Чтение онлайн

Я пересмотрела все фильмы, которые брала с собой, а Интернета тут попросту не было. Поэтому я решилась пойти на отчаянный шаг — попросить свою бабушку научить меня готовить.

Сначала мне было неудобно и стыдно, но потом я решила — бабушка опыт имеет большой, готовит очень вкусно. Поэтому перенять у неё часть умений было бы неплохо.

Все мои кулинарные шедевры дегустировал Эрик, который в связи с помощью моей бабушке по хозяйству, был у нас каждый день. У него у самого дома хозяйства и не было — дед, с которым он жил, постоянно пропадал на мельнице. А Эрик помогал бабушке и взамен она кормила его и деда — когда мужчинам готовить, если они постоянно заняты тяжёлой физической работой? — давала выпечку, домашние заготовки и продукты: яйца, молоко, творог, сыр. На одного человека их было много, ведь бабушка жила одна, а вот для продажи слишком мало. Не пропадать же добру теперь из-за этого. А Эрик заботился о животных, в частности о двух лошадях, любимицах, оставшихся после моего дедушки, за которыми нужен был уход. И приносил свежемолотую муку с мельницы деда.

Бабушка не могла не заботиться о ком-то, поэтому Эрик ставший ей словно внук, настолько он был вхож в дом, явился хорошим спасением от тоски.

Она рассказала мне, как он всегда собирает фрукты и ягоды в саду для варенья и компота, гуляет с лошадьми, справляется с козой и помогает по дому. Вообще я и сама это всё уже знала, но услышать обо всех подробностях от бабушки, было словно увидеть это под другим углом — так красочно она всё описывала.

Бабушка вязала ему свитера и варежки, шарфы и шапки… И даже лоскутное покрывало. Для меня тоже было такое, чтобы я забрала его с собой домой. Конечно, заберу, это же так много значит для меня! Сделанное вручную, родное, к тому же и невероятно красивое напоминание о деревне.

— Что-то ты в последнее время больно задумчивая ходишь, — сказала однажды бабушка, когда мы пекли с ней вишнёвые пироги. Она словно чувствовала, что меня что-то тревожит.

— Да, — призналась я. — Понимаешь, тут такая история необычная… Я тебе расскажу, только ты не будешь смеяться?

— Кира, — обиженно посмотрела бабушка. — Ты можешь мне рассказать всё, я никогда смеяться не буду. Иногда бывают моменты, когда сам справиться не можешь и нужен чужой совет или поддержка. Вот только стыдиться этого не нужно ни в коей мере.

Я, готовясь, тяжело вздохнула, положила решёточку из теста сверху на вишни и залепила края.

— Понимаешь, я, когда была маленькой, — начала я. — То есть, когда ещё жила здесь, вырезала Сердце Любви. Ну, ты знаешь про них.

— Конечно, знаю.

— Ну вот… Там было сердце с двумя именами — Кира и Эрик. И вот прошло много лет и я сегодня узнала, что Эрик видел это сердце и знает про него.

— Так что ж тут печального? — удивилась бабушка. — Радоваться нужно. Или ты выросла и чувства прошли уже?

— В том и дело, что я не знаю. Точнее… — я не знала, как объяснить. — Он хороший и у меня есть глубоко внутри чувства. Но я ему не нужна была. И вот теперь я в смятении, стоит ли всё вытаскивать наружу. Эрик, похоже, подумал, что всё осталось в прошлом и сейчас это не имеет значения. И вообще не дал никак понять, что я ему не безразлична.

— Знаешь, Кира, — смазала яйцом пирог бабушка и поставила в горячую духовку. — Иногда поступки говорят больше, чем слова. Отношения людей к нам. Да, не всегда… Но бывает. Некоторым людям тяжело признаться в чувствах словами, им проще сделать какой-то поступок. Вот ты, например, почему Сердце Любви вырезала, а не сказала ему всё прямо?

Я замялась от такого вопроса.

— Потому что мне было тяжело, я не смогла это сделать, смелости не хватило, — призналась я.

— Вот видишь, — подняла указательный палец вверх бабушка. — Часто когда любовь настоящая, а не какая-то влюблённость, открыться нам бывает очень непросто. Ведь нужно наизнанку вывернуть свою душу, а это подвластно не многим. Эрик тоже такой, как и ты. Он лучше поступком что-то покажет и докажет тебе, а не красноречием своим. Знаешь, я тебя когда с перебинтованными руками тогда увидела в детстве, тотчас всё поняла.

— Но как? Может, я с тарзанки прыгала и руки поранила, — пыталась я найти другое оправдание ранам на ладонях.

— Ну нет. Уж я-то точно знала, — усмехнулась бабушка. — Твой дед в своё время мне тоже сделал такой подарок. Вырезал сердце на дереве. Красивое, большое. Все ладони разодрал в кровь. К тому же, ты постоянно ходила вокруг Эрика, и я всё сразу поняла. У тебя глаза горели, когда ты его видела. Вот как сейчас.

— А где находится то дерево с сердцем? — стало любопытно мне. — Ну, которое дедушка вырезал.

— Недалеко от опушки в стороне, где ели растут. Там дерево очень старое, вот на нём до сих пор оно есть.

— На опушке? А ты что, часто там бываешь?

— Ну как же, — улыбнулась бабушка. — Я иногда хожу туда, вспоминаю твоего деда. И под здоровенным дубом гуляю, как мы когда-то. Мы когда молодыми были, это стало нашим тайным местом. Найти его не так-то просто, знать нужно хорошо наш лес.

— Надо же, а я и не знала про это. Ты мне никогда не рассказывала, — призналась я.

— А ты никогда и не спрашивала. Чтобы получить ответ, нужно всегда задать вопрос.

Вот это да… Семейная тайна связана с Дедушкой Дубом. Узнать про это было для меня большой неожиданностью.

— Значит, ты и моё сердце видела? — спросила я, когда поняла всё.

— Да, Кира. И твоё сердце самое красивое из тех, что девушки вырезали у нас в деревне. Никогда не видела подобного. Парни в этом деле мастера, но вот чтобы девушка сделала такую красоту — это невообразимо.

Мне стало так приятно. Понятно, что я не зря старалась, но услышать в очередной раз похвалу было лестно.

— Бабушка, но а что с Эриком? Ты сказала, что он может всё сказать своим поступком. Но каким? — недоумевала я.

— Этого уж я не знаю, — промолвила бабушка. — Время покажет.

— А как я пойму, что это тот самый поступок, тот самый знак?

— Поймёшь, — успокаивала меня бабушка. — Обязательно поймёшь. Такие вещи незаметно не проходят, сразу станет всё ясно без лишних слов…

Одним прекрасным и на удивление солнечным утром, спускаясь вниз позавтракать, я даже не подозревала, какой необычный сюрприз меня ждёт.

С кухни доносились ароматы сырников и вишнёвого компота, которые переплелись между собой и просто одурманивали.

— Ну наконец-то! — обрадовалась бабушка, как только я зашла на кухню.

— И это мне вместо пожелания доброго утра? — удивилась я.

Эрик прожевал и сказал:

— Да-да, с добрым утром, днём и заранее вечером.

Я театрально закатила глаза и села напротив юноши, как бабушка тут же поставила передо мной тарелку с сырниками и компотом.

Строить из себя и дальше ту, кем не являлась, не было никакого желания. Поэтому я решила съесть всё без остатка.