День мертвых
Шрифт:
– Мог бы и прийти. Тебя бы никто не заметил. В церкви было пять тысяч человек. Делегации от военных и правительства, пресса. Даже от картеля Синалоа прислали венок. Гроб на целый день выставили для публики, армия выделила почетный караул. Campesinos натирали о гроб четки и скапулярии [174] .
– Что ж, он всегда хотел стать святым.
– Нет, он хотел, чтобы другие люди были святыми. Это разные вещи. Себя он считал вместилищем порока. Хотя, может, без этого святости не бывает.
174
Предмет, который некоторые католики носят по обету. Представляет собой два прямоугольных куска материи, дерева или ламинированной бумаги (на них наносятся религиозные изображения или тексты), соединенных между собой шнуром.
– Ты похоронила его в Ла-Уакане?
– Да, рядом с мамой. Но у нас теперь тоже есть свое кладбище, за полем для гольфа. Он заказал памятник жителям colonia, павшим в сражениях, – большой мраморный постамент с бронзовой статуей плачущей Богородицы и табличкой, на которой выбиты имена погибших. И надпись: «В память о тех, кто погиб в боях с narcoviolencia, защищая свои дома, во имя Мексики».
– Очень в его духе.
– Ага, у всех есть свои заскоки. Ты зачем меня сюда затащил, Скелли? Ну да, пепел бросить в реку – от барбекю у кого-то осталось, наверное. Или из собачьего крематория.
– Хотел тебя увидеть.
– Для чего? Чтобы поболтать о старых временах?
– Тебе честно сказать?
– У-у-у, даже не начинай! – воскликнула она.
– Нет, я тебе скажу. У меня не жизнь, а дерьмо. Куча денег, хороший дом, все удовольствия, а мне все равно хреново. Живу в страхе, постоянно забыться хочется, но забываться нельзя, потому что иначе потеряю бдительность, и мне крышка. И тогда я думаю: «Да ну на хер – может, лучше умереть?» Только и это не совсем то. Мардер сказал бы, это все потому, что во мне Бога нет. Да ведь не верю я во всю эту хренотень.
– Та же проблема.
– Вот! Сама же видишь. Больше мне о таких вещах поговорить не с кем. Что мне делать-то, раз его нет теперь?
Она еще долго размышляла об этом, глядя, как кружатся на воде листья разных форм и цветов, пророча всем и каждому такие разные варианты будущего, один из которых обязательно сбудется.
От переводчика
В начале 2014 года мексиканские власти заключили мирное соглашение с так называемыми вигилантами (vigilantes) – силами народной самообороны, бросившими вызов организованной преступности. Устав от бездействия правительства, в 2013 году жители штата Мичоакан взяли в руки оружие и дали бой наркокартелю «Рыцари ордена тамплиеров» (Los Caballeros Templarios). Главой картеля считается Сервандо Гомес Мартинес, также известный как Учитель и Профессор.
После ожесточенных боев народным дружинам удалось выбить бандитов из ряда городов и взять в кольцо главный оплот картеля – Апатсинган. Произошло и несколько столкновений с федеральными войсками: простым гражданам Мексики запрещается носить оружие, но сдать его и вновь оказаться во власти картелей ополченцы отказались.
И вот в январе 2014 года Министерство внутренних дел страны объявило о легализации вигилантских отрядов. Все они вольются в так называемые силы сельской обороны (Cuerpo de Defensa Rural). При этом вигилантам будет позволено сохранить оружие, которое зарегистрируют как армейское. Кроме того, народные патрули получат дополнительные средства связи и поддержку регулярных войск.
От всякой хорошей книги, даже откровенно фантастической, тянутся незримые ниточки в реальность. Так и роман Майкла Грубера, впервые опубликованный за полтора года до упомянутых здесь событий, намного ближе к действительности, чем может показаться на первый взгляд.