Десять тысяч дней осени
Шрифт:
Они летели на бешеной скорости. А Дархану все казалось, что плетутся, как черепахи. Дархан все звонил близким, но они почему-то были недоступны. У въезда в город их встретила черная тонированная служебка Рената Гарифовича. Рина лично встретил Дархана. Отутюженный, словно парадный мундир, дымчатые очки. Он всегда так одевался, Дархан и не помнил Рину другим. Крепко обнялись, сели в служебку. Водитель вел быстро, но ни разу не нарушил и сиреной не пользовался — еще одна фишка Рената Гарифовича.
Дозвониться до супруги не удалось и с Рининого номера. Обиделась что ли? Он отстучал смс «Телефона нет, звони на этот, как проснешься. Алмаза никуда не отпускай. Муж». Почти сразу пришел ответ: «Я у отца. Еще раз наорешь, спать будешь с плюшевым тюленем. p.s. Олжас толкнул Камиллку на диван. Сломали Алмазу очки».
Дархан, вернув Рине сотку, начал смеяться от счастья. Тот, рассказывавший, как в Боровом словили метровую щуку, улыбнулся и сам. Посмотрел на Дархана, снова улыбнулся.
— Ты че?
— Рина, у тебя сколько раз очки ломались?
— Так и не вспомнить. Раза три, наверное.
— А мой братишка… у него очки бесконечно ломаются.
Рина, поправив очки, спросил:
— Не пойму, а что смешного? Ты знаешь, сколько они стоят? Есть такие, что и за пятьсот штук торгуют.
Дархан похлопал друга по руке.
— Ты не представляешь, брат, какое это счастье жить там, где можно их купить. Даже за пятьсот штук.
Ренат Гарифович наотрез отказался подниматься, сославшись на срочные дела. Не врал. Он и так подарил другу целое утро. Клятвенно пообещали друг другу увидеться с семьями до конца этого месяца. На том и расстались. Дархан летел в квартиру, перепрыгивая через несколько ступеней. Первыми его встретили зареванные Олжас и Камиллка. Судя по всему, бой был весьма неплох. Не став слушать их взаимных жалоб, Дархан стиснул детей и целовал то одну, то другого, пока не пришла Дамира, которой тоже досталась своя порция поцелуев.
Алмаз сидел в туалете, Дархан начал ломиться, пока не услышал суровый голос отца:
— Да дай ты ему оправиться. С отцом, как я вижу, ты и здороваться не желаешь. Эх, плохо я тебя воспитал.
Дархан крепко обнял исхудавшего отца. Долго хлопал по тощей спине.
— Тоже мне, развел тут сантименты. Иди лучше, брата встречай.
Алмаз, нелепый и такой родной, с изломанными очками, не знал, за что на него льется такая откровенная благодать. Когда, наобнимавшись, Дархан все же отстал, Алмаз сказал:
— Мне тут, это… работу в одном городишке предложили. С отцом хотел перетереть. Ну и с тобой.
Дархана бросило в холодный пот.
— Где?!
— В Чехии. А я чешского не знаю. Но и здесь вакансия есть, — неожиданно он ткнул пальцем в Дархана, — только разберусь без вас. Решение за мной. Это понятно?!
— Понятно-понятно, — Дархан смеялся от счастья, — я тебе такое расскажу, братка. Только давай сначала в оптику заедем. Очки тебе купить хочу.
Александр Мендыбаев
25.5.2025 года