Чтение онлайн

Может, потому, что колючки оказались особо вредными: чесалось, причем все сильнее и сильнее.

А может быть, потому, что наконец кто-то услышал и передал другим бубнеж Хагрида насчет того, что если кто-то действительно хочет увидеть зверя, то должен долго и неподвижно сидеть в укрытии.

В укрытии — это, конечно, здорово, тут есть что для него приспособить, но вот долго и неподвижно — это не про Гриффиндор.

Когтевранцы, стоявшие ближе к леснику, услышали это первыми и подумали, что они-то как раз могли бы и посидеть, но осмотрелись и трезво оценили, что укрытий на такую толпу точно не хватит. Нет, в библиотеке определенно лучше, не говоря уже о собственной гостиной.

— Ни одной души звериной! — поддержали они гриффиндорцев. — Хотя от такой толпы…

Но продолжать почему-то не стали.

Два фестрала на кончиках копыт пробирались за кустами, стараясь не потревожить лишней травинки и дышать как можно тише. Ох, и зададут они своему непослушному потомку… Ишь, на людей он посмотреть захотел!

Увидев грозные родительские морды, высунувшиеся из-за громадного ствола, за которым он прятался, жеребенок тихо вздохнул, взмахнул хвостом и исчез в густом подлеске по направлению к их домашней поляне. Он и сам бы ушел, люди — это, конечно, любопытно, но слишком уж шумно. Родители на всякий случай прикрывали его отход сзади собственными костлявыми крупами.

— Пус-сто! Тоже мне, Запретный лес, — слизеринцы, наверное, впервые за много лет поддержали другие факультеты.

«Пусто, конечно, пусто. Если мы такую толпу заготовим, хватит до конца жизни моего внука, да вот беда, в пещеру не влезет столько, — думал Арагог, сливаясь с кроной старого вяза. — Да и паутины не хватит, секрет желез-то не бесконечный! Продукт испортится. Нет, детки, нет тут никого, никого нет… Потом по одному-двое приходите, будем рады».

— Тоска… Пошли уже отсюда, что ли? Кажется, дождик собирается, а до школы еще топать минимум полчаса. И зонтик тут только у лесника, он им вряд ли поделится.

Практичные пуффендуйцы повернули первыми, а за ними потянулись остальные.

В лесу перевели дух все: от лукотрусов до кентавров, которые поначалу собрались было выкатиться, потрясая луками и стрелами, но увидев, сколько человеческих жеребят прет в их сторону, как-то раздумали. А точнее, вспомнили, что у них много дел в дальнем конце леса.

Да и Марс сегодня, то есть вчера ночью был вообще сам на себя не похож. Так что все это отнюдь не случайно, и не стоит вмешиваться в то, что предсказали звезды. Куда полезней оказаться как можно дальше от того, что они предсказали. Да после этой толпы даже травы не остается!..

Дружный топот копыт услышал только Хагрид…

Полувеликан украдкой отер со лба пот и вознес хвалу нахмурившемуся небу и десятку туч, а потом и каждой тучке в отдельности. Как он ни пытался объяснить детишкам, что много людей в лесу — это просто катастрофа, те ничего не слышали.

Нет, они бы и хотели услышать лесника, да вот беда — то мелкие пищат, мол, устали, то девчонки верещат (подумаешь, засунули им шишку-ветку или жучка-червячка за шиворот), то старшекурсники ругаются. Гам стоял такой, что перекричать не смог даже Хагрид. И зонтик не помог…

Ему только оставалось махнуть рукой в сторону ближайшей безопасной полянки и самому пробежаться туда, чтобы успеть предупредить… ну, хоть кого-нибудь.

Он молился всему подряд, чтобы это все закончилось, и очень жалел, что в свое время так и не научился это делать как следует. К счастью, вскоре детки начали выражать свое недовольство все громче, сожалея, что никого не нашли. Фу-у-ух… Хвала Мерлину и инстинктам зверюшек.

Еще бы, такая толпа… Хагрид особенно оценил это, когда увидел, как зазмеилась в сторону Хогвартса дружная колонна учеников. И снова сел, на этот раз, чтобы просто перевести дух. Правда, сделать это он так и не успел.

Кусты за его спиной шелохнулись, и на полянку вышло еще несколько младшекурсников, радостно улыбаясь. Хагрид понял: кого-то нашли. И содрогнулся.

— А кузнечик может стать фамильяром? — застенчиво спросила первокурсница в мантии Пуффендуя.

— Ку?.. Кузнечик?

«Где ж они могли добыть в Запретном лесу кузнечика-то?» — дивился лесник, а девочка подходила все ближе.

— Зелененький такой, на веточку похож…

Она протянула к нему обе руки, сложенные вместе и осторожно раскрыла сжатые ладони. На них лежал изрядно помятый лукотрус, крошечные глазки которого медленно вращались в разные стороны…

— Это же еще детеныш! — возмутился лесник. — У него ж родители с ума сойдут! — добавил он чисто по наитию, так как, если честно, был совершенно не в курсе семейных отношений этого безусловно занимательного вида волшебных существ.

В серо-голубых детских глазках заблестела влага, сочувствие выразили и остальные ребята, так что лукотрусик, сжимающийся всякий раз, когда его пытались погладить (а гладили все — надо же было попрощаться!) был торжественно возвращен на родное дерево. Старый клен нашли далеко не сразу, а потом еще минут десять спорили, то ли это дерево, пока не догадались поднести несчастного зверька к стволу. Внутри громко и радостно застрекотали, но обитатели так и не показались. Только длинная палочка-рука схватила детеныша и утащила куда-то в ствол.

— Вот это да… Хагрид, а что они делают?

— Они дерево едят?

— Да вы что говорите-то такое! Охраняют они деревья!

— Вот э-эти? От кого, от червячков, что ли?

— Ото всех. Вас просто слишком много, столько народу тут не бывало никогда. Вы же всех перепугали!

— Это не мы!

— Мы вообще тихо!

— Даже не разговаривали почти…

Хагрид решил, что он теперь понимает, отчего у лукотруса так интересно двигались глаза. Наверное, эти дети тоже с ним разговаривали. Он вздохнул и продолжил.

— Животные, они ж к людям-то непривычные. Вот пришел бы кто из вас один, так бы все волосья повыдергали, если б ветку надумал отломить.

— А если листик?..

— А если ветка сухая?

Пришлось рассказать, как ходят в лес мастера-изготовители Волшебных палочек.

— О, кажется, я понял, почему старик Олливандер такой странный! Он же все время подкрадывается! Это из-за лукотрусов?

— Хагрид, а ты еще расскажешь?..

— А лукотрус может быть фамильяром, ну, если он взрослый уже?

Детки смотрели с надеждой, но лесник уже охрип и устал.

— Не, они не приручаются. И жить без своего дерева не могут, вот совсем. Умрут, если надолго забрать.

— А, понятно.

— Жалко… А кто тут еще водится? Я вроде слышал, как кто-то убегал, такое «тыгыдык, тыгыдык»…

Да, детки ушли не все, остались самые закаленные, и набралось таких на весь Хогвартс чуть больше дюжины. Хагрид пробовал сосчитать, но каждый раз получалось по-разному, то девять всего, то одиннадцать, то пятнадцать, то аж восемнадцать, но этому он уже не поверил. В глазах иногда двоилось.