Чтение онлайн

— Пронесло, — сказал Чарли. — Весь округ спокоен. В ближайшие дни мы к вам нагрянем с проверкой. Похоже, вы хорошо подготовились.

— Ничего противозаконного, — заявил Макс. — Все оборонительное. Таково правило.

— Правило-то таково, — сказал Чарли, — но мне кажется, иногда вы чересчур подозрительны. В ограде полное напряжение?

— Конечно, а как же иначе?

— Мальчишка схватится за нее, и тут же отдаст концы.

— А вы хотите, чтобы я щекотал их?

— Вы играете слишком грубо, Макс!

— Сомневаюсь, — ответил Макс. — Пять лет назад я следил отсюда, как они штурмовали крепость Томпсона Вы видели?

— Меня тогда здесь не было. Мой участок был Далекие Акры.

— Они все уничтожили, — сказал Макс. — Камень за камнем, кирпич за кирпичом, бревно за бревном. Не оставили ничего. Вообще ничего. Срубили все деревья. Выкорчевали кусты. Перекопали клумбы. Они превратили все в пустыню. Низвели до своего уровня. И я не позволю, чтобы здесь произошло то же. Человек имеет право вырастить дерево и полоску травы. Если он хочет клумбу, он имеет право на клумбу. И — вы, может, думаете иначе — но он также имеет право держать весь остальной народ подальше. За забором.

— Да, — согласился офицер, — все, что вы говорите, правда. Но ведь вы уже имели дело с этими парнями. Это нужно принять во внимание. И потом, они ведь ваши соседи. У вас могут быть неприятности, если вы не будете держать себя более по-соседски.

— Мы не смеем держать себя по-соседски, — сказал Макс, — мы не в таком месте. В поместье Дубы и во всех других поместьях, — повсюду — соседство означает подчинение. Соседство означает, что вы отказываетесь от своего права жить так, как вам хочется. Этот вид соседства восходит к тем временам, когда мальчишки протаптывали тропу через вашу лужайку, как кратчайший путь к школьному автобусу, а вы не осмеливались им слова сказать. Оно началось, когда сосед занял у вас косилку и забыл вернуть, а когда вы пошли за ней, оказалось, что она сломана. Но он заявил, что не ломал ее, и ради соседства вы не решились потребовать у него оплаты ремонта.

— Может, и так, — согласился Поллард, — но сейчас вы зашли слишком далеко. Уж слишком непримиримы вы стали.

— Это наш ответ. Пусть панки оставят нас в покое, и мы уберем изгороди и все остальное.

Поллард покачал головой.

— Дело зашло слишком далеко. Тут уже ничего не поделаешь.

Он пошел к машине, а потом обернулся.

— Я забыл, — сказал он. — Завтра ваш День Перемирия. Я и пара моих людей будем здесь рано утром.

Макс не ответил. Он следил, как полицейский автомобиль двинулся по улице. Потом пошел к задней двери дома.

Нора оставила ему место за столом, и он тяжело сел, радуясь, что может отдохнуть. К вечеру он сильно уставал. Не так уж он и молод, подумалось ему.

— Вы сегодня поздно, — заметил повар, подавая ему еду. — Все в порядке?

— Пока да. Но завтра могут быть неприятности. Они пронесут бомбу.

— Бомбу! — воскликнула Нора — Вы им позволите? Надо сообщить полиции.

Макс покачал головой.

— Нет, не стоит. Полиция не на нашей стороне. Они считают, что мы подстрекаем панков. И тем ничего не остается, как пронести бомбу. Мы должны рассчитывать только на себя. К тому же я должен защитить парня, который рассказал мне об этом. Если я этого не сделаю, панки вычислят его, и он станет бесполезен для нас. Ему ничего больше не удастся узнать. А раз мне известно заранее, что они что-то принесут, я могу за ними проследить.

