Чтение онлайн

– Разумеется! Совсем недалеко располагается замечательная круглосуточная харчевня. Вы не против небольшой прогулки, или приказать подать лошадей?

– Никаких лошадей! У меня от седла уже жо... жесткая усталость, так что почапаем пешедралом.

Сделав фирменный приглашающий жест, Лёдд двинулся в направлении вожделенного ужина.

– Я, пожалуй, здесь вас подожду!
– донесся голос Лассаля из окна элитных апартаментов.
– Будет очень мило, если прихватите для меня окорок и бадью молочка...

– Вот ленивая скотина!
– возмутилась я.
– Всю дорогу на шее ехал, и больше всех устал!

– Да ладно, принесу я ему поесть, - успокоил меня добродушный Финлепсин, и мы гурьбой двинулись вслед за профессором.

Эхо голодных шагов вязло в тумане, глаза моих спутников азартно блестели в предвкушении обильного ужина.

– Мне кажется, молодому папаше пора сменить пеленки своему младенцу?..
– идущий впереди Лёдд демонстративно принюхался.

Члены команды тоже втянули воздух носами, пытаясь обнаружить источник "аромата", и тут до меня дошло:

– Меч!

Выхваченный из ножен артефакт наливался коричневым светом и вонял просто ужасающе. А значит, скоро нас ожидают не просто неприятности, а очень серьезные проблемы... Отряд моментально ощетинился всеми видами оружия, совершив боевое перестроение. Ничего не понимающий профессор растеряно хлопал глазами.

Из-за угла вывалилась компания радостно гомонящих подростков, один из которых тащил в руках птичью клетку с каким-то существом внутри. Увидев нас, они застыли, как вкопанные, и изобразили немую сцену. Профессор Лёдд кашлянул, привлекая внимание, и немая сцена превратилась в наскальную роспись - так отчетливо читалось желание любителей ночных прогулок стать частью окружающей неживой материи. При свете фонаря стало видно, что в клетке сидит крошечная девчонка, одетая в легкомысленное платьице и ярко накрашенная.

За спиной что-то с грохотом упало. Резко обернувшись, я увидела невероятную картину: Поппи уронил свой бездонный мешок, который никогда не выпускал из рук. Лицо юного мага было белее снега, шрам на лбу побагровел, а буквально прыгнувшая в руку волшебная палочка зловеще искрила.

– Гаттер, ты чего?! Это же просто студенты!
– удивился Икариот, но на всякий случай взял компанию ночных гуляк на прицел.
– Профессор, скажите ему!

Профессор?.. Куда он делся?! Поппи, едрить твою в штопор через турбулентность, какого хрена происходит?!

Тот же вопрос читался в глазах остальных спутников и в зловонии Дерьмового меча.

– Эти недоумки...
– Поппи дрожащей палочкой указал на студентов.
– Они призвали фею Халяву! Как видите - успешно...

– Погоди, что ты несешь?
– попробовала остановить истерику Менька.
– Когда я училась в Мерчандайзерском торговом институте, мы тоже во время сессии развлекались призывом Халявы. Но это же все чушь и студенческие суеверия!

Юный маг сквозь стекла очков уставился на нее невидящими глазами.

– Не забывайте, что Хогвартсорбонна - не обычный ВУЗ, а магическая академия. На этой земле многое из того, что в остальном мире считается суеверием, очень даже реально!

– Ладно, допустим! Но что тут такого? Ну, призвали эти раздолбаи Халяву - насколько я вижу, милое и безобидное существо. Учитывая здешнюю систему экзаменации, я их очень даже понимаю. Получат зачеты "автоматом" и отправятся себе по домам на каникулы. Чего ты так завелся?

Группа халявщиков квадратными глазами следила за участниками диалога, постепенно утрачивая здоровый румянец.

– Фея Халява действительно помогает получить зачет без выхода "на пленэр"...
– Поппи напряженно вглядывался в темноту, не опуская палочки.
– Вот только мало кто из охотников вызвать ее дочитывает главу магического бестиария до конца, чтобы выяснить, каким именно способом. А там написано, что вместе с этой хорошенькой феечкой всегда приходят ее сводные сестры...

Ночную тишину прорезал жуткий двухголосый вой.

– ... Деградация и Деменция!
– закончил Гаттер, после чего покрепче сжал волшебную палочку и зашептал слова заклинания.

Рядом с любителями Халявы из туманной мглы возникли две высокие уродливые фигуры, окруженные светящимися ореолами.

– Ты хотел кому-нибудь в репу дать?
– ядовито напомнила Менька Чкалу.
– Желания исполняются, вот тебе целых две!

Надо признать, боевые рефлексы в Хогвартсорбонне вдалбливают на совесть: казавшиеся абсолютно деморализованными спалившиеся студенты при виде опасности моментально выхватили палочки и пустили в ход весь свой магический арсенал. В чудовищных фей полетели разноцветные файерболы, молнии, огненные вихри, ледяные иглы и прочие зрелищные спецэффекты.

Мои спутники уже было расслабились, опуская оружие, но... Оказалось, что феям вся эта пиротехника - что слону дробина. Попав в ореол, окружающий сестер, одни магические снаряды на глазах теряли мощь и рассыпались на фрагменты, а другие вдруг меняли направление полета. А Деградация и Деменция внезапно нанесли ответный удар: их странное оружие протянулось вперед, накрыв отчаянно отбивающихся оболтусов, и те разом потеряли интерес к происходящему, принявшись глупо хихикать и кривляться.

И тут дьявольские сестренки одновременно уставились безумными взглядами на меня...

С отчаянным воплем: "За Мурку!" бросилась в атаку Мене-Текел-Фарес, вращая над головой свою верную секиру. Следом ринулись сжимающий в руках шпагу и запасную ногу Бляд и раскручивающий боевую косу Финлепсин. Чкал схватил Гаттера за шкирку и вспорхнул на ближайшую крышу, откуда они с фланга пытались стрелами и магией нащупать слабину в защите врага.

Все тщетно. Стрелы и магические заряды увязли в проклятом свечении, влетевшие в него опытные бойцы остановились, выронили оружие и что-то бессмысленно залопотали. Менька принялась перебирать блестящие пуговицы на своем походном камзоле, Финлепсин сосредоточенно выискивал блох в голове у капитана Бляда. Мой отряд на глазах превращался в сборище слюнявых идиотов.

А зловещие ореолы все ближе, я уже начала чувствовать, как из закромов памяти исчезают таблица умножения и алфавит, как сознание покидают все желания, кроме шопинга с платиновой кредиткой, и только способность принимать важные государственные решения сиротливо плавает в звенящей пустоте королевской головы...

Крикнув Поппи: "Беги!", Чкал спикировал с крыши, чтобы унести меня подальше от опасности.

И вдруг Тупи, наконец-то освободившийся от уймы завязок и застежек набедренной повязки, с диким воплем бросился на врага, в прыжке превращаясь в огромную курицу. Без видимых усилий преодолев непроницаемый барьер, он коршуном рухнул на одну из фей, уронил ее на землю и одним движением мощного клюва откусил голову. Словно шар для боулинга с удивленным лицом, та еще катилась по мостовой, а куриный оборотень уже рвал когтями вторую противницу. Та выла от боли, пытаясь отбиваться совершенно по-бабски. По сторонам летели перья, брызги крови и клочья мяса. Очень скоро все было кончено, страшное свечение вокруг тел сестер рассеялось и утекло сквозь залитые кровью камни мостовой.