Чтение онлайн

С дальнего конца деревни раздались крики, женский визг, затем — несколько коротких очередей. Ольга уже могла безошибочно узнать сухой «кашель» АК-74.

— Что там происходит?

Кукушкина чувствовала себя загнанной в клетку. Враг был близко, и некуда бежать. С четырьмя ранеными мужиками, один из которых не что бегать, ходить не мог, оставив половину ноги на противопехотной мине, нечего было и думать выбраться отсюда. Грузовик, правда, под рукой, но прорваться по единственному проселку — это не фантастика, а просто надежный способ самоубийства, тем более, когда у противника вертолет.

— Нужно посмотреть, осторожно, — предложил Фань Хэйгао. — Нам отсюда не уйти, значит, нужно отвлечь врага, увести отсюда их!

Китаец направился к выходу, но на его пути встал один из раненых бойцов, бывший не то моряк, не то морпех с Северного флота по имени Юра. Бледный от потери крови, едва держащийся на ногах, с перевязанной головой, он твердо произнес:

— Делайте, что хотите, но нам тоже дайте оружие! Мы не сможем воевать, но умереть, как солдаты, еще способны!

— Это безумие! Мы оттянем от деревни силы противника, они вас не найдут! Просто сидите тихо и ждите!

Раненый партизан шагнул вперед, грозно нависая над китайцем, который оказался ниже на голову и в полтора раза уже в плечах:

— Сперва вас положат, долго возиться не придется, потом займутся нами. Дайте оружие!

Игорь молча протянул своему товарищу автомат, добавив пару рожков. Затем, подумав, отцепил от «разгрузки» кобуру с ПМ и одну гранату РГД-5. и, так же молча, вышел из дому, громче, чем нужно, хлопнув дверью.

— Я иду с вами, — решила Ольга. — Двое — хорошо, но трое, это еще лучше!

— Ты женщина, тебя не тронут, — помотал головой китайский капитан. — Если это американцы, пленным ничего не грозит. Подержат у себя, и передадут вашим властям. Если это русские, тем более все будет в порядке. Мы пока не воевать идем, просто наблюдать. Я лично еще не готов умирать! Мы вернемся!

Двое партизан, держа оружие наизготовку, выкатились из избы, провожаемые взглядами занявших позиции у окон раненых товарищей. Капитан Фань шел первым, вжимаясь в доски забора и вжимая в плечо приклад АК-74, ствол которого никогда не был направлен в одну точку, все время перемещаясь вместе с взглядом. Игорь шел следом, больше смотря не вперед, а назад, прикрывая тылы.

О близости врага узнали прежде, чем увидели его своими глазами. Женский крик, чей-то перепуганный мат, и гортанные возгласы на чужом для этих краев языке заставили выругаться и Игоря:

— Там «духи»! Чеченцы!

Осторожно выглянув из-за угла, парень увидел с десяток бородатых людей в камуфляже и полном снаряжении, ощетинившихся стволами автоматов. Еще трое тем временем вытаскивали из дома его жителей, бросив на землю немолодого мужика в ватнике, следом — какую-то женщину, скорее всего, жену. Из самого дома доносился грохот, стук передвигаемой мебели, звон разбитого стекла.

— Русский, где партизаны? — к растянувшемуся на земле мужику подошел один из боевиков, заросший бородой по самые глаза. — Скажи, где они прячутся, и мы уйдем! Нам нужны только они, на вас мне плевать! Где они? Ну!

Чеченец несколько раз пнул скорчившегося у его ног местного жителя по ребрам, услышав в ответ сквозь стоны:

— Крайний дом… у дороги… там! Не бейте больше, пожалуйста!

— Тварь! — Чеченец смачно сплюнул, а затем, повелительно взмахнув рукой, приказал стоявшим за его спиной боевикам: — За мной! Вперед!

Банда двинулась по единственной улице, и наблюдавший за происходящим из-за угла партизан Игорь прошипел сквозь зубы:

— Нужно что-то делать! Эти никого не пощадят! Все перевернут вверх дном, но наших найдут! Ты даже не знаешь, что они творят с пленными! А если Ольга им попадется живой…

Продолжать партизан не стал, все и так было ясно. Капитан Фань Хэйгао лишь согласно кивнул, он уже неплохо представлял, на что способны чеченские наемники, «охрана нефтепровода», делавшие за американцев здесь всю грязную работу, причем с удовольствием и за смешную оплату. А Игорь передвинул флажок переводчика огня своего АК-74, поймав в прорезь прицела одного из чеченцев, тащившего на плече вороненый ПКМ. Над ухом прозвучал характерный щелчок — китаец тоже снял оружие с предохранителя.

— Надо их увести подальше, — решил Игорь, нервно тиская цевье «калашникова». — К лесу. Беги, занимай позицию на опушке, прикроешь меня!

— Лучше ты беги, я их приведу к тебе.

Фань Хэйгао видел, как сильно волнуется его напарник. Это было понятно, они оказались в западне, с одной стороны — сильный, отлично вооруженный и беспощадный враг, с другой — раненые товарищи, которых старались вывезти из пекла, но только для того, чтобы принести их в жертву чеченским боевикам. Китайский офицер прибыл в Россию не для того, чтобы умирать за русских, ведь его подвиг все равно остался бы никому неизвестным, как и само существование агента китайской разведки. Но он получил приказ оказывать помощь, и сейчас единственным способом выполнить приказ было принять бой.

— Это не твоя война, — помотал головой русский. — Ты здесь чужой, ты не должен умирать за нас!

Партизан был прав, и китайский «советник» не просто мог, а обязан был уйти, раствориться в сером, хмуром лесу. Как офицер, выполняющий полученный приказ, он так и поступил бы, но сейчас капитан не мог, просто не мог оставить наедине с толпой озверевших бандитов своих спутников, перепуганного насмерть мальчишку, женщину и нескольких обессилевших калек.

— Не спорь, действуй! Давай, шевелись! — Фань Хэйгао толкнул в плечо впавшего в ступор партизана. — Живее! Сейчас они будут здесь! Беги к лесу, я следом! Попробуй огнем отсечь погоню!

Дополнив приказ еще одним сильным толчком в грудь, китаец, больше ничего не дожидаясь, вскинул автомат, нажав на спуск. АК-74 в его руках задрожал, харкнув раскаленным свинцом в сторону сгрудившихся посреди узкой улицы чеченцев. Первая же очередь прошлась по рядам боевиком невидимой косой. Фань Хэйгао стрелял в упор, и видел, как выпущенные им пули сшибают с ног боевиков. Отстреляв половину магазина, китаец вскочил на ноги, и, низко пригибаясь, бросился в проулок между домами, петляя от забора к забору.

Русская деревня содрогнулась от ужаса, когда по ней пошли вооруженные до зубов чеченцы. Вернее, не прошли — ворвались, высадившись с вертолета, а затем промчались ураганом, сметая на своем пути все, что попадалось на глаза. Под гул турбин кружившего над поселком на небольшой высоте Ми-8, под надсадный лай рвавшихся с цепей лохматых дворняг, под истеричные вопли женщин и плач маленьких детей бойцы полевого командира Шарипова врывались в дома, безжалостно избивая всех мужчин, даже древних стариков, каких здесь было большинство. Нет, чеченцам никто не сопротивлялся, их не встречали с двустволками или хотя бы с топорами, наоборот, местные старались забиться поглубже, но их вытаскивали, и одного за другим гнали к командиру, проводившему не слишком тщательный, но неизбежно кровавый допрос.