджела. Я поднял трубку и набрал номер.

Пришлось ждать почти целую минуту, прежде чем отозвался женский голос:

– Да? Кто это?

Кажется, я сказал:

– Я хочу знать, что происходит.

Женщина быстро забормотала:

– Кто это говорит? Вы, наверное, не туда попали.

– Я туда попал, - резко оборвал я.
– Позовите к телефону Найджела.

– Найджел сейчас очень занят. Своими требованиями вы мешаете нам проводить заседание. У нас очень важные вопросы на повестке дня. Я не могу выполнить вашу просьбу, сэр.

– Я из министерства социального обеспечения, - сказал я и услышал, как женщина на другом конце провода прерывисто задышала. Потом повесила трубку.

В поисках дверей я прошел через всю вечеринку. Я думал о том, что всё более-менее решилось. Марго нашла выход своим жалобам; ей теперь лучше, а нужно было всего-навсего позвонить Найджелу, спросить, что происходит, и не отставать, пока не добьешься удовлетворительного ответа. Что до меня, то время вылечит и время исцелит. Я это знал, и это было хуже всего. Я не хотел исцеляться. Я хотел, чтобы моя сумасшедшая любовь к Люси, как и прежде, выталкивала меня из снов; дразнилась из полупустых стаканов; накидывалась на меня в самые неподходящие минуты. Пройдет время, образ Люси сотрется у меня из памяти и распадется на отдельные точки; пройдет время, я встречу ее на улице и спокойно поздороваюсь, и мы посидим в кафе и поговорим о том, сколько воды утекло после нашего последнего свидания. Сегодняшний - нет, уже вчерашний - день уплывет, как и прочие дни. Этот день не будет отмечен красным. В этот день не рухнули мои надежды. В этот день у меня не крали самую главную мою любовь. Я открыл дверь и стал смотреть в ночь. Там было холодно и неуютно. Мне нравилось. Я ненавидел это мгновение и любил его, потому что пока еще любил Люси. Я медленно закрыл дверь и оставил снаружи темноту и холод. Вернулся к вечеринке, но мысль о том, что все забудется, по-прежнему больно жгла меня. Даже в эту минуту, думал я, время работает; время уносит Люси прочь; время разрушает ее, убивает все, что было между нами. Время на моей стороне, и я буду оглядываться на этот день без горечи и обид. Я буду вспоминать его, словно легкий блик на хрупкой поверхности пустоты, как день, когда мне было даже весело, как день, когда мы надрались пирожными. "Адам Бид" (1859) - первый полномасштабный роман Джордж Элиот (Прим.ред.)