Чтение онлайн

Основные усилия десантников были направлены на захват Центрального комитета компартии Чехословакии, правительства страны, Министерства обороны и Генерального штаба. Успешное выполнение запланированных действий позволило парализовать государственное и военное управление страной.

Подполковник Минигулов после «посещения» телецентра, немедленно отправился с разведротой полка на набережную Влтавы в ЦК КПЧ. Начало пятого утра, на улице уже светло, но народ еще спит. Прибыв в ЦК, десантники первым делом обезоружили охрану, отключили центральную телефонную станцию, для страховки обрезав телефонные провода. Узнав от охраны, где находится Дубчек, десантники ринулись на второй этаж. Минигулов, скинув плащ-палатку, вошел в комнату № 79 с офицерами полка: «Александр Степанович, я командир воздушно-десантной части, мы десантировались сегодня, вошли оказать вам помощь в подавлении контрреволюционного мятежа». Дубчек ответил, что в стране никакого контрреволюционного мятежа нет. И в это время — очередь по его окнам. Все пригнулись, и Минигулов спросил, кто же тогда стреляет, если контрреволюции нет? Дубчек предположил, что это русские. «Нет, — возразил командир полка (участник Великой Отечественной войны с 1943 года), — это очередь не из нашего оружия, стреляли из ППШ военного времени». На просьбу обратиться с воззванием к населению, чтобы оно не оказывало сопротивление советским войскам, Дубчек опять повторил, что контрреволюции нет. Тогда Минигулов, оставив охрану, спустился на первый этаж, вызвал по рации командира дивизии и доложил о своих действиях. Комдив приказал доставить Дубчека к нему на аэродром Рузине. Туда же доставили и всё Политбюро КПЧ.

Командующий ВДВ позднее так докладывал Министру обороны А.А.Гречко: «А.Дубчек пытался звонить из своего кабинета по телефону, как он заявил, Л.И.Брежневу, но старший лейтенант Жаданов в сдержанной форме отказал ему и обрезал телефон. В последующем Й.Смрковский, Ф.Кригель вели себя вызывающе, в грубой форме обращались к офицерам охраны: «Почему вы здесь? Почему так долго нет вашего представителя? Требовали связаться с советским послом товарищем Червоненко. После отправки А.Дубчека, Й.Смрковского, Ф.Кригеля, Й.Шпачека на аэродром остальные члены ЦК вели себя лояльно».

Появление десантников для всех членов ЦК КПЧ, Пражского городского и областного обкомов партии было абсолютно неожиданным. По заявлению секретаря ЦК З.Млынаржа, они ожидали прибытия советских войск в 10–11 часов, не ранее. «Поэтому мы не рассчитывали, что вы нас всех застанете вместе».

Генерал армии Маргелов В.Ф. докладывал: «В одном бронетранспортере находились А.Дубчек и Ф.Кригель, напротив их сидели два наших офицера, во втором Й.Смрковский и Й.Шпачек..

При перевозке указанной группы на аэродром Рузине особенно возмущались Ф.Кригель и Й.Смрковский. Они потребовали открыть люки и объяснить, куда их везут. В целом эвакуация членов ЦК КПЧ прошла без происшествий».

Командующий ВДВ, искренне убежденный в правоте и справедливости дела, которое возложили на его подчиненных, сообщал министру обороны: «В десантников бросали камни, плевали, выкрикивали антисоветские лозунги и ругательства, бросались на солдат и делали попытки выхватить оружие, забрасывали контрреволюционными листовками и другой печатной литературой. В этой сложной обстановке десантники-разведчики не растерялись, проявили стойкость и упорство, хладнокровие и выдержку, высокую политическую зрелость и понимание той роли, которая была возложена на них при выполнении ответственной и благородной задачи».

Столь же оперативно и профессионально был осуществлен захват Дома правительства ЧССР. В 6 часов утра началось выдвижение к нему 2-й парашютно-десантной роты 108-го гв. парашютно-десантного полка на реквизированных автобусах и батареи Су-85. Спешившись перед зданием, первый взвод проник внутрь, перекрыл центральный вход и центральные выездные ворота. Два отделения проникли во двор и блокировали выходы с тыльной стороны. Батарея Су-85 с взводом парашютистов и взводом станковых противотанковых гранатометов СПГ-9 прикрывали подступы к зданию со стороны площади, мостов и тыла. Второй взвод, разбитый на четыре группы, быстро разоружил охрану на этажах, отключил все виды связи. В 6 часов 40 минут заместитель командира 108 гв. пдп подполковник Гордиенко, командир 2 пдр старший лейтенант Торобанов и отделение солдат вошли в зал, где заседало правительство.

