Чтение онлайн

Не успел Илья удивиться тому, что муж стучится в двери собственного дома, как услышал женский голос, который сказал: «Это я!»

Кто этот «я», Илье было совершенно непонятно, но Гуля, похоже, вполне удовлетворилась полученными сведениями, и дверь открылась. В свете, падавшем из комнаты, Илья успел мельком увидеть ночную гостью. Она была высока, крепкого телосложения и темноволоса. Все остальное скрадывало расстояние и плохое освещение.

«Раз уж я сюда притащился, а ночь все равно испорчена для сна и для работы, то надо хотя бы узнать, кто эта баба, раскатывающая на машине Махмеда, – решил про себя Илья. – Хотя, похоже, я иду по неверному пути тетки Зухры, которая покоя не дает всем на улице, вечно суется во все соседские дела и не успокаивается до тех пор, пока ее не приглашают в суд главной свидетельницей со стороны истца».

Проникнуть в сад Махмеда для Ильи было сущим пустяком. Он сотни раз проделывал эту операцию, подглядывая потом в окна за тем, как ссорится Гуля со своим мужем. Разумеется, делать так не следовало, он и сам это прекрасно понимал, но утерпеть было выше его сил. Теперь он тоже быстро перемахнул через забор в том месте, где в нем имелась значительная выбоина, которую он сам же и расширил, пользуясь тем, что у Гулиного мужа до хозяйства редко доходили руки. Каждый раз, перелезая через выбоину, Илья испытывал какое-то удивительно приятное чувство. Ведь он обвел противника вокруг пальца. Пусть тот об этом и не догадывался, все равно было приятно. Прокравшись через сад, Илья перешагнул через безмятежно дремавшую собаку, которой давно полагалась пенсия по старости и прогрессирующей глухоте, и подошел к дому.

Подобравшись к окну, он заглянул внутрь, но увидел лишь пустую комнату. Та же история повторилась с остальными комнатами. Лишь в одной он увидел спящих детей, но никого из взрослых видно не было.

– Куда же они делись? – растерянно спросил он у самого себя.

Напрашивалось два вывода. Первый, что Гуля и ее гостья спустились в погреб, а второй, что они обогнули дом и теперь сидят с другой его стороны. Илья тоже обогнул дом, но и тут он не обнаружил своей тайной возлюбленной. Оставался только погреб. Илья поскреб у себя в затылке и заметил, что в высшей степени странно и необычно тащить гостью сразу же в погреб, даже не предложив той выпить чаю и передохнуть с дороги. Как проникнуть в погреб, Илья не знал, поэтому ему оставалось только курсировать вокруг дома, заглядывая по очереди во все окна в ожидании, когда Гуля и ее гостья поднимутся наверх. Ждать пришлось недолго, они обе вылетели оттуда словно пробки из бутылки. При этом у них на лицах читалось такое негодование, что Илья отдал бы половину своей жизни за то, чтобы узнать, о чем они сейчас разговаривают.

Его мечты сбылись лишь отчасти, так как женщины выскочили из дома и помчались к машине, и Илье удалось подслушать их разговор, но понять его суть было выше разумения нормального человека. К тому же весь путь до машины женщины проделали за рекордно короткий срок, за время которого Илья услышал следующее.

– Ты хорошо заперла дверь? – оглядываясь на отстающую Гулю, спросила гостья. – А веревки ты не трогала?

– Боже упаси, – заверила ее торопливо перебирающая ногами Гуля. – Я и не входила, и не трогала его. И за детьми весь день следила, чтобы они даже близко не подходили. Он просто не мог удрать.

– Однако удрал, – проворчала гостья. – Что мне теперь делать? Он меня убьет, если узнает. Он так мечтал.

– Может быть, не узнает? – робко спросила Гуля. – Или мы успеем найти раньше, чем он узнает. И все равно пришлось бы рассказать.

– Как ты понимаешь, это далеко не одно и то же, – заверила ее гостья, распахивая дверь машины.

Последнее, что услышал Илья, прежде чем грохот запускаемого двигателя заглушил все остальные звуки, были Гулины слова:

– Искать его надо возле помоек, это его самое любимое место.

После этого они укатили, как предполагал Илья, обыскивать окрестные помойки в поисках беглеца. Илье перспектива составить им компанию не улыбалась, поэтому он тихо уселся на травку, надеясь дождаться возвращения женщин с уже пойманным беглецом. Его разбирало любопытство, кого Гуля прятала по просьбе гостьи в своем погребе. В голове у него весь день крутилась таинственная история про похищенного премьера, и сначала он даже подумал, что женщины прячут у себя в погребе именно его. Может быть, ему удалось удрать от своих настоящих похитителей и его подобрала гостья. Но тогда было непонятно, при чем здесь помойки.

