Чтение онлайн

– А что же они ели? – спросил я. Хорошо, кислород они добывают, воду синтезируют (тут даже моих скромных познаний хватало, чтобы понимать как), – но водой же сыт не будешь?

– Мы имели глупость поставлять им не только сублимированные продукты, но и, например, картофель, зерно и даже фрукты, – почесав переносицу, ответил Карел. – При известной сноровке можно заложить гидропонические фермы, которые способны прокормить оставшихся на начальном этапе.

– Ну хорошо, год, два, но там же осталось несколько миллионов! Как можно на голом планетоиде, где только радиоактивные камни, вакуум и температура, близкая к абсолютному нулю, без внешних поставок, выжить – и даже предъявить претензии к новому правительству? Кроме того, мы же вывезли всех ценных специалистов. Кто смог все это организовать – шахтеры?

– Шахтеры-вахтеры… мы вывезли далеко не всех, многим наши условия не понравились – что неудивительно, – Карел явно начинал терять терпение. – Та якобы шлюшка, которую мы – точнее ты – прибил, знаешь, кто она? Не интересовался? Обошлось, и ладно, ссукован? А вот я поинтересовался, после того как вошел в наше новое гребаное правительство! Ирина Мосс, доктор физики, полсотни публикаций по всей Ойкумене, входит в пятерку ведущих специалистов по артефактам Предтеч, участвовала в первой высадке на Первую Луну, извини за каламбур! Одна из пяти выживших – из сотни, принесла в клюве ценнейшую информацию, которая теперь позволяет Земле – заметь, не нам, а Земле – строить внепространственные туннели. Потому что мы нахер никому не нужны. Да у нее мозгов было больше, чем у любых вместе взятых десяти индивидуумов нашего так называемого Парламента, и даже если присовокупть к этому десятку нас с тобой, долбоклювов, все равно столько не наберется. А ты ее кулаком по мозгам. Думаешь, наши традиции нас с тобой отмазали? Это папа твой постарался. Вырастил, мудака на свою голову. Экономиста блин. И после того локального адка, который мы, и мы с тобой в том числе, устроили беженцам – думаешь, им так понравилось у нас на Авроре? Да хер там! Они ломанулись назад, в их безвоздушный холодный ад. Потому что наш теплый воздушный рай для них хуже ада.

Этот разговор становился мне все более и более неприятен. Странное поведение Карела, полное игнориривание моих попыток образовать маленький Круг напрягло меня все сильнее. Но я собрался с эмоциями и спокойно спросил:

– Хорошо, там были ученые, там были инженеры. Но прошло уже более десяти лет. Что они едят сейчас?

Карел выдохнул и успокоился.

– С большой вероятностью земляне пробили туннель, который позволил им организовать гуманитарную – и не только – помощь, – сказал он. – Эта технология, что за ирония судьбы – создана на основе работ той самой "шлюшки", которую ты так гордо и независимо грохнул в молодые годы.

– Нам факультативно читали теорию создания подобных туннелей, – возразил я. – И я помню, что они практически бесполезны, потому что для их поддержания требуются звездные энергии, а прорастают они со световой скоростью, и зерном служит квант размерности пространства.

– Я никогда не имел хорошего мнения о факультативных курсах, – нарочито ровным тоном продолжил Карел, – но даже твое обрезанное образование может тебе позволить сделать ровно два допущения, первое – что земляне таки овладели звездными энергиями, и второе – что туннель начал расти задолго до известных тебе событий. И теперь нам придется выжигать Вторую Луну нашим внутрисистемным флотом, который состоит из двух здоровенных десантных кораблей практически без вооружения и одного дурацкого орбитального бомбардировщика образца XXII века. Который, конечно, может прижечь шкурку, но до многокилометровой глубины шахт не доберется. Если бы мы собрались воевать Землю, это корыто могло бы пригодиться, но против наших же людей на Второй Луне оно бесполезно.

Он замолчал, достал из кармана коммуникатор, активировал экран, быстро пролистал несколько страниц и убрал его обратно в карман.

– Хочешь еще интересных рассказов? Их есть у меня. Вот скажи мне, экономист, почему тебе, блестящему выпускнику, революционеру, в первых рядах штурмовавшему Дворец Правительства, пострадавшему и награжденному, обласканному и стоящему на трибуне рядом с Лидером и будущим президентом в час нашего триумфа, не досталось никакого значимого поста в новом правительстве?

– Я занимаюсь важным делом, – попытался возразить я. Но Карел меня перебил.

