Чтение онлайн

– Да, – согласился Владимир Алексеевич. – Где Омаханов?

– Зарядку делает. Зачем он тебе?

– Необходимо выставить посты визуального наблюдения за домом объекта. И желательно кого-то запустить в сам дом, чтобы проверить, не улизнул ли он уже.

– Кого туда запустишь? Электрика с сантехником? Не пустят...

– Участкового.

– Резонно. Участковый напомнит объекту о необходимости поторопиться с оформлением паспорта и с постановкой на учет. Я пошел за Омахановым.

Машины караулили объект с двух сторон на улице, куда выходила дворовая калитка; еще одна была выставлена на соседней улице на случай, если объект пожелает перелезть через высокий забор к соседям и выйти через их участок. Четвертая машина была резервной. За ее рулем устроился подполковник Валеев, на переднем пассажирском сиденье – полковник Кирпичников, а на заднем – подполковник Вельчанинов, которому Валеев доверил покараулить свою винтовку. Машина располагалась в стороне, но стояла так, что пройти, миновав ее, по пути в райотдел милиции или в городское управление ФСБ объект никак не смог бы.

Пышноусый милиционер прошел в гости к объекту под приглядом бойцов оперативной группы и вернулся опять же мимо машин наблюдения.

Вскоре позвонил Омаханов и сообщил, что участковый навестил дом, проверил у объекта справку об освобождении и поторопил того с оформлением документов. Объект обещал сегодня же заняться этим. Оставалось ждать. Бандит в самом деле вышел из дома около одиннадцати утра – видимо, никак не мог расстаться с женой. Но пошел не в милицию и не в ФСБ, а напрямую в фотостудию, где попросил сделать ему снимки на паспорт. Со снимками он вернулся домой – и все. На этом активность объекта закончилась, и из дома больше он не выходил.

Оперативная группа опять обедала в машинах, обходясь сухим пайком, когда снова позвонил капитан Омаханов.

– Ну что, товарищ полковник, как у вас дела?

– Ждем, Латиф Магомедович, ждем. Парень этот на «зоне» совсем, видимо, не спал. Сейчас отсыпается. Сходил в фотографию, вернулся домой и больше не высовывается.

– Как так? – удивился Омаханов. – Мне только что звонил участковый. Ему, в свою очередь, звонили из райотдела. Объект пришел в паспортный стол, предъявил справку, заполнил все бланки для получения паспорта. И чуть не силой заставил паспортистку позвонить в антитеррористический отдел и узнать, когда его могут принять. Договорился на четырнадцать тридцать. Участкового спрашивали, знает ли он, что у него появился такой тип, и похвалили за оперативную проверку. Выходит, вы его упустили?

– Мы не могли его упустить. Латиф Магомедович, найди домашний номер телефона объекта, позвони и пригласи его. Дома ли он?

– Ничего не понимаю. Ладно. Сейчас позвоню.

Вельчанинов слышал разговор и задумался, не вступая в обсуждение. Валеев проявлял восточную невозмутимость и ждал, что скажет командир. Командир же дожидался звонка от капитана Омаханова. Все молчали.

Вскоре позвонил Латиф Магомедович.

– Товарищ полковник, ничего я не понимаю. На месте он, дома. Сам трубку взял. Путаница здесь какая-то. Или дома не он? Или в райотделе был кто-то другой, а они напутали? Может ведь еще кто-то одновременно освободиться... Нужно проверить.

– Кто-то другой!.. – Вельчанинов неожиданно стукнул себя по лбу. – Как я не догадался! Все так просто... Бахтияр, гони на базу, нужно взять ноутбук. Гони!.. Володя, не рассоединяй разговор. Скажи Омаханову, пусть ждет нас на базе. С нами поедет.

Василий Юрьевич распоряжался так, словно он был командиром оперативной группы. Впрочем, объяснения он дал незамедлительно:

– Смертник – другой! В райотдел пришел другой. Тот, которого фотографировали. Он мне еще вчера показался каким-то слегка заторможенным – просто наркотой накачан. Ему подделали справку, с компьютером это несложно. И объект на смертника похож совсем не был. Он радовался жизни – и сейчас еще радуется, вместе с женой и детьми. А другой – с поддельной справкой на его имя. В ментовке должны же знать, что такой выходит на свободу. Если он стоит на учете, их из «зоны» должны предупредить. Это по логике. Как в действительности, я не знаю. Но предупредить могли, чтобы был контроль. И потому этот другой так настаивал, чтобы паспортистка позвонила в антитеррористический отдел. Туда он придет уже с поясом смертника. Но если его ждут, то и обыскивать не будут, так пропустят. Наверное, и пропуск закажут.

– Вариант. Верный вариант, – согласился Кирпичников. – Ноутбук зачем?

– Лица. Мы помним только самого смертника. Я помню. Бахтияр Ахматович его вообще не видел. Но взрывное устройство активировать будет другой – кто-то из присутствующих в комнате, как я думаю. Нужно посмотреть. И Омаханов... Только он найдет точку, на которой можно будет посадить снайпера, чтобы все подходы к зданию были видны. Омаханов местный, с его удостоверением нам откроют двери.

– Понял, – согласился полковник. – Не зря ты ночь не спал.

– Я спать лег, как только ты ушел... – чуть не виновато сообщил Вельчанинов.

Капитан Омаханов оказался человеком сообразительным, решительным и с хорошей реакцией. Он сразу сообразил, что им требуется, и даже место по памяти подыскал – на верхнем этаже местного полиграфкомбината, где располагаются фотолаборатории.

– На верхнем этаже, правда, окна небольшие, узкие, но обзор оттуда хороший.

Он уже сидел в машине, подсказывая, куда ехать. Машина была его собственная, но времени поменять водителя не было. Да и как водитель подполковник Валеев был очень хорош.

– А как с тем быть? Со смертником...

– Сначала нужно определить и ликвидировать другого, – категорично сказал полковник. – Иначе он взорвет смертника. А тому следует дать возможность войти в здание ФСБ, а там уж пусть ваш спецназ работает. На встречном движении в узком коридоре с двух сторон под руки, захват предельно жесткий, и не дать возможности замкнуть контакт. Тут же снять и дезактивировать взрывное устройство. Для этого необходимо привлечь опытного сапера. Дезактивировать следует за секунды, без раздумий.

– Позвонить? – спросил Омаханов.

– Конечно. Для того тебя и пригласили.

Капитан позвонил и объяснил ситуацию. Сообщение приняли, пообещали отработать аккуратно. Разговор велся на каком-то из дагестанских языков, который был понятен только подполковнику Вельчанинову, который на том же языке дал пару подсказок. И только потом сам Омаханов объяснил Кирпичникову, как прошел разговор.

– Здесь направо и сразу во двор. Посигнальте у ворот, товарищ подполковник, – потребовал капитан.

Он вышел, чтобы договориться с вахтером. Тот уже открыл ворота, но уйти и освободить дорогу не спешил. Однако несколько слов и удостоверение сотрудника ФСБ на него подействовали, и он засуетился, одновременно показывая, к каким дверям лучше подъехать. Но Латиф Магомедович и сам, кажется, все здесь знал и сразу повел группу к входу на лестницу. Поднимались бегом. Валеев еще тащил на себе тяжеленную крупнокалиберную винтовку, а Вельчанинов нес ноутбук, на ходу раскрывая его и запуская программу.