День, когда рассеется туман
Шрифт:
– Ты мне не указ. Тебе понятно? Я сама решаю когда и куда я пойду!
Макс встал с дивана и начал расхаживать взад вперед по комнате.
– Значит так, да?! Да я два чертовых дня избавлялся от твоих следов! Я тебя не для этого спасал!
– Да черт возьми, и так же ясно у меня нету никого! Иначе как я по твоему оказалась на этой свалке?! – крикнула она громче чем собиралась.
Макс остановился как вкопанный посредине комнаты и глубоко вдохнул.
– А знаешь, что? Иди, ты права я тебе не указ иди куда хочешь, хочешь что бы тебя снова поймали и держали как шлюху хорошо, дверь там! – он резко махнул на дверь рукой.
Последние слова явно задели Нику за живое, она резко вскочила и вылетела из комнаты. Макс не успел рассмотреть выражения ее лица, но то, что она не взяла свои немногие вещи, говорило о том, что он явно перегнул палку.
– Черт! – выругался он и ударил кулаком по стене, от чего та осыпалась а на руках остался след от содранной кожи.
Макс понимал, что в пылу спора сказал лишнего. Он и не думал так сильно ее обижать. За эти несколько недель он сблизился с ней и возможно поэтому так не хотел, что бы она уходила. Да и куда она пойдет? У нее нет не дома, не паспорта. Идти в полицию тоже большой риск. Вдруг ее разыскивают за убийство или нападение? А может она уже что-то помнит и просто не говорит? Это было бы логичное объяснение того почему она так стремиться сбежать. Так или иначе сейчас Макс решил пойти за ней и извиниться. Выйдя во двор он не застал там Ники, осмотревшись он понял, что поблизости ее нету.
– Твою же мать.
Макс взял телефон и позвонил на номер Ники который они купили ей недавно, гудок пошел, но звук телефона раздался из дома. Макс устало опустился на спиленное, старое бревно служившее здесь уже с давних пор скамейкой.
Казалось бы одно слово, но сколько это слово может изменить. Как бы мы не хотели, но слово всегда означает наши чувства или эмоции, переживания, и пусть порой мы говорим не то, что считаем, но в глубине души это и есть наши мысли. Но в нашем случае, скорее Макс сказал не свои мысли о Ники, а переживания которые он испытывал за нее. Пройдет еще неделя с момента их ссоры как Макс поймет, что в данном случае его слова не ранили ее, а наоборот излечили. Сказанные им слова открыли шлюз в ее сознании и воспоминания хлынули потоком. Справиться с ними ей было крайне тяжело, но она решила пережить это в одиночестве. Ника отправилась на север от города, в другой небольшой город с темной историей под названием Мертвый Бор. В это время Макс все пытался понять куда могла пойти девушка без памяти и прошлого.
Поиски девушки в одиночку не увенчались успехом и Макс решил, что пора навестить старых друзей. С тех пор как его посадили они не виделись восемь лет. Макс самостоятельно обрубил концы и не посчитал нужным сообщить о переводе в другую тюрьму. Он не поддерживал связь даже с самым лучшим другом, на самом деле у него на это были веские причины о которых он также не мог сообщить друзьям. Но пришло время встретиться с ними. Итак Макс начал со старого адреса своего друга детства Миши.
– Здесь таких не живет! – прикрикнула женщина в весе и летах и захлопнула перед носом дверь.
Макс потер лицо рукой. Стоя посреди старого, неухоженного двора он перебирал варианты у кого можно расспросить про друга. На ум пришло одно имя – имя его девушки из-за которой тот как-то чуть не погиб.
Надежда на то, что она знает о нем что-либо таяла с каждой минутой разговора.
– Я тебе еще раз говорю, я не знаю куда он делся. Мы расстались еще восемь лет назад, – убеждала его разодетая как путана, некогда самая скромная девушка в их компании.
– Ладно Анжел, если вспомнишь хоть что-нибудь позвони мне. Ладно? – не сдавался Макс.
– Ладно я позвоню, если вспомню что-то, – ответила она пьяным и прокуренным голосом.
Макс покинул квартиру более походившую на притон или скорее бордель, и направился в следующий многоэтажный дом на другом конце города. После посещения, как выяснилось бывшей девушки Миши он направился на адрес, где проживал Костя, он являлся лучшим другом Миши и обычно знал обо всем, что с ним происходило.
