Чтение онлайн

Следует учитывать и специфические трудности становления совершенно нового для Руси производства и, в частности, подгонки (ковки) серебряных листов для вырезки кружков. Поэтому при выяснении весовой нормы сребреников нужно обращать наибольшее внимание на лучшие по сохранности монеты. Как видно из весовой диаграммы сребреников (рис. 52), их весовая норма заключена в пределах 2,9–3,3 г. Эта величина ровно вдвое превышает норму резан Стародединского клада (1,64 г X 2 = 3,28 г) и по своему положению в системе является куной.

Очень важен вопрос о времени появления еще одной группы памятников южной денежно-весовой системы – шестиугольных слитков. К настоящему времени зафиксировано уже свыше сотни кладов и отдельных находок таких слитков. В большинстве своем клады киевских слитков обнаружены без сопровождающего материала. Лишь в трех случаях они включали в свой состав византийские монеты: в киевском кладе 1889 г. из усадьбы Гребеновского было два солида 1081–1143 гг. [284] , в кладе из Сахновки, обнаруженном в 1900 г., содержались также две золотые монеты 1143–1180 гг. [285] , наконец, в Старо-Рязанском кладе, обнаруженном в 1908 г., при раскопках, шестиугольный слиток сопровождался 18 медными византийскими монетами 1081–1143 гг. [286]

Перечисленные находки и послужили основой для того, чтобы ограничивать время бытования шестиугольных слитков XII – первой половиной XIII в. Что касается находок слитков в вещевых кладах, последние обычно датировались самими слитками, а вещи точной даты не дают. На принятие этой поздней даты для начала обращения шестиугольных слитков повлиял и состав многочисленных кладов, не содержащих сопровождающего материала. Действительно, западные монеты обращались на Руси еще в начале XII в.; если с ними шестиугольные слитки не встречаются, это, казалось бы, и должно говорить об их появлении не ранее XII в. Принятием этой датировки разрыв во времени между концом обращения на юге монет и началом обращения слитков определяется в сотню лет.

Связь весовых норм монет и слитков могла бы казаться загадочной и трудно объяснимой. Однако при таком установлении даты обойдено чрезвычайно важное обстоятельство: шестиугольные слитки обращались лишь внутри очень небольшого ареала. В область основного их распространения западная монета вообще никогда не проникала. Даже в том случае, если бы эти слитки появились уже в конце первой четверти XI в., их клады не могли бы включать в свой состав какие-либо монеты. Поэтому само обилие кладов шестиугольных слитков, лишенных сопровождающего материала, дает основание сомневаться в правомерности принятого в современной литературе сужения их датировки. Эти сомнения в известной степени подтвердились в 1954 г., когда в Новгороде при раскопках на Неревском конце шестиугольный слиток был обнаружен впервые в непотревоженном слое культурных напластований второй половины XI в. [287]

Если разрыв во времени между обращением монеты и слитков в южных областях Руси и существовал, то он был менее значительным, нежели это принято считать.

Особенности состава кладов второй половины X и первой половины XI в. указывают на преобладание в течение этого длительного периода весового приема монеты над счетным. Эти клады изобилуют обломками самого неопределенного вида», оценка которых возможна только при помощи весов и гирь. Переход к дроблению монеты совпал с переходом к употреблению новых денежно-весовых систем – северной с гривной в 51,19 г во главе и южной, связанной с византийской литрой.

Изучая вес применявшихся для взвешивания монет гирек, мы вправе рассчитывать обнаружить в нем соответствие нормам денежно-весовых единиц. Можно заранее рассчитывать встретить и нормы новых систем, и нормы старой общерусской системы, поскольку все они в течение некоторого времени сосуществовали. Обращение к весовым гирькам является лучшим способом проверки теоретического расчета величин денежно-весовых единиц.

Миниатюрные весы для взвешивания ценностей, вроде так называемых «аптекарских», среди русских домонгольских древностей были находимы неоднократно. Достаточно напомнить находку чашечек весов и коромысла в Киеве в 1882 г. [288] , находку кошелька с парой чашечек от весов, фрагментом коромысла и набором в 20 гирек в Новгороде в 1938 г. [289] , находку чашечек, коромысла и футляра весов в Гнездове [290] , находку весов во Владимирской губ. [291] , в Рязанской [292] и Волынской губ. [293] , в долине Камы у деревни Коча [294] . Из находок последних лет следует отметить находку чашечки весов в Киеве при раскопках землянки XII–XIII вв. в 1949 г. [295] и особенно многочисленные находки чашечек и коромысел весов при раскопках на Неревском конце Новгорода. Материалы новгородских раскопок показывают, что находки весов принадлежат к числу обычных в культурном слое домонгольского города. Здесь в слоях X–XIII вв. на протяжении 1951–1955 гг. чашки и коромысла весов обнаружены 34 раза [296] . Следует подчеркнуть, что часть указанных находок обнаружена в комплексах X в.