Появление здесь десантников, как и в здании ЦК КПЧ, вызвало удивление.

«О.Черник встал, подошел к отдельному столику и заплакал, — сообщал В.Ф.Маргелов Министру обороны, — подполковник Гордиенко предложил всем оставаться на местах и ждать команды. Через 15 минут прибыли сотрудники КГБ и начали проводить отсев сотрудников министерств: одних — в подвал под охрану, других — в машины и на аэродром Рузине, в том числе и О.Черника.»

С семи часов на площади собралось большое число пражан. Они попытались штурмовать Дом правительства, чтобы освободить министров.

Из доклада Командующего ВДВ: «Сообразуясь с обстановкой, личный состав 2-й парашютно-десантной роты при поддержки батареи Су-85 встал плотной стеной с западной стороны дома и не допустил толпу к центральному входу, при этом приходилось применять физическую силу и угрожать применением оружия. К 20 часам толпа была рассеяна. В ночь с 21 на 22 августа рота была обстреляна одиночными выстрелами, при ответном огне выстрелы прекратились и больше не повторились.»

Всем нашим союзникам по Варшавскому Договору разрешалось применять оружие. Особенно, как вспоминают участники событий, этим правом пользовались воины ГДР и Польши. Советским солдатам применять оружие было запрещено. Командующий ВДВ генерал армии Маргелов, единственный из военачальников, взял на себя ответственность и разрешил десантникам, в случае крайней необходимости, отвечать огнем на огонь. Поэтому вновь созданное правительство ЧССР после относительной нормализации обстановки попросило в первую очередь вывести из страны десантников. К исходу дня 12 сентября все подразделения воздушно-десантных дивизий были выведены из Праги и Брно.

Генерал Маргелов перед выводом своих войск побывал в Праге. Его неприятно поразили «манечки», как он их называл, длинноволосые, полностью обнаженные молодые парни, прогуливавшиеся по городу с так же «изысканно» одетыми девицами. Но с большим удовольствием он рассказывал своим сыновьям о том, что ему сообщили из ГРУ о реакции военного руководства США и Великобритании: через час после завершения операции американцы дали действиям наших десантников оценку «отлично», англичане через несколько часов дали такую же оценку. Естественно, это были оценки военных специалистов, а не правительств этих стран. Правительства стран-подстрекателей контрреволюции, направляемые, как и в Венгрии в 1956 году, мировым сионизмом, пребывали в полном унынии. Единственное, что им оставалось, так это обливать грязью воинов стран Варшавского Договора и в первую очередь советских солдат.

Тогда, имея конкретные цели и твердое руководство в высших военных кругах, мы преподали негодяям, стремящимся к мировому господству, хорошие уроки. Складывается мнение, что американцы эти уроки усвоили прекрасно, показав себя добросовестными учениками во Вьетнаме, на Гренаде и в Панаме, в Ираке и в Афганистане. Только ведь цели у них те же — достижение мирового господства. Потому Вооруженные Силы России и в том числе ее Воздушно-десантные войска обязаны сохранять бдительность, боеготовность и боеспособность.

А как простые ребята-десантники, участники событий, относились к своей миссии? Может быть, в какой-то степени на этот вопрос ответит нехитрая песня десантников, участников событий в Чехословакии?

Хотя чехословацкая армия вооруженного сопротивления не оказывала, но показательно то, что тщательно спланированная и хорошо подготовленная воздушно-десантная операция была выполнена в самые сжатые сроки при высокой организованности. Личный состав показал пример мужества, стойкости и поистине железной выдержки, не поддаваясь на провокации со стороны отдельных групп местного населения.

Многие десантники за образцовое выполнение воинского долга были награждены орденами и медалями. Командующий ВДВ генерал армии Маргелов В.Ф. 26 декабря 1968 года был удостоен высшей награды СССР — ордена Ленина, правда, это совпало с его 60-летием. А в 1969 году Президентом ЧССР генералом армии Людвигом Свободой он был награжден орденом «Клемента Готвальда».