– Ты перекладываешь ничего не значащие и ни на что не влияющие бумажки. Та экономика, которую ты учил на лекциях Пимчука, не может окупить и расходов на учебники. Эти дурацкие лозунги – "рынок все расставит по своим местам", "экономика лишь условие и средство человеческой жизни" – да, да, не смотри на меня так, мы хоть и технари, но определенное количество часов на лекциях этого говнюка вынужденно отсидели, – он и ему подобные высосали из своего грязного указательного пальца. Вот поэтому и получилось, что наше правительство на девяносто процентов состоит из пламенных революционеров, в глазах которых страх господень, потому что они понятия не имеют, что с этой свалившейся на них властью делать. Разве только набивать карманы, но, увы, нечем – все уже украдено до них. А десять процентов – это мы, технари, которых позвали, чтобы сообразить из остатков нашей промышленности хоть что-то отдаленно похожее на экономику. Нас, а не вас! Потому что вам, опускаясь до прямой лжи, вдолбили в подкорку, что без нашей жратвы метрополия загнется, без наших внутрисистемников они перестанут летать, и мерканцы лучшие торгаши и обеспечат нашим товарам наивысший спрос.

– Ну вот скажи, экономист, кому могут продать мерканцы нашу самую лучшую и такую ах экологически чистую сельхозпродукцию? – продолжил Карел. Из лекций профессора Пима я знал ответ, но вопрос был явно риторическим, и я промолчал. Но Карел истолковал мое молчание по своему.

– Молчишь? Правильно делаешь. Тем же землянам и продадут, и свою маржу при этом не забудут. Потому что Ойкумена так устроена, что продавать больше некому. Устроена не нами! Мы всего лишь маленькая колония, которая возомнила о себе невесть что. Все миры Экспансии связывает только Земля, только у нее есть звездолеты, а теперь, предполагаю, и туннели, и вся система межзвездной торговли завязана исключительно на них. Если жабы и пробились к нам, это не означает, что их торговые представительства есть везде. А теперь скажи, дружище – как вашему безумному профессору могла прийти в голову идея, что торговать через посредника выгоднее, чем напрямую? Или идея эта – навеяна извне? И заодно скажи, нужны ли им подготовленные специалисты в правительстве, которое, конечно, состоит в основном из мудаков, но все же хотя бы примерно понимает, какое безблагодатное наследство досталось им от той череды ушлепков, которая полтора столетия правила такой благополучной и гордой системой.

Коммуникатор в кармане Карела тихонько мявкнул. Он опять достал его, прочитал пришедшее сообщение, покачался на стуле, посмотрел на носки своих начищенных до блеска ботинок, еще раз качнулся и, видимо, принял решение.

– Ладно, – сказал он. – Я, наверное, сейчас делаю большую глупость, которая может мне дорого обойтись, но я дам тебе добрый совет. В нашем порту сейчас стоит "Муадиб". Это звездолет Земной Федерации. Или ты сегодня в списке его пассажиров, или завтра ты в десантном отсеке "Руйнівника". Или "Вбивця". Куда тебя определят, я не знаю. Но что ты с двумя сотнями тысяч прочих оболваненных пацанов полетишь воевать Вторую Луну – это стопроцентно. И что ты там сложишь голову, как и все остальные – и к бабке не ходи. Потому что Земля прогнала через туннель, в существование которого ты не веришь, столько военной техники, что наши нищие Вооруженные Силы будут им на один зуб.

Я поверил своему другу. И через 24 часа я уже заселил комфортабельную каюту туристического класса на земном лайнере "Муадиб".

Король и Кардинал.

– Мы должны избавиться от лишних людей! – Председатель, как это часто с ним бывало, горячился, его лицо наливалось краской, и в этом состоянии он не был готов прислушаться к голосу рассудка.

– Нигде, ни в одной строчке документа нет слова "лишние", господин Председатель! – шипящие звуки в вопросе Володаря смогла бы уловить только змея.

– Кто составлял аналитическую записку? – Председатель потряс жиденькой пачкой бумаги. – Под ней стоит ваша подпись, господин Володарь! Значит, вы ее, по крайней мере, читали. Я уверен, что к этому документу вы отнеслись с максимальной ответственностью.

– Это вы пришли к такому далеко идущему выводу, господин Председатель, вы, а не я! Наша группа всего лишь собрала статистику, проанализировала тенденции и пришла к вполне однозначному заключению. Я не только осознаю полноту ответственности, я готов принять ее на себя! Предложения по исправлению ситуации мои, я собственноручно добавил их к записке, и вы первый человек, который их увидел. Ну хорошо, второй, первым был все-таки я.

– Но что вас так возбудило? – продолжил Володарь. – Не то ли обстоятельство, что вы, как умный и опытный человек, ясно видите, что варианты А и Б это всего лишь паллиатив, они не решат проблемы, а лишь отсрочат ее, оставив на усмотрение потомков, которые, – тут Володарь изобразил подобие улыбки, – уж конечно, окажутся умнее и гуманнее нас. И если вариант А откладывает проблему лишь на поколение, и при этом останется хоть какая-то надежда, то вариант Б изначально проигрышный. Ибо через сотню лет просто не останется дееспособных – в нашем понимании – людей, вы же читали аналитику! Некому будет решать, и этот вариант я включил в доклад исключительно из соображений гуманизма.