Чтение онлайн

И «Mute Records», и «Depeche Mode» понимали, что от успеха нового альбома зависит очень многое.

Дэниел Миллер: «Ultra» создавалась группой на грани краха, а в музыкальном плане это было разведкой: «DM» пытались выяснить, что с ними будет без Алана. Впрочем, на альбоме всех их тогдашних проблем можно и не услышать, а «Barrel Of A Gun», например, вообще была записана уже после того, как проблемы закончились. Мне кажется, в процессе выздоровления Дэйв обрел новый голос.

Дэйв Гэан: Я не просто пел песни Мартина, пытаясь угодить ему, продюсеру и вообще всем, кроме себя самого. Впервые я смог петь их от всего сердца, как свои. А вообще моей целью в тот период было восстановить отношения с сыном.

Судя по интервью для журнала «Q», которое Гэан дал Филу Сатклиффу в 1999-м, Дэйв-отец наконец нашел то, что искал: «Провести пару дней с Джеком — вот что мне теперь невероятно нравится. Просто быть рядом с ним, а не делать вид. Прошлой ночью в отеле я услышал, как он стонет во сне, зашел к нему в комнату, лег рядом, обнял его — и он снова уснул. Полгода назад я был бы не в состоянии это сделать — от стыда и чувства вины».

Дэниел Миллер: Мне кажется, их окружение, равно как и прессу, весьма шокировал тот факт, что они сумели завершить альбом.

По словам Уайлдера, участники часто спорили о том, каким синглом лучше предварить выход очередного альбома. С пластинкой «Ultra» было также, но в итоге из «It's No Good» и «Barrel Of A Gun» выбрали вторую. «Мы подумали, что для нашего возвращения подойдет песня потяжелее», — сообщил Энди Флетчер журналисту Рене Пассету.

«„Barrel Of A Gun“ — самая новаторская песня из всех, что мы записали, — сказал Дэйв Гэан в интервью для „BONG“ накануне выхода сингла. — Это самый необычный наш трек. Он стал испытанием для всей группы; для меня — в плане вокала».

Энди Флетчер: Почему-то все думают, что первый сингл отражает звучание всего альбома. Но альбом-то совсем не такой жесткий, скорее наоборот, спокойный.

С первых же нот становится ясно, что «Barrel Of A Gun» с ее рваным, хрипящим вокалом спокойной не назовешь. А тут еще и текст открыто рассказывал подробности недавнего периода в жизни Гэана: «Каждую ночь ко мне приходит страшный голод. О нем невозможно забыть. Его не утолить. Эта невыносимая боль, эти удары в голове оставляют внутри меня каинову печать».

Мартин Гор в разговоре с Китом Кэмероном из «NME» расшифровал текст песни следующим образом: «„Barrel Of A Gun“ — об осознании того факта, что ты совсем не обязательно вписываешься в чужие представления. Можно иногда отступать от своего пути, но мне кажется, есть что-то, что каждому из нас предначертано, и оно сбудется. Но я не конченый фаталист: я считаю, что от нас тоже кое-что зависит, — но не думаю, что многое».

Еще не полностью восстановившему силы Гэану такая позиция очень приглянулась: «Мне всегда нравилось выпить, но я никогда не умел это делать. Я пил не ради того, чтобы повеселиться с друзьями, а просто чтобы напиться — это я осознал еще подростком. Я действительно верю в то, что моя чрезмерная жажда внимания — врожденная. Я пришел в группу специально для того, чтобы меня все видели и обсуждали. Думаю, я просто искал что-то, что помогло бы мне чувствовать себя уютно, и какое-то время я находил это в наркотиках. Но, как известно, как только они перестают действовать, начинаются неприятности. На наркотики я потратил около двух лет, на попытки завязать — намного дольше. Самый, блин, кошмар — это когда бросаешь на несколько дней. Это как карусель, с которой не слезть».

