Чтение онлайн

Капитан нетерпеливо следит за скоростью хода и призывает машиниста.

– Довели вы пары до максимума давления?

– Да, капитан!

– Увеличьте еще… до четырех атмосфер!

Уголь целыми тоннами летит в раскаленную добела печь. Черные клубы дыма вырываются из громадных труб. Машина дрожит от чрезмерного напряжения паров. Фрегат птицей несется вперед. Но и этого мало. Пират заметил нас и тоже надбавил паров. Он стрелою летит по морю, и хотя не сохраняет прежнего расстояния, однако все-таки имеет довольно времени, чтобы ускользнуть. К пяти часам пополудни он не более, как в десяти верстах от нас. Как еще наша машина выдерживает такую адскую гонку в продолжение почти шестнадцать часов?! А командир все недоволен.

– Шесть атмосфер! – раздается его охрипший от напряжения голос.

– Этот сумасшедший, кажется, хочет взорвать нас на воздух?! – тихо ворчит Робертс.

– Все равно! Теперь не место страху, – замечает Кирилл, кусая с бешенством свои рыжие усы.

Машина работает отчаянно. Она уже не свистит, а как будто стонет от напряжения. Мы едем на вулкане, готовом к извержению.

Что это? Командир приказывает держать наготове паровую шлюпку. Неужели он на ней думает настичь пирата? Посмотрим, что он затевает?

Громкий выстрел с нашего борта прерывает эти размышления: это фрегат требует, чтобы «Вильям» поднял флаг. Пират не обращает внимания. Раздается второй выстрел, и граната разбивает реи бизань-мачты. Тогда беглец поворачивается к нам бортом и посылает свои гранаты, которые разбивают железные стенки фрегата.

– Негодяй! – бесится майор. – Какое нахальство! Ах! Если бы у него на палубе не было сокровища этих детей, несколько бы разрывных гранат, и все!

– Терпение, брат! – отвечает капитан.

– Неужели он уйдет от нас? – скрежеща зубами, вскрикивает бледный сэр Рид.

– Успокойтесь, через час, – да что я говорю? – через полчаса все кончится!

– О, если бы это была правда!

– Даю вам честное слово!

Гонка продолжается все с той же ужасающей скоростью. Но вот «Вильям» замедляет свой ход. Он уже не более от нас, как в двух верстах. «Виктория» тоже умеряет свою скорость. Четыре матроса бросаются на нос и начинают беспрерывно бросать лот. Нужно подвигаться вперед очень осторожно: мы находимся вблизи коралловых рифов. «Вильям» – у самых рифов. Он останавливается на несколько секунд… Потом вдруг на всех парах смело пускается вперед, вдоль по узкому каналу, где фрегату пройти невозможно.

Крик ярости и отчаяния срывается с наших губ.

У пирата, должно быть, удивительно сведущий рулевой, так как его корабль с уверенностью лавирует в извилинах рифов. «Виктория», в свою очередь, подлетает к каналу. Ей необходимо остановиться здесь, иначе она сядет на мель…

– Он ускользнет! – кричат, чуть не плачут все.

– Стоп! – приказывает капитан.

Фрегат останавливается, а пират, уже в трех верстах от нас, свободно несется между рифами.

Капитан молча схватывает карту и с минуту рассматривает ее. Затем он отмечает ногтем какую-то точку.

– Там! – тихо произносят его губы.

Он поднимает голову и вдруг улыбается, что было настолько необычайно, что экипаж в изумлении смотрит на своего командира.

– Теперь, дети, за дело! – вскрикивает капитан громовым голосом. – Он в наших руках! Готовь огонь!

Фрегат становится боком к каналу. Раздается громкая команда «пли!» – и на пирата летят десять огромных бомб, разбивающих его мачты… Затем другой залп, третий… Снаряды беспрерывно сыплются на «Вильяма». Пират замедляет свой ход. Его мачты с треском падают на палубу… Его бока пробиты… Еще залп, – и подводные части обезображенного корабля пробиваются огромными дырами, куда сейчас же устремляются волны. «Вильям» останавливается, накреняется, потом начинает быстро погружаться в воду.

– Что ты делаешь, брат? – вскрикивает майор, следя за результатами канонады, продолжавшейся всего несколько минут.

– Я топлю пирата.

– Черт возьми! Я очень хорошо это вижу… Но сокровище?

– Оно очутится сейчас в таком месте, откуда ворам трудно достать его.

– На дне моря?! Но оно в таком случае потеряно?!

– Без сомнения, на дне! Я и желал этого! Но оно будет там в сохранности: глубина в двадцать сажен лучше всего сохранит его.

– Я не понимаю.

– Поймешь сейчас!

Между тем, «Вильям» погружается более и более. Скоро от него остаются только верхушки мачт.

– Ну, а теперь? – спрашивает майор, видя, что все кончено.

– Подожди! Теперь с кораблем покончили… Что касается негодяев, которые спасаются вплавь, мы их оставим на рифах, где они найдут конец, достойный их жизни.

– Пощадите их! – просит мисс Мэри, на которую эта страшная экзекуция произвела сильное впечатление.

– Боюсь, что поздно, мисс! Впрочем, ваши желания для меня – приказания, – галантно отвечает капитан, учтиво прикладывая руку к козырьку.

– Благодарю вас! Как вы добры!

– Нет, мисс, я не добр, а вы – воплощенное совершенство!

– Теперь, дорогой Генри, – говорит командир, обращаясь к брату, – нужно спустить паровую шлюпку. – Эй, спускай!

Лодка в один миг соскользнула на волны. В нее сел отряд хорошо вооруженных матросов.

– Лейтенант, вы заберете всех оставшихся в живых!

– Слушаю, капитан, – отвечает офицер, командующий шлюпкой, который раньше получил секретные инструкции.

Шлюпка подъехала к тому месту, где затонул «Вильяму, отметила его, измерила глубину канала здесь и отправилась за пленниками. Через полчаса она возвратилась на корабль.

– Ну, что? – спрашивает капитан. – Все?

– Все исполнено. Пленник один, другие беглецы – мертвы!

– А, а! Посмотрим его!

Четыре матроса приносят на палубу бесчувственного человека и складывают его, как мешок, к ногам капитана. Корабельный хирург приводит его в чувство. О, мщение!

Это Шаффер!

– Благодаря мисс вас пока пощадят, – с достоинством обращается капитан к изменнику. – Суд над вами будет назначен по нашем прибытии в Мельбурн!

– Я не хочу вашей милости! – говорит, скрежеща зубами, злодей. – Я ненавижу вас! Слышите ли? Ненавижу вас всех, и я отомщу за себя!

С этими словами негодяй быстро вытаскивает спрятанный в кармане револьвер и направляет в лицо сэра Рида.

– Держитесь, благодетель мой! – слышится дьявольский хохот бандита.

Раздается выстрел… Но Фрэнсис быстрее молнии одною рукою вышибает оружие, другою – схватывает негодяя за шиворот.

Этот поступок презренного немца решает его участь. Обеих девушек уводят вниз, в каюты. На шею разбойника надевают мертвую петлю, и через пятнадцать секунд на одной из рей болтается его труп.