Чтение онлайн

Девять человек, экипаж патрульного «Поседойна», не просто так бросили свои дела на суше, оставили свои дома и своих близких, очутившись над бескрайней водной равниной. Океан лишь казался пустынным и безжизненным. Где-то здесь, под этими волнами, мог скрываться враг. Русские террористы-фанатики, захватившие подлодку «Кило», исчезли, казалось, бесследно, после того, как атаковали и потопили японскую субмарину. Океан надежно укрыл их следы, но поиски не прекращались ни на миг. Целая эскадра во главе со статысячетонной громадой авианосца «Рональд Рейган» уже которые сутки подряд бороздила просторы Тихого океана, пронизывая толщу воды до самого дня частыми импульсами сонаров. Где-то на глубине затаились и ударные подлодки «Лос-Анджелес», готовые сорваться с места, точно гончие, как только враг будет обнаружен. Но, несмотря на свою колоссальную огневую мощь, подводники были почти беспомощны, и потому над океаном непрерывно кружили самолеты, такие, как «Посейдон», луч радара которого непрерывно скользил по волнам, и, неожиданно даже для его экипажа, вдруг зацепился за препятствие, которому просто неоткуда было взяться здесь.

— Курс один-шесть-три, — немедленно скомандовал майор Джонс. — Снижаемся до тысячи футов! Приготовить буи к сбросу!

Отметка цели пульсировала на экране бортовой РЛС AN/APS-137D(V)5, крохотная точка, о которую разбились, отскочив назад, радиоволны. Это мог быть перископ подводной лодки, как и обычный мусор, подхваченный изменчивым океанским течением у дальних берегов. Сложная техника могло многое, но не все, однако, прежде чем пилоты «Посейдона» смогли увидеть своими глазами неожиданно возникший объект, отметка исчезла со ставшего девственно-чистым полотнища монитора.

— Контакт прерван! Не вижу цель!

— Сбросить буи! — немедленно приказала командир экипажа, и град ярких пенопластовых поплавков, отделившись от летевшего на бреющем огромного самолета, посыпался в воду.

Радиогидроакустические буи, мерно покачиваясь на волнах, активировали сонары, образовав на поверхности океана частую сеть. Стоит только одному из них уловить донесшийся из глубины шум винтов — и за безобидными буями могут последовать противолодочные торпеды «Марк-50», мирно дремлющие в оружейном отсеке объемистого фюзеляжа. Но командир экипажа медлил, помня судьбу моряков с эсминца «Уэйн Мейер», как раз ожидавших решения трибунала после того, как в нейтральных водах вот так же поспешно атаковали китайскую подлодку.

— Есть акустический контакт! — вдруг встрепенулся оператор станции слежения за буями. — Источник смещается к востоку! — И через несколько мгновений, с какой-то обидой в голосе добавил: — Цель потеряна!

— Активировать магнитометр!

Детектор магнитных аномалий, входивший в состав поискового оборудования «Посейдона», позволял обнаруживать на глубине большие массы металла, какими и являлись подводные лодки. Но экран оставался чист.

— Пусто, сэр, — разочарованно развел руками оператор. — Под нами ничего нет.

— Нет, это должны быть русские, и они никуда не могли исчезнуть! Сбросить еще буи, — потребовал Джонс.

— Командир, у нас топливо на исходе. Пора ложиться разворачиваться на обратный курс!

— Дьявол!

Майор ударил сжатым кулаком по приборной панели. Мощные турбины CFM International CFM56-7B27A2, поддерживавшие в небе его самолет, сообщая ему скорость свыше девятисот километров в час, пока работали ровно, но казавшиеся бездонными баки действительно быстро пустели. Вахта «Посейдона» близилась к концу.

— Связь с «Рейганом», — приказал майор. — Пусть направят сюда корабли!

Сразу несколько кораблей, сопровождавших флагман, величаво резавший волны к востоку от Гавайев, изменили курс, полным ходом направляясь к месту скоротечного контакта. Одним из них был фрегат канадских ВМС «Калгари», присоединившийся к поисковой операции лишь двое суток назад. Приводимый в движение дизельными двигателями экономического хода, он неторопливо полз по покрытой мелкими волнами океанской глади, периодически «прощупывая» раскинувшуюся по килем бездну импульсами сонара.