Наконец к позднему вечеру добравшись до дома где должен был жить Костя, Макс заметил на лавочке парня, очень худого, в темно-синей ветровке с капюшоном натянутым почти на лицо, передающего еще двум какой-то маленький пакет. Макс решил остановиться и подождать пока тот закончит сделку. Наконец парни ушли и Макс решительно направился туда.
– Эй! Костя? – громко позвал его Макс.
Парень остолбенел и начал оглядываться по сторонам в поисках пути побега.
– Это я, Макс, – заверил его тот.
– Черт! Дружище, ты от куда?! Я думал ты в тюрьме, ну и напугал ты меня! – прерывисто и нервно проговорил тот оглядываясь по сторонам.
– Да я как бы уже месяц как вышел, ну это не важно. Ты не знаешь где Миша? – прервал его Макс.
– А…он теперь у нас военный по контракту где-то служит. Должен приехать на днях, кажется. – пробубнил себе под нос Костя.
Макс пристально уставился на Костю.
– Что это? Ты теперь наркоту толкаешь? – в его тоне слышалось неприкрытое осуждение.
– Тебе то, что? Пока ты сидел, за то, что играл в героя, мы разгребали то дерьмо которое ты нам оставил, а ты даже не попытался выйти на связь когда тебя перевели! Так, что знаешь, что?! Я ответил на твои вопросы, а теперь прости у меня дела, – выпалил раздраженный Костя и направился в сторону гаражей.
– Стой, телефон Миши есть? Ну или адрес, – остановил его Макс.
– Нет, сам найдешь, ну или у Ника спроси, он сейчас в Мертвом Боре, ну или там у Воронов поспрашивай.
– Стой, что? Что за Вороны? – удивился Макс, вспомнив о том, что говорила Ника.
Костя закатил глаза.
– Там сборище байкеров, после того как ты сел Ник присоединился к ним. Клуб назывался кажется Ночной Ворон или что-то вроде того.
– Спасибо… и Костя, мне жаль, что так вышло. Запиши мой номер, если нужна будет помощь позвони. Я у тебя в долгу не останусь.
– Ладно, диктуй, – сдался Костя и даже выдавил что-то вроде улыбки.
Наконец обменявшись номерами Макс направился обратно домой.
Ника стояла в полном отчаянии на месте, где по словам местных жителей был клуб «Ночной Ворон», на месте некогда знаменитого, правда в плохом смысле в Мертвом Бору клуба, остались лишь обломки, обломки клуба и надежды Ники на то, что она сможет узнать о себе больше. Она уже собиралась уходить как в воздухе резко похолодало. Темный, густой туман начал настигать ее со всех сторон, да настолько густой, что Ника начала ощущать нарастающую тревогу. Холод сковал тело или это был страх, Ника точно сказать не могла. Ледяное дыхание обожгло ее щеку, будто сама смерть поцеловала. В тот миг Ника могла лишь стоять и не двигаться. Ей показалось будто она увидела фигуру мужчины который будто явился из ниоткуда, он протянул к ней неясные очертания руки. Если бы не странные обстоятельства, Ника могла поклясться, что это был человек. Но ведь он в прямом смысле появился из ниоткуда. Но послышался рев приближающегося мотоцикла и туман рассеялся, а на месте того образа стоял огромный, черный пес. Ника стояла не в силах двинуться с места, страх сковал ее тело. Пес медленно подходил будто боясь спугнуть. Она протянула руку и пес дотронулся кончиком носа до ее пальцев. Его нос был не просто холодный, он был ледяной. Но тут мотоцикл был уже совсем близко, Ника обернулась и увидела байк с огненным граффити на баке и на шлеме пилота. Он остановился возле нее и снял шлем.
– Макс?! Но… Как?! – удивленно воскликнула Ника.
– Чисто случайно, – сухо ответил тот, – не ожидал, что встречу тебя здесь, но не сказать, что удивлен.
– Макс… – она посмотрела на него полными раскаяния глазами. – Прости… я не должна была так с тобой поступать.
Макс встал с байка и медленно подошел к ней. Затем притянул ее за руку и крепко обнял.
– Все в порядке, ты тоже прости. Наговорил глупостей.
Ника уткнулась лицом ему в грудь и что-то пробубнила. Спустя пару минут он ее отпустил.