Он понял, что беспокоится. Не из-за самой бомбы, но из-за того, что с ней связано. Странно, почему он нервничает? Зная о бомбе, он может быть спокоен. Все, что нужно сделать, это найти бомбу и вытащить ее из-под циферблата У него будет достаточно времени для этого. Праздник кончится в шесть часов вечера, и панки не смогут установить время взрыва раньше полуночи. Любой взрыв до полуночи будет нарушением Перемирия.

Он положил жареной картошки с блюда на тарелку и отрезал кусок мяса Нора налила ему кофе и, придвинув стул, села рядом с ним.

— Вы не ели? — спросил он.

— Я ем рано, Макс.

Он ел жадно и торопливо: у него еще оставалось немало дел. Кухонные часы громко тикали в тишине.

Наконец Нора сказала:

— Что-то становится тревожно, Макс.

Он кивнул. Рот у него был полон, и он не мог говорить.

— Не понимаю, — вздохнул повар, — почему Кроуфорды хотят оставаться здесь. Для них тут мало радости. Они могут переселиться в город и жить там в безопасности. Там, конечно, тоже есть банды подростков, но они большей частью дерутся между собой. Они не портят жизнь другим.

— Гордость, — ответил Макс. — Они не хотят сдаваться. Мистер и миссис Кроуфорд сильные люди. Твердые как сталь.

— Они, конечно, не могут продать крепость, — сказала Нора. — Никто ее не купит. Но им не нужны деньги. Они могут просто уйти отсюда.

— Вы не понимаете, Нора. Никто их Кроуфордов никогда не уходил добровольно. Они на многое пошли, чтобы остаться здесь. Посылали Джонни в городскую школу, когда он был подростком, чтобы он не ходил в одну школу с панками и был в безопасности. Не думаю, что это им нравилось. Но они понимают, что кто-то должен оставаться, иначе не будет никакой надежды.

Нора вздохнула.

— Вероятно, вы правы. Но это же стыд. Они могут жить такой спокойной, удобной и безопасной жизнью, если переедут в город.

Макс кончил есть и встал.

— Хороший был ужин, Нора.

Он спустился в подвал и сел перед коротковолновым передатчиком. По вечерам они систематически обменивались новостями с другими крепостями. В крепости Уилсона, далеко, на Прекрасных холмах, были сегодня вечером небольшие осложнения — несколько газовых бомб, переброшенных через изгородь. Но там уже все затихло. Крепость Джексона не отвечала. Пока он пытался связаться с крепостью Смита в районе Гармонии, его начала вызывать крепость Куртиса с Озерных высот. Начальник охраны Куртиса Джон Хеннеси сообщил ему, что все спокойно. Спокойно уже несколько дней.

Около часа он просидел у радио, переговорив со всеми ближайшими крепостями. Тут и там происходили небольшие стычки, но ничего серьезного. В основном обстановка была мирная.

Он сидел и думал о бомбе и по-прежнему что-то его беспокоило. Он знал: что-то не так, но не мог понять что.

Поднявшись, он принялся осматривать склады защитных материалов, расположенные в подвале: запасные секции изгороди, груды кольев, заостренные пики, барабаны колючей проволоки, тяжелая гибкая проволочная сетка и все остальное, что может однажды понадобиться. В укромном углу он отыскал тщательно спрятанные оплетенные бутылки с кислотой, которые он приобрел тайно. Он знал, что мистер Кроуфорд не одобрил бы этого, но если дела пойдут плохо, он не колеблясь пустит ее в дело.

Поднявшись по лестнице, Макс принялся расхаживать по двору, все еще обеспокоенный какой-то неясной мыслью о бомбе.

Поднялась луна Двор превратился в пространство перемежающихся светлых и темных пятен, но пустыри за оградой были голыми и плоскими, без единой тени, кроме тени домов.

Две собаки подбежали к нему, потом снова убежали в кусты.

Он подошел к циферблату солнечных часов.

Что-то неладное оставалось. Что-то, связанное с циферблатом и бомбой.

Он удивился, откуда им известно, что разрушение солнечных часов будет тяжелым ударом для хозяина крепости. Как они могут знать это?