Чтение онлайн

Штуковина была вся в потеках и воняла так, что даже Дерьмовый меч перекосило.

– Щит!
– звенящим от торжества голосом выкрикнула Мордевольта.
– Буллщит, последний образец.

– Тва-аю мама-ан, - глубокомысленно заметили мы с мечом.

Проклятая крышка от кастрюльки горела не менее неистовым светом, чем мой дерьмовый артефакт. Только цвет у сияния был еще более гадостный и вдобавок Буллщит так развонялся, что мой защитный кокон опал, словно ромашка от пестицидов, а Дерьмовый меч протрезвел. В надежде на пророчество (а на что еще, спрашивается, надеяться Избранной в моем положении?), воздела я свой клинок... И опустила его немедленно. После чего согнулась пополам и совершила то, чего не должна делать ни одна Избранная, если рядом нет близкой подруги, чтобы подержать ей волосы.

Оказывается, от жуткой силы Буллщита мой доблестный артефакт оборонялся в основном с помощью амбре. Так они и пахли друг на друга, дрожа в наших обессилевших руках. К слову сказать, на момент схватки мы с Мордевольтой остались в зале совершенно одни. Ее гнусные приспешники бежали, роняя ботильоны и зажимая шлемы, а моя героическая гвардия по-прежнему увлеченно играла в войнушку где-то вдали от своей брошенной на произвол судьбы королевы.

Так мы и стояли друг против друга, стараясь не дышать, и сопели от натуги.

Но тут из смотрового окна, вращаясь и сверкая солнечной искрой в сгустившейся коричневой мгле, упал медальон, который я сразу узнала, хоть никогда его не видела. Это был медальон моей дорогой мамочки, подаренный Галоперидолу в дни их тайной любви! Только моя мамочка с ее тонким вкусом могла подарить мужчине медальон размером с суповую тарелку, в обрамлении цельноалмазных лучей, режущих стекло, с собственным профилем, выточенным из розового бравоита, в самом центре. Медальон, пущенный умелой рукой, просвистел в воздухе и клюнул Мордевольту прямо в глаз нашим фамильным ипритским носом истинно бравоитовой крепости!

Колдунья завыла и схватилась за лицо. Но медальон прилип намертво. Врешь, не уйдешь! Моя покойная мамочка кого хочешь может достать, даже из могилы! Из-под потолка к Буллщиту, откатившемуся за колонну, метнулась крылатая тень, а из угла - хвостатая. Пока Мордевольта прыгала то на правых четырех ногах, то на левых, а я пыталась отрубить ей все, ненароком мелькнувшее в пределах досягаемости Дерьмового меча, за колонной явно шел бой. Мой верный бомбардировщик Чкал выдирал хвост моему неверному царедворцу Цефалоаналу. И судя по шипению последнего, успешно.

Наконец, паучьей ведьме удалось отлепить нос моей мамули от своего глаза. Розовый нос медальона нанес физиономии Мордевольты капитальный ущерб - теперь ее миндалевидные, жгучие, волнующие и пьянящие очи не будут так волновать мужчин. Потому что одного не хватает. Спасибо, мама, спасибо, папа, ведь это ты пожертвовал последней памятью о вашей любви в миг, когда меня могли убить? Я, ваша дочь, избавлю мир от этой заразы с преподавательски-вампирическими наклонностями!

– Сдавайся, колдунья, или умри!
– звонко крикнула я, хотя на практике получилось только глухо прошипеть - уж очень испарения, распространяемые Буллщитом и моим артефактом, загрязняли воздух.

– Паршшшивая двоечччница!
– просипела в ответ Мордевольта.
– Думаешшшь, мне требуются какие-то артефакты, чтобы убить тебя? Думаешшшь, я боюсссь этой кривой прямой кишки у тебя в руках?

Я уж совсем было собралась гневно выругаться в ответ, но странное, неведомое доселе чувство холодной змеей проползло по моему позвоночнику и забралось прямиком в голову. Это была МЫСЛЬ.