И откуда все-таки женщины так хорошо осведомлены о привычках своего пленника? Он что, у них уже не один раз сбегал и каждый раз они находили его возле помоек? В таком случае где была тетка Зухра, которая всегда знала о мельчайших событиях у своих соседей и, надо отдать ей должное, никогда не пыталась присвоить свои знания себе, а всегда щедро делилась ими с окружающими, даже если они ее об этом и не думали просить.

Нет, не такова была тетка Зухра, чтобы, увидав, как ее соседка тащит от помойки к себе домой упирающегося мужика, скрывать этот факт от общественности. И предположение, что Гуле каким-то образом удалось его незаметно протащить к себе домой, тоже не срабатывало. У тетки Зухры было поистине дьявольское чутье на все мало-мальски скандальное, что происходило в округе. Если в доме, где отродясь не держали живности, слышалось овечье блеяние, а потом разносился запах мясного плова, тетка Зухра не успокаивалась, пока не выясняла, откуда появился в этом доме несчастный баран. Излюбленным средством коротать время у нее было вынюхивание, не ждет ли кто в округе из незамужних девушек ребенка. А уж постороннего мужика она точно заметила бы.

В размышлениях о тетке Зухре Илья даже не заметил, как наступил рассвет, что было весьма неосмотрительно с его стороны. Встречать рассвет в чужом саду без ведома хозяев не лучшее средство для продления дружеских отношений с соседями. Люди почему-то очень негативно реагируют на то, что кто-то забрался к ним в сад и без спроса наслаждается в нем рассветом. Ссориться Илье ни с кем не хотелось, поэтому он торопливо отправился к себе домой. Машина так и не вернулась, из чего он заключил, что осмотр городской свалки затянулся дольше, чем предполагалось. Перелезая через пролом в стене, он неожиданно наткнулся взглядом на две пары горящих жгучим любопытством глаз, принадлежащих тетке Зухре.

– Доброе утро! – сказал ей Илья, сидя верхом на заборе и чувствуя себя последним дураком.

Тетка вылезла из кустов барбариса, в которых пряталась до сих пор, и молча уставилась на него.

– Вот решил посмотреть, все ли у Гулиных детей в порядке, – соврал ей он. – Гуля куда-то укатила на машине среди ночи, а бедные малыши остались дома одни. Я и подумал: а вдруг они спичками играть начнут или утюг включат?

Ничего умней он придумать не смог, но весть о том, что ее соседка в глухую полночь исчезла из дома, оставив детей без присмотра, заставила тетку Зухру быстро перелезть через свой собственный забор и энергичной рысцой поспешить к Гулиному дому. Убедившись, что Илья ей не соврал и Гули действительно нет дома, а дети между тем спят в своих кроватках, тетка Зухра умилилась и простила Илье все его странности и былые прегрешения за то, что он сообщил ей такую потрясающую сплетню. Она даже пообещала ему не рассказывать Гуле, когда та вернется, что он был тут, а сказать, что ее потревожил детский плач и она прибежала, чтобы узнать, все ли в порядке. И Илья со спокойным сердцем отправился домой спать, будучи твердо уверен, что если Гуля и ее гостья вернутся с уловом, то он узнает об этом первым из уст оставленной им на страже тетки Зухры.

У боевого командира чеченского отряда, засланного на территорию Д., дела обстояли далеко не так радужно. Его люди уже целые сутки обыскивали окрестности, пытаясь отыскать хотя бы слабый след исчезнувшего прямо у них из-под носа премьера. Но пока им удалось лишь наткнуться на два кордона, выставленных специально по их душу федеральными войсками, и на одну засаду, устроенную силами местных жителей. В обоих случаях боевики понесли потери. А из-за засады командир был вынужден переместиться вместе со своим отрядом выше в горы, так как все указывало на то, что их вычислили и скоро к ним пожалуют незваные гости. В сложившейся ситуации на счету у командира был каждый человек, а от четверки солдат, которых он послал разобраться с насолившими им девками, не было ни слуху, ни духу. Командир уже начинал жалеть, что пошел на поводу у собственной натуры, в сложившейся ситуации было не до вынашивания мстительных планов.

Оставалась надежда на лазутчика из рядов федеральных сил, завербованного совсем недавно, но и он тоже куда-то провалился именно сейчас, когда его помощь была особенно необходима. Вдобавок командира постоянно мучила мысль, что неуловимый премьер будет найден кем-нибудь другим и возвращен назад, и произойдет это в тот момент, когда он, командир, будет в очередной раз оговаривать условия выкупа, заверяя, что премьер находится у них в плену. Больше всего на свете он не хотел выставить себя дураком и хвастуном перед противниками, которых презирал и одновременно боялся.