В большом количестве в русских древностях представлены и гирьки. Однако полной сводки этих находок до сих пор не существует. Сведения о местах находок древних гирек, содержащиеся в двух статьях А. Л. Монгайта [297] , могут быть несколько пополнены.

Касаясь находки пяти гирек в Старой Рязани в 1891 г., А. Л. Монгайт писал: «Такие гирьки были найдены во Владимирских курганах, в раскопках Уварова (более 30 шт.), в Твери (2 шт.), на городище Булгара и Билярска, в Гнездовских курганах, в Муроме (1 шт.), в курганах южного Приладожья (13 шт.). Очень многочисленные находки их в Прибалтике и Финляндии (свыше 60 шт.). Болсуновский опубликовал собранную им коллекцию гирек, среди которых № 3–7, найденные в Киеве, совершенно подобны старорязанским. Из раскопок последних лет наиболее интересной является находка разновесов (т. е. гирек. – В. Я.), подобных старорязанским, в Новгороде (20 штук в кошельке. – В. Я.). …В Швеции их насчитывается несколько сот. 220 из них описаны Арне, из них 160 подобны старорязанским» [298] . К перечисленным находкам следует добавить также новые находки гирек в Гнездове (раскопки Д. А. Авдусина в 1949 и 1950 гг.) [299] , вторую гирьку из Мурома (раскопки Е. И. Горюновой в 1950 г.) [300] , находку разновеса из 10 гирек в Подборовском кладе Старорусского района Новгородской обл. в 1934 г. [301] и, наконец, находку еще одного набора гирек в Новгородском кладе 1953 г. и нескольких отдельных гирек в культурном слое Неревского конца Новгорода при работах Новгородской экспедиции (раскопки А. В. Арциховского).

Гирьки, находимые в Восточной Европе, делятся на три группы. Подавляющее большинство их имеет форму сферы с уплощенными полюсами. В дальнейшем мы будем называть их сферическими. Все такие гирьки изготовлены из железа и для предохранения от коррозии заключены в медную оболочку, а на плоских их сторонах обычно помещены знаки в виде кружков или глазков. Число кружков изменяется в зависимости от величины гирек и служит обозначением кратности весовой единицы в гирьке. Обычно кружки бывают соединены линиями по определенному шаблону; эти линии дают возможность установить количество глазков даже в том случае, если часть глазков стерлась.

Вторую группу составляют такие же по технике изготовления железные в медной оболочке многогранные гирьки, имеющие форму куба, октаэдра и т. п. На каждой стороне или только на некоторых сторонах таких гирек также помещены обычно глазки.

Гирьки этой группы встречаются реже. Наконец, третья группа состоит из плоских квадратных или иной формы гирек из бронзы, свинца и т. д. Датировка последних до сих пор не может считаться установленной, т. к. все они происходят только из случайных находок и ни разу не были встречены в кладах. К тому же основным районом их распространения является Булгар, что связывает их в первую очередь с булгарской весовой системой, а также и Киевщина, где К. В. Болсуновский нашел им аналогии в позднем византийском материале [302] . В глубине Руси единичные находки таких гирек были сделаны в Твери [303] и, по-видимому, в Москве [304] .

В качестве вспомогательных разновесов служили также монеты (во всех твердо установленных случаях только медные) и другие предметы: камешки, перстни, обломки украшений, бусы и пр., встреченные вместе с наборами гирек.

Сферические и многогранные гирьки происходят с территорий наиболее развитого русского денежного обращения и хорошо датируются. Для их датировки особенно большое значение имеют киевская, старорусская, гнездовские, новгородская 1938 г. и новгородская 1953 г. находки.

В новгородском кошельке 1938 г. 18 сферических и 2 многогранные гирьки оказались вместе с медным подражанием саманидскому дирхему X в., который датирует находку второй половиной X в. [305] В новгородском кладе 1953 г. гирьки обнаружены с монетами не моложе 972 г. В Киеве в набор гирек входила обломанная медная византийская монета Константина VIII (913–959 гг.) [306] , которая также подтверждает новгородские датировки. Старорусские гирьки находились в составе клада бувейхидских дирхемов конца X в. Находки из гнездовских курганов датируются второй половиной X – началом XI в. Значительная часть находок говорит, таким образом, что гирьки появились еще во второй половине X в. Древнейшей среди них следует считать обнаруженную в гкездовском кургане № 13, прославленном находкой в нем амфоры с древнейшей русской надписью [307] .

Многогранные гирьки найдены пока лишь в очень незначительном количестве. Нам известны только гнездовские находки, две гирьки из новгородского кошелька 1938 г. и одна из новгородского клада 1953 г. Во всех трех случаях находки датируются второй половиной X в., т. е. тем же временем, что и древнейшие из сферических гирек.

Появление гирек одновременно с появлением в кладах монетных обломков очевидно.

Ниже приводятся данные о весе и весовых единицах той части гирек из Восточной Европы, сведения о которых удалось собрать к настоящему времени. Классифицированы они по местам находок, но многогранные гирьки выделены в особый разряд.