– Думаю, что боишься, - с изумлением услышала я свой собственный вдумчивый ответ.
– И думаю, что тебе требуются артефакты, поскольку применение этой неэкологичной древней конструкции сродни газовой атаке первой мировой войны. Типичный запах горчичного газа и горохового супа, с ноткой зарина и замана приводят нас к предположению, что аналогичный принцип использован и...

– Студентка Эм Ипритская!
– радостно воскликнула Мордевольта.
– До вас, кажется, начал доходить свет учения, который я несу в ваши темные массы. А что вы можете сказать по поводу своего артефакта? Насколько он действенный?

– Насколько я могу судить по многократным апробациям, ни на что он не годится!
– четко отрапортовала я.
– Многолетний или даже многовековой кровоголизм, как вы уже заметили, профессор, подкосил волшебные способности артефактам настолько, что соображает он медленнее, чем действует, а действует медленнее, чем пьянеет...

– Знаешь, что?
– взбеленился Дерьмовый меч.
– Не буду я тебе больше помогать, неблагодарная ты личность. Вот как хочешь, так и убивай свою противницу, а я ради этого больше и гардой не шевельну!

– Прекрасссно, - удовлетворенно хмыкнула Мордевольта и вознесла надо мной страшные передние конечности, которые оказались огромными жвалами, истекающими черным смертоносным ядом.

А потом ее жвалы, словно пара черных отравленных клинков, рухнули прямо на меня... и вонзились в Буллщит, который с двух сторон, изнемогая от омерзения, держали Чкал и Менька. Один из жвалов сломался, второй Мордевольта с трудом выворотила из Буллщита и с визгом упрыгала куда-то в темноту, благо темноты кругом было хоть армией ешь.

– Икариот! Мене-Текел-Фарес! Друзья мои!
– воскликнула растроганная я.
– За этот подвиг я удвою вам жалованье, когда одержу блистательную победу над мерзкой ведьмой!

– Ладно, можешь не удваивать, только одерживай уже поскорей, а?
– взмолилась Менька, отворачивая лицо от спасительного артефакта, чья сила от близости Дерьмового меча возрастала в геометрической прогрессии.

– А-а-а-а!!!
– вдруг завопил Чкал и уронил Буллщит себе на ногу.

Заклятье мерчандайзеров пало. Мене-Текел-Фарес, отказавшись от повышения своего дохода, на наших глазах преобразовалась в аппетитную смуглую брюнетку с конским хвостом на макушке, татуировками на бицепсах, третьим размером этого, которого... В общем, не будь я прекрасней своей прапрапра... и фиг знает сколько раз еще пра... бабки Афигинды, я бы даже позавидовала такой великолепной, э-э-э-э, спортивной форме.

– Эх, мама моя Рабинович, - пробормотала Менька, оглядывая новую себя.
– Что я людям скажу? Они же не поверят, что я хороший делец, увидев такие сиськи!

– Ничего! Увидев такие сиськи, они и сами перестанут быть хорошими дельцами!
– глубокомысленно заметила я.
– Ребята, как вы тут оказались?

– Величество, ну когда ты уже запомнишь, что у тебя есть конь по имени Навигатор и отряд, хорошо различающий звук твоего визга и твои излюбленные выражения даже в громе битвы?
– устало вздохнула Мене-Текел-Фарес.
– А что мы таки имеем в лице нашего заскорузлого врага? Он таки сдается или мы таки ломим дальше, оставив здесь этих бесполезных вонючек?
– и Менька с омерзением покосилась на Буллщит и Дерьмовый меч.

– Вы с ума сошли, заколдованное оружие во дворце темных властелинов бросать!
– возмущенно набросилась на нас Галоперидолова жена, со свистом спустившись сверху по веревке, словно какая-нибудь Лара Крофт.
– Нам нужен Ароматизатурус, волшебный нейтрализатор силы дерьмового оружия. Раньше в оружейной ими все было увешано. Такие уродливые штучки, на маленькую елочку похожие...

– Такие?
– бодро поинтересовался юный Гаттер, выныривая из угла со своим неизменным мешком в одной руке и с елкой-освежителем воздуха в другой.