Дерзость – не порок
Шрифт:
– Белла, отец обожает вас.
– Да, я знаю. – Она закусила губу, пристально глядя на него. – Вы понимаете теперь, как важно, чтобы в этот раз я не подвела его.
– Не подведете, – заверил он ее. Затем наморщил лоб. – Я понимаю, вы хотите, чтобы отец гордился вами, но еще более важно, чтобы вы гордились сами собой, Белла.
Она удивленно на него посмотрела:
– Одно не исключает другого. Я буду гордиться собой, когда создам самый замечательный ресторан, который когда-либо видел мой папа.
– Кстати… Вчера, там на аллее, вы дали бомжу визитку. Эта была ваша визитка?
Он знал ее доброту, но не следует позволять неизвестным людям пользоваться этим.
– Что? Вы думаете, я совсем дура?
– Конечно нет.
– Вы с Марко считаете меня ребенком, да?
Он снова вспомнил тот поцелуй. Ребенок? Совсем нет. Это было самое большое и искреннее «нет», какое он только мог представить. Он поднял брови. Щеки ее горели. Доминик покачался на стуле и велел себе забыть о поцелуе.
– Итак… – Он откашлялся. – Чью визитку вы ему дали?
Она посмотрела на него, затем взглянула на часы и состроила рожицу:
– Ой, мне пора! Я вам попозже скажу.
– Белла! – Он не позволит ей снова увильнуть от ответа. Если с ней что-то произойдет, Марко будет винить Доминика.
– У вас есть лишний час?
– Найду.
– Хорошо, если хотите узнать, что я задумала, тогда пошли.
Она повернулась и выскочила из комнаты, даже не посмотрев, идет ли он за ней. Доминик не стал раздумывать. Одно ему было ясно наверняка – с Беллой не соскучишься. Она обладала такой жизненной энергией, что просто заряжала его, а он все еще не мог проникнуть в ее тайну.
Они зашли в кухню и взяли две большие корзины. Ему сразу стало видно, что персонал очень уважает ее и любит. Он настоял, что понесет самую большую корзину.
– Куда мы идем? – спросил он, когда они вышли на улицу.
– Увидите.
На безоблачном небе сияло солнце, в воздухе витал нежный солоноватый привкус, и внезапно ему расхотелось торопиться. Доминик шел рядом с Беллой, наслаждаясь тем, как солнце греет его лицо. Он не сомневался, что скоро все прояснится.
Они миновали пешеходную улицу в центре города.
– Смотрите. – Она показала рукой. – Вам нравятся эти платаны?
Платаны были высажены вдоль выложенной плиткой дорожки. Она тряхнула головой.
– Я приеду сюда летом. Хочу купаться в море и смотреть на эти платаны во всем их великолепии и…
– Есть мороженое и строить замки на песке, – закончил он за нее.
– О да! Здорово, правда?
Правда. Он мог позволить себе отдыхать в любом уголке земного шара, но Белла была права – летом Ньюкасл просто божественен.
– Сюда. – Она показала вперед и пошла по боковой улице. – Вот мы и пришли. – Она заскочила в кирпичное здание, ничем не примечательное и немного запущенное.
Доминик увидел табличку на двери и остолбенел. Что такое? Он метнулся за ней, но Белла уже пропала из вида.
Внутри было мрачно и отдавало плесенью. Доминик подождал, пока глаза привыкнут к темноте, и пошел на звук голосов, раздававшихся в глубине здания.
Он остановился в широком дверном проходе. В большой обеденной комнате сидело приблизительно человек двадцать, большинство уже в возрасте, все такие же запущенные, как само здание. Пока он осматривался вокруг, в груди что-то сильно защемило.
Черт! Он мысленно выругался. Еще раз черт! Зачем Белла притащила его сюда? Зачем она ему показывает этих людей?
Они напомнили ему об отце.
Белла впорхнула в комнату из другого проема, словно его мысли вызвали ее. Со всех сторон раздались приветствия. Она несла три подноса с крошечными волованами. Поставила по подносу на каждый стол. Затем отступила и стала наблюдать, как пирожки быстро исчезли. Он не верил своим глазам, как быстро эти люди все смели.
– Ну? – спросила она. – Вкуснее вчерашних или нет?
Все вокруг заголосили. Белла велела им притихнуть и голосовать поднятием рук.
Доминик повернулся и пошел обратно к выходу, ему было необходимо почувствовать солнечное тепло и сделать глоток свежего воздуха. Кто-то взял его за руку:
– Доминик, куда вы?
Он обернулся к ней:
– К черту отсюда! Зачем вы меня сюда притащили?
– Потому что… – Тут в ее нежных глазах проскользнуло понимание. – Ой! Ваш отец… – Она быстро прикрыла рот ладонью. – Доминик, простите. Я не подумала. – Белла убрала руку. – Карточка, которую я дала тому бомжу, – визитка этого заведения.
Ну конечно.
– Доминик…
– Нет! – Он не знал, что она попросит, но его ответ мог быть только отрицательным. – Я в этот мир не вернусь.
– Хорошо. – Она сглотнула комок в горле и протянула руку. – Отдайте мне корзину, пока не ушли.
Только тут он понял, что все еще держит в руке корзину. Очевидно, с ужином. Он всучил ей ее.
– Спасибо.
Доминик заметил, что она держит ее обеими руками, и нахмурился. Корзина была довольно тяжелая.
Это не его проблема!
Прежде чем он развернулся, чтобы уйти, она вновь заговорила:
– Доминик, вы оставили этот мир навсегда. Вы не такой, как ваш отец. Вы никогда не повторите его ошибку. Я удивляюсь, почему вы сомневаетесь в этом.
Он не сомневался. Просто не хотел возвращаться к такой жизни. Никогда.
– Жизнь разбила сердце вашего отца, и теперь я понимаю, почему вы так оберегаете свое.
Он моргнул.
– Но приоткройте его чуть-чуть, будьте благодарны за все, что имеете, и отдайте совсем немного своей души.
Он уставился на нее:
– Благодарен?
– Да, благодарны! – выпалила она. – Будьте благодарны, что у вас замечательный ум, что вы имели возможность учиться в университете и обеспечили свое благосостояние. Благодарны, что работаете в одной из самых лучших компаний в мире! Благодарны за все эти мелочи: одежду, крутую машину и наверняка роскошную квартиру. Черт побери, Доминик! Будьте благодарны, что болезнь или несчастный случай не помешали вам добиться всего этого. А вам в лом немного помочь тем, кому не повезло так, как вам? Фу!