Чтение онлайн

Самой «вишенкой» было то что когда разъяренный Джеймс потребовал клятву, все спокойненько поклялись. Просто потому, что идиоту не пришло в голову вместо «кто взял мою мантию» спросить «кто брал». Потому что брали, еще как брали. Но не взял себе никто! Даже не думал!

Так что истерил родовитый грифф минимум пару раз в неделю, но претензий никому выкатить не мог, а если мог, то с них скатывалось, как с гуся вода, так что в конце концов он достал даже лучшего друга.

После того, как они в очередной раз разругались, Джеймс решил поискать утешения… у Эванс. С чего он взял, что получит что-то хорошее с девчонки, которая не только демонстративно его избегала, но и близко находиться не хотела, не понял даже Сириус. А Пит и Рем предупредить не смогли, не было их в тот момент в комнате. И как-то случилось, что их пути все же пересеклись в совершенно безлюдном коридоре…

Эванс от души утешила парня подарком: свежим фингалом… С минуту в изумлении разглядывала то свой мелкий кулачок, то осевшего и окосевшего Поттера, а потом бросилась со всех ног искать Северуса: хотелось то ли поплакаться, то ли… похвастаться. Но он точно был ей очень-очень нужен.

Удивленный Снейп снова обнимал Лили и улыбался. Она дала отпор Поттеру!

А у Лили был полный раздрай, которым она охотно делилась с лучшим другом:

— Представляешь, он меня за руку, а я ему другой, и в глаз, да еще с разворота! Он так и сел. А я… А я не знаю! Так здорово, он потом так и сидел. И смотрел. А мне… Мне стыдно ста-а-ало! Я еще никогда людей не била-а-а, — всхлипнула она.

Северус погладил ее по волосам:

— Не переживай ты так. Мадам Помфри за пару минут ему все уберет. А вот если он на тебя разозлится…

— У меня появится спарринг-партнер?

— Враг. Враг у тебя появится, Лилс. Если уже не появился.

— Как у тебя? — она подняла глаза.

Он вздохнул… Похоже, им теперь так и придется, «спина к спине». Что ж, ему спину доверить можно. А он… Он доверит ей. Только будет часто оглядываться, чтобы с ней чего не случилось. Хотя…

— Нас все же четверо, Лили, ты не одна. И мы не вдвоем.

— Только ты на другом факультете.

— А вы — с этими придурками.

— Зато нас трое.

— Главное, никогда не ходи одна! Они один на один — не бойцы.

И рассказал подруге, как чуть раньше на нем пытался оторваться Блэк. Видимо, опять с Поттером поссорились, раз в одиночку решился… Петтигрю не зря их учил, здорово… Аристократы мало что могли теперь ему противопоставить: в относительно небольшом пространстве замка он всегда успевал первым выбить палочку. Снейпа даже на факультете признали после пары хороших апперкотов. Правда, сперва гриффиндорцем обозвали, но когда он тем девчонкам перекрасил мантии в тот самый красный… Больше к нему никто не лез, а Эндрю, сосед по комнате попросил показать пару приемов взамен на один интереснейший старый журнал с парой явно «темных» рецептов.

А по пути на ужин они услышали:

— Встречаются Блэк и Поттер, уставились друг в друга, такие: это ты или я? Это я, Поттер, у меня фингал справа!

Лили прыснула в кулак.

— Ну вот, про них уже анекдоты рассказывают, — констатировал довольный Снейп.

— Им что, не вылечили?

— Да почему… Скорей всего, они встретились по пути в медпункт, а кто-то — увидел.

Самым удивительным событием в этом учебном году для первокурсников стало внезапное появление на очередном, обычно невероятно скучном уроке ЗОТИ самого директора. И не просто так, а в роли преподавателя!

Дамблдор наблюдал за детьми: радостное предвкушение чего-то особенного, интересного… Что же, будет им интересное. И он начал урок — единственный и неповторимый.

Кажется, ему удалось их хорошенько напугать, думал директор, глядя на бледные и серьезные лица притихших первогодков. Уж что-то, а живописать он умел. Рассказывать так, чтобы брало за живое. И долго не отпускало. Он еще раз обвел глазами аудиторию. Эти — запомнят. Даже слизеринцы: несмотря на их скептические взгляды, он видел — им страшно. Кое-кого можно будет пригласить к себе… Он уже наметил кандидатов. Спасти хотя бы детей от тлетворного влияния Тьмы — великая миссия. То, что нужно для Великого Светлого.

Питер молча вздыхал про себя. «Как же это нехорошо, темная магия. А что это такое? А это вам знать не надо. Ну, а как понять-то, скажите на милость? Распознать это как, кроме формулировок трех непростительных? Да и зеленый луч не только у авады, но и у многих гербологических чар!» Искоса он посматривал на сокурсников, выходящих из класса, но, похоже, те не испытывали ничего, кроме страха… Только переглядывание между собой некоторых слизеринцев его немного утешило, но, с другой стороны, немного насторожило. Надо будет через Северуса выйти на этих парней…

И когда их квартет собрался в очередной раз, задал-таки вопрос. И был очень удивлен и огорчен, получив странную, фанатичную отповедь от Эванс. Даже Северус как-то прищурился… Рем же предпочел молчать с самой что ни на есть нейтральной физиономией. «Вот же, покер-фэйс, сердито думал Петр. — Поди разбери, что у него на уме…» Но с Лили надо поспорить, и не только.

— Да я понимаю, что это плохо и отвратительно, но ты можешь сказать мне, что именно?

— Вся Темная магия!

— То есть использование тех трех непростительных? И все? Или что-то еще? Ведь не может вся Темная магия заключаться всего в трех заклятиях? Или может?

Лили наконец задумалась.

— Ну… может, эти три… Но да, должно быть что-то…

— Так надо знать, что? Или не надо?

— Вдруг случайно изменишь, например, очищающее, а оно окажется непростительным?

— Это как? — растерялась Лили.

— Мясо с костей очистит, например?

— Ты… Ты… Я не ожидала от тебя, Петтигрю! Как ты можешь? — она аж побледнела…

— Э… Я вообще-то про рыбное филе думал. Не люблю рыбу с костями. Удобно было бы очистить. А ты про что подумала, Эванс?

У Лили из глаз брызнули слезы:

— Ты!..

— Да, Лили, Питер настоящий провокатор, — сердито блеснул глазами Северус.

— Прошу прощения, если задел ваши нежные души. Но замечу, что это были ваши и только ваши мысли. И, ведь, если подумать, я прав? Или нет?

Лили смотрела на Петтигрю, словно впервые увидела. Такой… мягкий, всегда спокойный. Домашний… Но ведь Северус ей уже говорил о том, что у Пита ведь убили отца, а потом они жили с матерью, кажется, в Лютном? Она тогда только мимо переулка прошла, и то жутковато было. А Пит там жил. И выжил ведь. А… конечно, страшно и думать об этом, потому и не хочет она, и отрицает все, но вдруг и ей пригодится?..

— А если воду заморозить… — Лили начала думать вслух.

— Если в человеке, то он умрет, конечно.

Она зябко передернула плечами:

— Магия — это страшно.

— Вот потому я и считаю, чтобы защититься, надо знать, как и от чего. Ведь от того же замораживающего, скорее всего, надо использовать одно, а от огня или воды — другое…

— А от влияния на разум — третье, — добавил Снейп.

— Ох…

— Изучать и практиковать — это разные вещи, Эванс.

— И мы ничего не умеем. Из защиты.