Чтение онлайн

— Если я извинюсь первым, то признаю, что она вправе рисковать собой.

Вот она мужская логика.

— Да не смеши ты ведьм. Можно подумать, что если не извинишься, то она прямо таки ни разу больше собой ради тебя не рискнет, — хмыкнула я. — Ты правда в это веришь? Серьезно, ведун?!

— Все равно я считаю, что она неправа, — не сдавался Жеан, — я старше ее на добрый десяток лет. Я первую нежить убил, когда она еще платьица до колена носила. А она...

— А она, вот вся такая нехорошая, любит тебя, пня старого, и гордо принимает удар на себя, пока ты там песок с себя стряхиваешь, — съязвила я, глядя на него в упор.

Ведун высокомерно хмыкнул и поджал губы. Кажись, крыть ему было нечем, я таки потопталась на раненой непониманием душе.

— Иногда ты меня поражаешь, Рояна. Ты дальше носа своего не видишь, когда дело касается тебя лично, но становишься такой мудрой, когда суешься в дела других, — припечатал меня ведун.

Перекинув свою белоснежную толстую косу через плечо, Жеан встал и взял Зюзю подмышку.

— Ты куда это? — не поняла я.

— Старый пень пошел просить прощения. Кто-то же должен быть мудрее!

— А Зюзя?

— Суну Малике в руки, чтобы гладила его и успокаивалась, и вообще она при нем голоса повышать не станет. Побоится расстроить психику малышу.

— Детей вам надо, — проворчала я

— Да, я тоже об этом думаю. Ну, не скучай, Рояна.

С этими слова ведун действительно удалился.

— Я что-то не поняла. Мы вообще куда-нибудь едем, или мне тут до посинения сидеть с чемоданчиком.

Естественно, мне никто не ответил. Подозвав разносчицу, я заказала себе чаю и пару жареных хлебцев.

Только к обеду, когда я успела второй раз позавтракать и пообедать, познакомиться с подавальщицей, обсудить с ней все вчерашние события, появились Этьер, Жеан и Малика. Подруга выглядела довольной, думается, что Жеан извинялся очень бурно и страстно.

Облаченный в короткую дубленку Этьер одарил меня изучающим взглядом, но ничего не сказал. Он был угрюм и непривычно задумчив. Это интриговало.

— А чего вы так рано? Я еще поужинать не успела, — чуть пафосно спросила я. — Еще чуть-чуть и я бы тут обосновалась: устроилась бы на работу и обзавелась жильем.

Жеан хмыкнул и, толкнув мой чемодан в сторону Этьера, скомандовал:

— На выход.

— Не прошло и года, — пробубнила я ворчливо.

Этьер, все так же молча, подхватил мой баул и поволок его в сторону двери. Оглянувшись, он убедился, что я следую за ним и тут же поймал мой взгляд. Да, я неприлично пялилась на его зад. Обычно маг носил длинные сюртуки и плащи, но сегодня короткая куртка не скрывала…

В общем, я попалась на горяченьком. Поняв, куда я пялилась, Этьер просиял и подмигнул. Ну, что тут скажешь… гад!

У входа уже стояла наша карета. Из короткого разговора я поняла, что Этьер уже навел справки о том, куда нам ехать, на какую дорогу свернуть, чтобы найти эту таинственную деревню, где живет бабуля Малики.

Усевшись в карету, я посадила Зюзю рядом с собой. Песик был в восторге от путешествия. Этот мелкий избалованной пакостник, покрутившись на месте, поставил передние лапки на узенький подлокотник и весело гавкал в окно.

— Вот увидит тебя бывшая хозяйка, будешь знать, — пригрозила я. Пес тут же соскочил с сиденья и спрятался под мой подол. — Какой храбрец, — поддела я Зюзю.

— Ну и пусть трусишка, зато умный, — похвалила моего питомца Малика. — Может, расскажешь, что с тобой случилось ночью. Ты ведешь себя не как всегда. Задумчивая какая-то.

— Повзрослела резко, — пошутила я. — Да ничего, Малика, не произошло. Ну что со мной могло случиться?

Моя рыжая подруженька скептически приподняла бровь и криво улыбнулась.

— С тобой, ведьма ты темная, может случиться все что угодно. Я удивлюсь, если с тобой действительно ничего не произошло. Вот это действительно шокирует.

— Ты преувеличиваешь, - я отодвинула штору на окне кареты, чтобы впустить свежего воздуха. Внутри стоял просто кошмарный запах перегара. Малика постоянно принюхивалась, но видимо, не могла сообразить откуда такая вонь.

— Нет, как раз преуменьшаю. Где ты ночь провела, Рояна? — голос подруги стал строже, похоже, кто-то включился в режим старшей сестры.
– И не говори, что столь специфический запах в нашей карете тут просто так появился. Открывай двери, дышать же нечем.

Кажется, меня спалили. Что же придется отвечать почти правду. Распахнув дверцу, я сокрушенно пробормотала:

— Напилась с бродягами и заночевала в какой-то полуразвалившейся избе на грязном полу, а потом меня, видимо, сюда притащили, — честно призналась я, скрыв кое-какие моменты.

— И все? — Малика недоверчиво на меня покосилась. Я утвердительно закивала головой.
– А я уж себе напридумывала. Но ты бы не стала от меня ничего скрывать, так же?

Я опять закивала как болванчик.

— Точно? — настойчивость подруги начинала раздражать.

— Я ведь сразу сказала: напилась и проспалась, — врать близкому человеку было неприятно, но сказать правду - откровенно страшно.

Дверь захлопнулась, и карета тронулась с места.

Малика нервно завозилась на сидении и поправила и без того безупречно сидящее на ней дорогое зеленое бархатное платье. Подружка явно готовилась к встрече с родственницей и желала произвести на нее хорошее впечатление.

Чем дольше мы ехали, тем сильнее нарастала нервозность ведьмочки. Она вздрагивала от каждого скрипа, боясь, что карета сломается. Выглядывала из окошка и стремилась разглядеть очертания первых домов деревни. Мяла и разглаживала подол платья.

— Малика, — заметя, как подружка в очередной раз схватилась за ткань одежды, я накрыла ее руку своей, — успокойся. Ты выглядишь прекрасно. Ты выросла достойной женщиной. Ты замужем за профессором боевого искусства, за мужчиной, чей род знает свои корни на двадцать поколений назад, а то и больше. Тебе нечего переживать. Если тебе там и будут не рады, то не потому что с тобой что-то не так, а потому что они с приветом. Успокойся, выдохни и улыбнись. Осталось совсем немного.

Малика действительно сделала глубокий вдох и тихо выдохнула: