Чтение онлайн

– А других Шелоб у вас... у нас тут не водится?
– это был самый насущный вопрос из той тысячи, что мне хотелось задать.

– Кто такие шелоб? Вид пауков?
– хмуро поинтересовался Финлепсин

– Ну да. Особо крупный, - кивнула я, не желая вдаваться в подробности. По крайней мере не сейчас и не здесь.

– Она одна на весь свет, эта проклятая, - уверенно заявил принц.

Что ж, это обнадеживает. Не хотела бы я оказаться по колено в гигантских пауках и одновременно обнаружить, что моя команда состоит из сплошных арахнофобов вроде Чкала.

– Кого-то мне эта паучина напомнила...
– задумчиво хмыкнул Гаттер.
– Вот смотрел я ей в личико, смотрел и думал: где-то я тебя видел, тетя?

Конечно, в такой темноте фиг что увидишь, но я была совершенно согласна с юным Поппи: и я когда-то встречалась с восьминогой "тетей". Причем совсем недавно. Но где?

– Иди-о-ты...
– проскрежетал Дерьмовый меч таким голосом, точно заржавел и рассыпался столетие тому назад.
– Это же Мордевольта. Что вы думаете, она будет сидеть на гузне ровно, пока вы вокруг Галоперидола хороводы водите? Какового Галоперидола она, между прочим, надеется на себе женить?

– Мордевольта-а-а-а!
– хором сказали мы с Гаттером и закатили глаза.

Так вот почему она здесь! Так вот для чего мы здесь! Полотенций дал нам ту самую бутылочку с тем самым составчиком именно из-за матримониальных намерений Мордевольты. Кажется, это отворотное зелье. Значит, Мордевольта должна его выпить и отстать, наконец, от Финлепсинова папаши! Теперь-то мы точно знаем, что нам делать!

Потуга двадцать шестая

И опять все я - принимай решение и ищи исполнителя. Совсем мои соратнички обнаглели, хочу сказать.

Я взяла у Гаттера эту склянку, открыла ее и понюхала снадобье.

– Фууу, - сказала я, скривившись как последняя квазиморда.
– Да такое никто и под наркозом пить не станет. Оно, часом, не протухло? А то мало ли, просроченное, как Полотенций, он тоже не мальчик, возьмет да и не подействует. И кстати, где эта зараза-Мордевольта, которой надо влить в пасть эту помесь касторки и уксуса?

В боковом коридоре раздался дробный цокот ста сорока пар женских одиннадцатисантиметровых каблуков.

– Слиняла, - обреченно произнес Финлепсин.

– Веди тогда, Сусанин-герой, к папаше, что ли. А то мы до ужина тут проваландаемся, а у меня коронация на носу.

– А вот в Вилларибе сейчас ужин...
– влез Лассаль, ууу, прожорливая скотина.

– Макароны дают. С рыбой-фиш и анчоусами в томате, - прогудела Менька.

Чкал высунулся из-за угла и посмотрел на нее голодными глазами. Менька кокетливо повела зелеными плечами и сдвинула набок ожерелье из черепов. Ну конечно, путь к сердцу Чкала лежит через холодильник. Все бы им пожрать.

– А в Виллабаджо все еще празднуют...
– продолжал ныть Лассаль.

– Что именно?
– Я была аллегорически раздосадована.

– Воцарение твое, - буркнул он и, демонстративно отвернувшись, стал вылизываться. Ссссс-кот. Говорящий.

Определенно настал момент для патетической речи. Да и обстановочка самая та: темно, тихо, сыро, под шпильками кто-то все время всхрустывает и взвизгивает (кто бы это мог быть?). Я вытянула руку с зажатым в ней мечом куда-то вперед и вверх, подражая древнему герою Коттону, и проникновенным голосом начала:

– Мои боевые друзья.
– Все подняли головы и прислушались.
– Мы прошли много дорог и преодолели множество препятствий. Я уж не говорю про врагов, головы которых летели пачками, направо-налево и по диагонали. Мы стоим сейчас на пороге решения последней задачи этого безумного квеста. Все, что нам нужно сделать - это победить злую ведьму Мордевольту и не менее злобного Чорного Пластилина... эээ... Властилина Галоперидола. И вот тогда темницы рухнут и свобода нас примет радостно у входа. Как только я сяду на законный трон моих предков, в Ипритском королевстве сразу же наступит Золотой век. Эльф и гоблин встанут в одном торговом ряду - и не обсчитают друг друга, драконы перейдут на вегетарианское питание, мерчендайзеры откажутся от процентов по кредиту и платы за ведение счета...

– Шо я такое слышу от твоего величества!
– Менька отшвырнула с дороги невесть как оказавшегося на ее пути Гаттера и уставилась на меня своими красными глазами и белыми клыками.
– Шо-то я не поняла - за шо крррровь проливали?

– Ну... это образное выражение, - вывернулась я, поставив себе зарубку на будущее - не отдавать Меньке подряды на ямочный ремонт дорог. Ирригации фонтанов с нее вполне хватит. И таможни.
– Вперед, дорогие соратники! Перекуем Галоперидолу орало на хлеборезку!

Моя команда дружно заорала "УРА!" и подбросила мое величество в воздух. Хорошо, я об свод этого подвального тоннеля не ударилась, кому нужна стукнутая королева. Даже Финлепсин как-то оживился, перестал кукситься и заразился всеобщим энтузиазмом.

– Натянем Галоперидолу глаз на афедрон!
– выкаблучивался похмельный меч, который всегда отличался богатым словарным запасом.

В самый кульминационный момент нашего митинга открылась потайная калитка, и чья-то подозрительно знакомая морда спросила:

– Че разорались?

Морду я не узнала. А вот фиолетовые волосы, торчащие из штанов - запросто. Ну, здравствуй, Цефалоанал.

– Предатель!
– взвизгнул Лассаль и с утробным рычанием впился чуваку пониже спины (выше прыгнуть не смог, я всегда говорила, что жрать надо меньше).

– Я не виноват!
– верещал подлый хмырь, отдирая от себя взбесившуюся мохнатую молнию.
– Меня заставили! Меня принудили! Меня шантажировали! Но я клянусь, моя королева, больно же, блин, я встану на путь исправления!!!

– Прекращай орать.
– Как настоящая королева, я должна была прекратить безобразия перед моими королевскими прекрасными очами.
– Веди нас к Галоперидолу. Разговор есть.

И я, широко ухмыляясь, приставила к его горлу Дерьмовый меч, наточенный до бритвенной остроты:

– Давай-давай, шевели ложноножками.

– А что тут идти?
– засеменил предатель.
– Вот она, калиточка-то, прямо в Тронный зал.

Дверь я распахнула пинком ноги, королева я тут или кто? Моя команда ввалилась следом и тут же начала обмениваться впечатлениями о галоперидолом вкусе.