К счастью, к 1997-му Дэйву удалось-таки оттуда слезть; правда, задача оказалась нелегкой — по его словам, из-за его врожденной порочности: «Я думаю, это гены. На эту тему есть множество теорий. Я знаю только, что мне лучше живется, когда я ни к чему такому не притрагиваюсь. Теперь я больше не тешу себя мыслью, что могу побаловаться и бросить; но я больше не скучаю по наркотикам. Какое-то время мне было очень тяжело даже просто не думать об этом. Но после того, как завяжешь, должно пройти какое-то время — ну, по крайней мере у меня было так, — прежде чем ты снова сможешь расслабиться. А потом стали выдаваться дни, когда я чувствовал полное удовлетворение и интерес к жизни; мне снова захотелось просто чем-нибудь заниматься. Просто я много времени провел, не делая ни хрена и при этом считая себя очень деятельным».

Видео на тридцатый сингл «Depeche Mode» было снято Корбайном в конце ноября в сердце Марракеша.

Дэйв Гэан: Хо тите интересную историю про тот клип? У меня на веках были нарисованы глаза, и во время съемок мне надо было ходить вдоль длинной стены. Это стена вокруг одного старого марокканского города, и местные используют ее как туалет. И вот я ходил вдоль этой стены, а съемочная группа кричала: «Направо! Налево!», потому что то и дело кто-нибудь подходил к стене по своим делам. Но я-то не видел! И вот так я с закрытыми глазами топал по всему этому дерьму. Антону и Ричарду Беллу, нашему продюсеру, это казалось невероятно забавным.

Во время марокканских съемок Гэану пришлось в буквальном смысле пострадать за искусство: он подхватил сальмонеллез и был вынужден срочно улететь домой, в Англию, где в течение трех дней был прикован к постели в одной из лондонских клиник. Он говорил, что некоторые фрагменты захватывающего нового творения Корбайна, повествующего о человеке, на которого направлено дуло пистолета, довольно точно отражали его недавнюю жизнь: «Я хотел, чтобы клип изображал постоянные попытки убежать от собственной жизни и чувств, — объяснил исправившийся вокалист. — Это примерно то, чем постоянно занимаются наркоманы».

Корбайн, оказывавший Гэану поддержку во время его кошмарной зависимости, а затем реабилитации, сумел сделать видео весьма выразительным. «Думаю, идея клипа пришла ему в голову, когда он начал видеть улучшения в моем состоянии», — прокомментировал Гэан.

В пресс-релизе, выпущенном «Mute Records» накануне выхода первого за три года сингла «Depeche Mode», сообщалось, что «Barrel Of A Gun» одновременно выйдет «на двух дисках и двенадцати дюймовой пластинке с раскладывающейся обложкой». По традиции не было недостатка в ремиксах; на этот раз над ними потрудились «выдающиеся светила танцевальной музыки „Underworld“, „3 Phase“, „One Inch Punch“ и „Plastikman“». Все эти «светила», а также обойденный вниманием автора пресс-релиза «United», были упомянуты и в броской рекламе, напечатанной в мейнстримовых музыкальных изданиях — в «New Musical Express» реклама сингла занимала целую страницу.

Энди Флетчер: «Underworld» прислали нам два варианта ремикса. Тим их уже слышал и сказал, что второй просто великолепен. Ну, мы начали с первой версии, «Underworld Soft Mix». Мы подумали: «Ничего себе, как здорово! Должно быть, второй ремикс вообще потрясающий!» Но «Underworld Hard Mix» тянется десять минут, и за все это время не слышно ни единого намека на оригинал, и к тому же он полностью инструментальный. Я пришел к Тиму и говорю: «Да, отличный трек, но с песней у него ничего общего». А он отвечает: «Ну, так теперь принято». Но нас это не устроило, и мы, посовещавшись, послали тот ремикс обратно, a «Underworld» пошли на компромисс и добавили вокал. Правда, я все еще неуверен насчет того ремикса; а вот «Soft Mix», по-моему, замечательный.

Мартин Гор тоже был не в восторге: «Темп оригинала „Barrel Of A Gun“ — около восьмидесяти трех ударов в минуту. Услышав „Underworld Hard Mix“, мы подумали: интересно, как этот темп соотносится с нашим? У них получилось раза в два быстрее! Мы проверили, и оказалось, что у них там было около ста сорока восьми! Я позвонил ими спросил, можно ли добавить вокал — просто чтобы ремикс хоть чем-то напоминал оригинал, а то ведь ни одного звука знакомого. А они говорят, мол, мы не знаем, как это сделать — там темп другой, и тональность тоже. Не тот темп, не та тональность — ну да, я и говорю, это просто совершенно другая песня!»