— Капитан, сэр, — радист вызвал командира корабля, едва приняв сообщение с борта «Рональда Рейгана». — Сэр, американский патрульный самолет обнаружил неопознанную субмарину в квадрате Браво-пять. Приказано следовать туда!

— Полный ход! Курс два-два-ноль!

В трюмах фрегата взвыли газотурбинные двигатели, своими пятьюдесятью тысячами лошадиных сил стремительно разгоняя корабль водоизмещением четыре тысячи семьсот пятьдесят тонн до тридцати узлов. «Калгари», точно хорошая гончая, взявшая след, рванулся к цели, вспарывая волны косо срезанным форштевнем. За кормой оставался четко различимый едва ли не с орбиты пенный след, а по отсекам катился сигнал боевой тревоги, сопровождаемый топом множества ног. Моряки спешно занимали свои посты, готовясь к скорой схватке.

— Мы в полусотне миль от заданного квадрата, сэр, — сообщил капитану штурман. — Два часа ходу.

— Что американцы?

— Адмирал Гридли направляет сюда все свои силы. Но ближайший эсминец находится сотней миль севернее, — усмехнулся штурман. — Мы будем первыми, сэр.

— Можем не успеть. Приготовить к вылету вертолет!

Палубный СН-124А «Си Кинг» извлекли из просторного ангара в кормовой части надстройки. Пока экипаж занимал свои места, техники торопливо цепляли к узлам подвески вертолета противолодочные торпеды «Стингрей». Взвыли спаренные турбины «Роллс-Ройс», шевельнулись лопасти винта, и десятитонная машина оторвалась от покрытия посадочной площадки. Оказавшись в воздухе, геликоптер немедленно отвернул в сторону, уклоняясь от возможного столкновения с увенчанными антеннами РЛС мачтами фрегата, и, медленно, но уверенно набирая высоту, направился к горизонту, спеша первым оказаться над вражеской подлодкой.

Владимир Шаров узнал о начинавшейся на поверхности и в небесах суете, когда по отсекам подводной лодки «Усть-Камчатск» прокатился сигнал тревоги. Моряка словно пружиной сбросило с узкой койки, которой он коснулся едва ли полчаса назад, перед этим отстояв очередную долгую вахту. Некомплект экипажа сказывался сейчас, как никогда прежде, и если прочие ресурсы можно было как-то экономить, изыскивать резервы, то человеческие силы, несмотря на всю выдержку моряков, несмотря на чувство долга, иссякали, а безумному походу не было видно конца и края.

Взметенный коротким, нервным звуком сирены, капитан первого ранга Шаров вихрем промчался по полупустым коридорам, ныряя в проемы герметичных люков. Почти никто не встретился на его пути, казалось, субмарина попросту обезлюдела, превратившись в корабль-призрак, подводного «летучего голландца». Но в помещении центрального поста на своих местах перед приборными панелями замерли моряки, не шелохнувшиеся при появлении командира.

— Товарищ капитан, — старший помощник привычно козырнул, став перед Шаровым по стойке смирно. — Станция радиотехнической разведки зафиксировала радиолокационное излучение, в тот момент, когда подлодка шла под РДП. Я принял решение срочно начать погружение.

— Отлично! Какова вероятность обнаружения?

— Скоро и увидим, товарищ капитан, — только усмехнулся старпом, чувствуя, как пол отсека накренился, уходя из-под ног.

Очередной, далеко не первый за минувшие дни сигнал тревоги, не стал неожиданностью. Их искали все то время, что «партизанская» подлодка находилась в открытом море, искали с все большей силой. По водной поверхности метались лучи радаров, а гидролокаторы долбили своими импульсами водную толщу, пронизывая ее до самого дна. Но экипаж действовал так, как и прежде, начав срочное погружение. Труба РДП, устройства для работы дизеля под водой, плавно скользнула в шахту в ограждения высокой, похожей на плавник рубки «Варшавянки». Как только «шноркель», единственная ниточка, связывающая субмарину с поверхностью, был немедленно убран, в балластные цистерны потоком хлынула забортная вода, и «Усть-Камчатск» буквально провалился во тьму океанской пучины.